Страница 19 из 20
Помимо этого, она проводила занятия по гаданиям на Таро, курсы по травам и камням, а ещё вела группу Ковена в социальных сетях, хотя давно советовала нанять грамотного маркетолога для этих целей, и Зоя каждый раз обещала, что вот-вот, обязательно, однажды. Группу, конечно, вели для общей публики, как и курсы. А вот чтобы обратиться к Елене с более деликатными просьбами, требовалось разрешение Ковена.
Как сейчас. Ковен обратился за помощью: мужчина жаловался, что в новой квартире бродит мертвец, а на стенах дома постоянно появляются пентаграммы в стиле граффити. Вполне то, с чем справлялась Елена, правда, она еще попросила помочь Машу, которая хорошо разбиралась в ритуалистике. И вот с кем можно обсудить то, что натворила Лера! Они учились вместе в Ковене, дружили с юности, и Маша была единственной, кому Елена рассказывала всё про Влада.
С этими мыслями она закончила с травами и взялась за пирог с вишней и коньяком, включив на всю кухню «Кромешную тьму» из «Бала вампиров» – тяга к мракоте, теме бессмертия и миров за гранью интересовала её с детства.
Мысли о Владе не отпускали и саднили, но он больше не писал.
Карина вплыла в дом в аромате дорогих духов, тонком шерстяном платье и с бутылкой красного вина.
Для осени выдался небывало тёплый вечер, и Елена накрыла стол на веранде, притащив из дома несколько подушек и тёплые пледы, один из которых связала Маша, тот уютным молочным облаком растёкся по старому плетёному диванчику.
Свет на веранде не горел, но под потолком висела гирлянда в виде рыжих кленовых листьев, а сумерки скрадывали завалы на внутреннем дворе, и можно представить, что они не в шумном мегаполисе, а вдали от суеты и гомона.
Поэтому, наверное, Елене и нравился дом. Оплот уединения и тишины, где могут найти приют исстрадавшиеся сердца. В детстве ей хотелось сбежать отсюда, её тяготила долгая дорога до метро, а красивые высотки манили обещанием лучшей жизни. Елена даже снимала пару месяцев крошку-студию на двенадцатом этаже. Пока не стало тесно, а Лера едва не поранила себя ритуальным ножом. Елена вернулась – и поняла, что больше никогда не покинет дом. Даже у мужчин она ночевала крайне редко, скорее это к ней приезжали.
Карина крепко обняла Елену:
– Прекрасно выглядишь, дорогая. Всё-таки тебе ну очень идёт чёрный цвет, а какое декольте у платья! Это всё ради меня или ты ожидаешь более поздних гостей?
– Настроение такое.
Елена проигнорировала лукавство в голосе Карины, которая всегда желала устроить личную жизнь обеих племянниц, хотя и делала это ненавязчиво. Куда тяжелее приходилось её сыновьям.
Карина была сестрой отца Елены и Леры и на долгие годы заменила девочкам мать, особенно старшей, пока сам отец привыкал к роли вдовца. А ещё Карина посвящала Елену во многие ритуалы и привела её в Ковен. Хотя её советы порой и звучали со смесью иронии и сватовства, но в помощи она никогда не отказывала.
В свои пятьдесят Карина сохранила изящную фигуру благодаря долгим прогулкам и занятиям йогой. Она увлекалась театром, греческой мифологией и психологией и щедро делилась советами со своими племянницами. Поэтому Лера сегодня предпочла встречу со своим танцевальным коллективом семейному чаепитию – не хотела, чтобы Карина лезла ей в душу или наставляла с высоты своего опыта и прожитых лет.
Елена и Карина удобно устроились в плетёных креслах, Карина ловко открыла бутылку вина, и даже тревоги на время ослабили хватку. Приятно сидеть вот так, вдыхать запах влажной листвы и спокойно молчать. Правда, Карины хватило ненадолго:
– Итак, Валерия уже определилась с датой свадьбы?
– Летом, – уклончиво ответила Елена и подцепила квадратик сыра с деревянного блюда в виде тыквы. На тонкой шпажке золотились миниатюрные кленовые листья.
– О, замечательно. У меня есть один знакомый, держит дивный ресторан в лесу. Или открытые веранды где-нибудь у воды, вот было бы прелестно. И лучше начать подготовку сейчас…