Страница 6 из 13
– Мы никогда не моемся, – продолжала Джордан деловито. – Я не знаю, не нужно ли кому-то из нас к врачу.
На вопрос, когда она в последний раз принимала ванну, Джордан не смогла ответить сразу.
– Ну… не знаю, – пробормотала она. – Где-то год назад. Иногда я чувствую себя такой грязной, что мою лицо и волосы в раковине.
Джордан сказала диспетчеру, что ее с другими детьми Мать и Отец держат в доме, как пленников.
– Они не разрешают нам уезжать, – вздохнула она. – Некоторые из нас хотели устроиться на работу, а те сказали, этого никогда не будет.
После звонка Джордан сотрудники департамента шерифа округа Риверсайд помчались к ней и уже на месте встретились с офицерами из департамента полиции Перриса.
Впервые увидев Джордан, они подумали, что ей лет десять. Закаленные полицейские были шокированы тем, как отвратительно от нее пахло, и что вся кожа девушки была покрыта запекшейся грязью. Когда она показала им в телефоне фотографии двух младших сестер в цепях, копы прямиком поехали в дом 160 по Мюир-Вудс-роуд, проводить проверку условий проживания.
Услышав громкий стук в переднюю дверь и увидев полицейские мигалки, Луиза Тёрпин немедленно приказала освободить двоих девочек. Старшая сестра побежала в их спальню, открыла замки на цепях, а сами цепи побросала в шкаф.
Одиннадцатилетняя Джулисса, которая была прикована, позднее сказала детективам, что когда она услышала стук и увидела вспышки света, то поняла: у Джордан получилось, и они скоро станут свободны.
Когда входная дверь наконец открылась, офицеры ворвались внутрь. Хотя вонь там стояла невыносимая, даже она не подготовила копов к ужасам, ожидавшим их в комнатах. На одном из них была мобильная камера, фиксировавшая все происходящее.
В одной из спален они нашли Джонатана Тёрпина, все еще в цепях. Пока его освобождали, он вел себя так, будто это в порядке вещей. У двух его младших сестер, с которых только что сняли цепи, на грязной коже остались белые полосы там, где находились оковы.
Другие девять детей теснились в душных спальнях, пропахших испражнениями. Все они были грязные, вонючие и истощенные.
– Там было ужасно грязно, – говорил капитан департамента шерифа округа Риверсайд Грег Феллоуз, – и условия были невыносимые.
От шума на улице проснулась Арасели Олозагасте, жившая от Тёрпинов через дорогу. Она выглянула за занавески и увидела, как копы выводят Дэвида и Луизу Тёрпин из дома в наручниках. Дэвид безудержно рыдал; Луиза держалась равнодушно.
– Она только кашляла, – вспоминала Олозагасте, – и как-то странно вела себя, когда полицейский с ней заговорил. Ухмылялась, глядя на него. А потом дважды сплюнула на землю.