Королева роз

— Честно говоря, это было ужасно. Меня стошнило, когда я вывалилась из арки с другой стороны.

— Но каково было перемещаться? Сколько это заняло времени? Что ты видела? – Я не могла удержаться от вопросов. Мне хотелось знать больше. Часть меня жалела, что Дравен не показал мне последнюю арку. А что, если я смогу их использовать?

Я услышала, как подруга глубоко вздохнула:

— Когда ты смотришь на звезды ночью, ты когда-нибудь представляешь, что ты там? Летишь среди них? Через бесконечное пространство во тьме? Просто чистое ничто, а ты – пылинка среди всего этого? Вот как это было. Я думала, что это будет красиво или.. не знаю.. что это будет божественной опыт. Но я ошиблась. Это было ужасно. Сколько времени это заняло? Мгновение. День. Вечность. Не знаю. Удивительно, что моя лошадь прошла через это целой, а я осталась на ней. Мерлин сказала, что так не должно было быть. – Ланселетта вздохнула: – Моя бедная лошадь.

— Что ты имеешь в виду? Что с ней случилось?

— Порталы не подходят для животных и смертных, – сказала Ланселетта. – Мерлин предупреждала меня об этом.

Я почувствовала, что у меня холодеет внутри.

— Но ты же прошла через это..

— У меня не было выбора. Я должна была добраться до тебя, быстро. – Она немного замялась. – Мерлин сказала, что могут быть.. последствия.

— Какие последствия? – спросила я, охваченная тревогой.

— Лошадь продержалась всего несколько дней после того, как прошла через арку. Через три дня я перестала ее седлать и в основном вела за поводья. Я не могла ее просто оставить. Но это не имело значения. Прежде чем мы добрались до Врат Орин, она испустила дух. Я оттащила ее с дороги и накрыла ветками и листьями. Я не хотела просто.. оставлять ее там. – Ланселетта перевернулась, чтобы посмотреть на меня. – Я не хотела рассказывать тебе об этом перед другими. Довольно мрачная история, да?

— Меня не лошадь беспокоит, а ты. Почему Мерлин позволила тебе это сделать, если такое перемещение настолько опасно? – Я была зла и испугана одновременно. – Я по тебе скучала, но мне бы не хотелось, чтобы ты подвергала себя такому риску.

— Ну, это был мой выбор, не так ли? – Ее голос стал неожиданно жестким. – Тебя там не было, Моргана. Ты не знаешь, что творится сейчас в Камелоте.

— Я не хотела уходить! – рявкнула я в ответ.

— Знаю, но.. если то, что ты делаешь, может помочь Пендрату и закончить войну, я хочу быть с тобой. Кто знает, можно ли доверять этим мужчинам. – С каждым ее словом я все сильнее ощущала беспокойство. – Дравен, может, пока и не навредил тебе, но мы знаем, кто он и кто его послал. А вот тот, другой.. Да, он красив, но ты едва его знаешь. Почему он последовал за тобой?

Я замялась:

— Я.. он.. мы..

Она помолчала.

— То есть вот как все обстоит? – Ланселетта вздохнула. – Ты выбрала неудачное время, Моргана.

— Я знаю, – призналась я. – Но это был не совсем мой выбор. Все просто.. произошло.

— Он тебе нравится?

— Думаю, да. Он.. другой. Не такой, как все, кого я когда-либо встречала. – Я вспомнила губы Веспера. Его руки на моем теле. – Ты всегда хотела, чтобы я познала больше. Разве ты не должна быть за меня рада?

— Я рада за тебя. – Она тихо рассмеялась. – Но, может, он не так уж и отличается. Он такой же, как ты. Полукровка. Может, в этом есть смысл. Тебе нужен кто-то, кто может понять тебя. – Я почувствовала ее взгляд на себе. – Но.. твои волосы, твоя кожа. Эти знаки. Как ты так изменилась?

— Я и сама не до конца все понимаю, – призналась я. – Это случилось, когда я перестала принимать лекарство.

— Так вот кто ты на самом деле, – тихо сказала подруга. – Вот что скрывалось все эти годы. Но я не понимаю, чего так боялась твоя семья? Ты всегда была красивой, Моргана. Но сейчас.. ты просто неотразима.

Я покраснела, думая не о том, как изменилась внешне, а о том огне, который вырвался из моих ладоней, о всплеске силы, который разнес стену гостиницы.

— Они хотели меня защитить, наверное. Не думаю, что они пытались мне навредить.

Мне хотелось бы в это верить, а не думать о том, что мой дядя, с которым мы так часто беседовали по душам, создал яд, способный меня убить.

— Защитить тебя? Или защитить себя от тебя? – спросила Ланселетта, пристально глядя.

Я не знала, что ответить, ведь я и сама задавалась этим вопросом. Мы немного помолчали.

— А Мерлин знает? Про меня?

— Не уверена. Но она полагает, что ты способна на большее, чем ты думаешь.

Я издала смешок:

— Ты имеешь в виду, как она? Думает, что я скрываю свою силу, так же как скрывала она?

— Вряд ли она считает, что ты что-то скрывала нарочно. А вот Мерлин поступила умно, держа свою силу в тайне. Представь, что бы с ее способностями сделал Артур? Что бы он сделал с порталом, если бы добрался до него? – Ланселетта замолчала. – Я хотела сказать тебе лично. Но Галахад..

Я резко села, коснувшись головой мягкой ткани палатки.

— Что с ним?

— Он в порядке. Успокойся, Моргана. – Подруга потянула меня обратно в постель. – То есть в основном в порядке. Это просто очередная выходка твоего брата, если говорить откровенно.

— Расскажи, – потребовала я. – Что сделал Артур? Он навредил Галахаду?

Ланселетта колебалась.

— Пока нет. Но в будущем да, это возможно. Король заявил, что мужчины и мальчики, которые.. как Галахад.. – Она сделала паузу. – Они нечисты и не должны служить в храме. И в армии тоже. Я уверена, что женщины вроде меня будут следующими. – Она невесело рассмеялась, но я услышала в ее голосе страх.

— Галахад мечтает только о том, чтобы стать аколитом, – прошептала я. – Он предан. Абсолютно предан. В одном его мизинце больше веры, чем у нас с тобой во всем теле.

— Я знаю. – В голосе девушки слышалась усталость. – Он опустошен. Как и сэр Эктор.

— Может, Артур изменит свое мнение. Может, я смогу убедить его. Пендрат был толерантным королевством на протяжении многих поколений, как и наши соседи. Неужели Артур действительно собирается повернуть время вспять? – Но я уже знала ответ на этот вопрос. Для моего брата не существует препятствий, если речь идет о достижении его целей. А чего он хотел больше всего? Власти. Увеличения территорий. И если вокруг него сгорит мир, он даже не моргнет.

— Он хочет посеять раскол среди мирного населения, чтобы мы ополчились друг на друга, а не на него. Но этого не случится, Моргана. – Голос Ланселетты был твердым. – Потому что у нас есть ты.

Я почувствовала прилив беспокойства:

— Что это значит?

Она обняла меня одной рукой: