Код мессии

В верхней части экрана появились иконки опций, позволяющих обратиться к более подробным сведениям об этом человеке. Та, которая тут же привлекла внимание Джасмин, именовалась «генетические данные» — она, несомненно, подтвердит соответствие генам из Назарета тех генов, на которые ученые до нее не обратили никакого внимания по причине иных старт- и стоп-кодонов в его геноме. Джасмин уже была готова «кликнуть» по этой иконке, когда заметила, что под именем Аля стоят две даты, а не одна. И вторая указывала на день чуть больше трех месяцев назад.

Она вернулась к тексту и прочитала информацию до конца.

— Черт! — шепотом произнесла она. Ей стало ужасно грустно. Аль Пуйяна с лицом сильного и гордого человека, с приносящими исцеление руками умер три месяца назад в весьма преклонном возрасте — девяноста двух лет от роду.

Джасмин еще раз сравнила обе генетические цепочки. Совпадение полное. В геноме умершего присутствовали все три гена из Назарета, и каждый был идентичен обнаруженным при анализе образцов из останков Христа. Она скопировала файл и сохранила его на диске другого компьютера. Даже после смерти этот человек может оказаться хранителем еще каких-то секретов.

Какая неудача! Они опоздали всего на три месяца! Она подумала, не позвонить ли Тому, но тут же отбросила эту мысль, взглянув на часы. Почти полвторого ночи. Вряд ли Том еще здесь. Надо, наверное, ехать домой и хоть немного поспать. Но она была слишком взбудоражена, слишком завелась и знала, что не заснет. Она еще раз прочитала все, что сообщалось про этого индейца племени вайю из Карисаля. «Считается, что обладает способностями целителя» — эти слова будто издевались над ней с экрана.

С глубоким вздохом Джасмин дважды проверила, нет ли в этой системе другого аналога генам из Назарета, затем аккуратно вышла из нее, проверяя, не осталось ли за ней следов вторжения. Подобно тому, как это было много лет назад, она незамеченной влезла во мрачную, с виду неприступную крепость и выбралась из нее, оставив часовых мирно спящими, в полном неведении, что все их защитные кордоны оказались бессильны.

То, что она потом сделала, было вызвано скорее всего разочарованием: ведь она так близко подошла к решению проблемы. Или она слишком завелась, чтобы заснуть. Или, скорее всего, ей просто нравилось снова ощутить себя Циркуляркой, мятежницей, восставшей против истеблишмента со всеми его правилами и законами. Но что бы ни было тому причиной, доктор Джасмин Уошингтон, игнорируя весь длинный список баз данных, с такой тщательностью собранный в порядке повышения риска, перешла сразу к последнему пункту. Настало время проверить, в той ли хорошей форме сейчас Циркулярка, как прежде. Может ли киберлорд так же легко проникнуть в самую мрачную из всех крепость — в «Черную дыру»?

Полчаса спустя в караулке у главных ворот в кампус «Джиниус» сменилась охрана. Два новых охранника с топотом прошли в дверь, обмениваясь на ходу нецензурными приветствиями с уходящей сменой.

Гас Странски уже семь лет состоял в штате частной охранной фирмы «Шилд», охранявшей кампус «Джиниус». Ему было за пятьдесят, и когда-то он считался одним из лучших полицейских Бостона, до того как его выперли досрочно на пенсию после серьезного пулевого ранения в правую ногу. Несмотря на ночные дежурства, он любил свою работу — она давала ему возможность передохнуть от вечных попреков его сварливой половины по имени Дорис.

Контракт с фирмой «Джиниус» был просто мечта. Здесь водились денежки и оборудование было самое новейшее. Все, что ему нужно было делать, — это сидеть в караулке у ворот и следить за экранами системы наблюдения. После Стокгольма, когда была убита миссис Картер, меры предосторожности здесь были удвоены, так что теперь у него был напарник. Сегодня с ним был новый парень, молодой, по имени Барт Джонсон, высокий и мощного телосложения. Он заключил контракт с «Джиниус» всего пару дней назад. Вроде бы вполне подходящий, к тому же Гас имел навык работы с новичками. Начальство всегда говорило, что он умеет наладить с ними контакт.

В караулке в два ряда стояли мониторы системы наблюдения. Один демонстрировал все, что видели телекамеры вокруг огромного пирамидального здания, включая бо́льшую часть кампуса и белковую фабрику, расположенную в правом дальнем его конце. Второй давал изображения всех внутренних помещений, в том числе атриум и вторую пару охранников, сидящих там. Один человек вполне мог уследить за всеми изображениями, но сегодня Гас оставил за собой наружные камеры, а новичку отдал внутренние.

Гас быстро проверил экраны, отметив, что все, кажется, в полном порядке. И обернулся к напарнику:

— Ты женат, Барт? Или наслаждаешься одиночеством?

— Наслаждаюсь одиночеством, — ухмыльнулся тот.

Гас наблюдал, как Барт осматривает экраны. Все они демонстрировали пустые помещения. Только в больничном отсеке и в лаборатории Крика кто-то был. На экране трудно разобрать, чем он там занимается, но, кажется, возится с чем-то на своем рабочем столе.

Барт нажал на клавишу, включив внутреннюю связь с охраной в атриуме пирамиды.

— Как у вас там?

Один из охранников на экране поднял руку и показал ему большой палец:

— Пока все о’кей. Это ты, Барт?

— Это я, Джорджи, мой мальчик.

— Старина Гас на месте?

Барт оглянулся на Гаса и улыбнулся в ответ на его хмурое выражение лица:

— Ага, старина Гас на месте. Как у вас там?

— Очень тихо, — ответил голос из динамика интеркома. — Так тихо, что я не возражал бы против какого-нибудь развлечения.

Гас достал пластинку жевательной резинки «Даблминт», сунул в рот и начал жевать. Предложил и Барту, но парень лишь отрицательно покачал головой. Гас убрал пачку обратно в нагрудный карман, уселся на свое место и стал методично осматривать мониторы. В помещениях белковой фабрики было пусто, снаружи возле них — тоже, кампус казался безлюдным. Никакого движения.

Тут он заметил, как сидевший рядом напарник вдруг напрягся. Гас повернулся к нему и увидел, что Барт уставился на экран, показывавший лабораторию Крика, где работал доктор Картер.

— Что-то не так? — устало спросил он. И чего эти молодые такие нервные? Вечно им кажется, что в любой тени таится какая-то опасность.

У Барта брови сошлись к переносице.

— Не уверен.

Он встал, освобождая место.

— Гас, посмотри получше. Что ты там видишь?

Гас вздохнул, но встал.

— О’кей.