Код мессии

Изекьель поднял глаза на тело, распростертое на смертном кресте. Тело нового мессии. Потом посмотрел на часы. Одиннадцать пятьдесят девять. Не время проявлять слабость. Сомнения и страхи скоро уйдут, засияет заря прекрасного начала новой жизни.

Свидетели и врач смотрели на начальника тюрьмы. Следующие несколько минут, казалось, текли целую вечность. Но ровно в двенадцать часов три минуты он отошел от молчащих телефонов и кивнул врачу.

И тот без колебаний нажал на кнопку. В трубку, ведущую к катетеру внутривенного вливания, поступил тиопентал натрия, препарат из группы барбитуратов, применяемый обычно как снотворное. За ним последовала мощная доза павулона, средства, расслабляющего мышцы и останавливающего работу легких. После чего последнее — такая же мощная доза хлорида калия, останавливающего сердце.

Изекьель внимательно наблюдал за телом Марии, пытаясь обнаружить малейшие признаки действия смертельных растворов. Но лишь увидел, как она закрыла глаза, а затем, через несколько секунд, в последний раз глубоко вздохнула.

В двенадцать часов четыре минуты врач взглянул на мониторы и объявил, что узница мертва.

Марии Бенарьяк больше не существовало.

Изекьель опустил голову и прочел короткую, но прочувствованную молитву за упокой ее души и за ее скорое возвращение. Следующие несколько часов будут самыми важными. Братство Второго пришествия имеет теперь конкретную задачу и не может допустить ни единой ошибки. Он был настолько глубоко погружен в эти мысли, что не заметил, как вперед вышел тюремный фотограф, чтобы запечатлеть всех свидетелей, присутствовавших при казни. Он резко повернулся, чтобы выйти, но успел лишь поднять руку: фотовспышка ослепила его. Отмахнувшись от извиняющегося фотографа, он устремился к выходу. Надо было спешить. Сделать предстояло еще очень многое.

Клетки человеческого тела умирают по-разному и в разное время. Известно, например, что у человека, умершего несколько дней назад, продолжают расти волосы и ногти. Подобно японским солдатам, фанатично оставшимся на некоторых островах Тихого океана после окончания Второй мировой войны, гены в этих продолжающих существование клетках не всегда сразу понимают, что битва проиграна и надо сдаваться. Вместо этого они продолжают сражаться до тех пор, пока в конце концов не погибнут.

Тюремный морг

В отделанном плиткой морге в подвале тюрьмы один из двух служителей — тот, что моложе, — все тер и тер свои потные ладони о штаны, дожидаясь, когда лифт привезет тело казненного. Ленни Блэгс работал здесь уже месяц, но все еще продолжал дергаться при виде жмуриков. Возиться с мертвым телом не проблема, даже среди ночи. Он привык к этому, когда работал в больнице. Но вот мертвые убийцы и насильники — совсем другое. С ними чувствуешь себя как-то не совсем нормально, как в романе Стивена Кинга.

Где-то наверху с грохотом включился мотор — лифт спускался вниз со своим грузом.

Его босс, Келвин Джетсон, шумно затянулся сигаретой.

— Вот он, идет. Экспресс смерти.

— Если будешь продолжать смолить эту дрянь, скоро сам на нем поедешь, — заметил Ленни, отгоняя рукой дым. Втайне он, конечно, не возражал против запаха «Мальборо» — уж лучше это, чем дышать формальдегидом и прочими запахами смерти, даже если найдется кто-то, кто станет утверждать, что это одно и то же.

— Да я и сам не прочь подохнуть, — сказал Келвин, и его серое, давно забывшее о солнце лицо сморщилось в ухмылке. — Мы со смертью старые приятели.

Раздался лязг, в лифте зажегся свет, и дверь открылась.

Келвин подмигнул:

— Нам нынче большая честь выпала, мой юный друг. Нынче мы имеем дело с конкретно знаменитой паскудиной. Перед вами не кто иной, как сама Проповедница!

— Ага, просто здорово, — буркнул Ленни, помогая напарнику вытащить каталку из лифта на площадку. Если обычно от всех этих убийц у него ползли по спине мурашки, то от этой вот королевы всех убийц мурашки были размера «кинг-сайз».

— А ты знаешь, что эта Проповедница делала со своими жертвами после того, как убивала? — спросил Келвин. Сигарета висела, прилипнув к его нижней губе, и двигалась, пока он говорил. — Доставала авторучку с каким-то специально сделанным длинным пером и засовывала его в…

— Прекрати! Заткнись, а?

Келвин засмеялся:

— Ладно-ладно, Ленни, мой маленький. Не надо так волноваться. Сходи-ка лучше в кладовку и принеси все, что надо. Мы обмоем тело прямо здесь, на свету, чтоб ты поменьше трясся от страха.

— Да вовсе мне и не страшно, — протестующе буркнул Ленни и отправился за губками, растворами и ведром для изгаженного памперса.

— Ну конечно, тебе не страшно, мой мальчик, — умильно протянул Келвин ему вслед. — Конечно, не страшно.

Ленни выкатил из кладовой тележку и подтащил ее к шкафу. Доставая губки, он заметил, что их осталось совсем мало. В воздухе повеяло каким-то легким ветерком, прохладой, словно где-то открыли дверь на улицу. Странно… Наверное, это ему померещилось. Он заполнил тележку всем необходимым и покатил ее обратно. Интересно, какую шуточку отпустит сейчас Келвин в его адрес? Келвин, однако, на сей раз молчал.

— Нам надо заказать еще губок, — сказал Ленни, подкатывая тележку. — Я вот…

Вид Келвина заставил его умолкнуть. Лицо босса было застывшее и абсолютно бледное. Губы его беззвучно шевелились. С нижней губы все еще свисал окурок, только погасший, глаза выкатились из орбит. Отличное представление, даже для такого охальника и любителя розыгрышей, как Келвин Джетсон. Да он явно не в себе!

— Келвин! Какого черта?!

Выражение лица Келвина вдруг переменилось — он взглянул на Ленни и хитро прищурился:

— Это твои шуточки, да?

Голос его звучал все же неуверенно. У Ленни аж зубы заломило.

— Ну ладно, отличный розыгрыш. Черт, как это ты успел? Я ж только на секунду отвернулся. Ну на две, не больше…

— И что? Да что тут случилось, мать твою?!

Дрожащими пальцами Келвин прикурил новую сигарету и глубоко затянулся.

— Ладно, кончай хохмить, мальчик. Ну купился я, и хватит. И когда ты только успел? Я ж всего на секунду отвернулся, на одну траханую секунду!

— Да о чем ты, мать твою?! — взорвался Ленни, но внутри у него все сжалось от страха.

Келвин отступил на шаг в сторону, и Ленни обмер. Каталка была пуста.

Тело Марии Бенарьяк исчезло.

Чертова Проповедница!