Мотылёк

— Я верю тебе, Фэй. И, Гранат, как ты мог⁈ Ты знал, что я жив, и не сказал ей… Как ты мог так с ней поступить! Ты же помнил, что я даже летать без неё не мог!!! И все равно сделал тоже самое с ней.

Гранат положил на стойку бара тяжелую связку ключей и твердо сказал:

— Не раскаиваюсь. Она заслужила такой же урок, что преподала тебе. Ты век страдал, а она всего пару дней… Кстати… Ты не бездомный — ты живешь на третьем этаже этого дома. Единственная просьба: если приходишь рано — не шуми. И, может… Кофе?

— Иди ты… Мы найдем с Фэй более приличное место для завтрака. — Он предложил ей согнутую в локте руку. — Ты окажешь мне честь, Фэй, позавтракав со мной? И оплатив этот завтрак — я на мели…

Она осторожно положила свои пальцы на грубую ткань бушлата.

— Я твоя, Мотылёк.

Он сглотнул и только осторожно поцеловал её в висок.

— Пойдем, я из-за этой сволочи должен тебе хороший день.

Она улыбнулась:

— А что ты скажешь о полотнах?

Он тут же возмутился:

— Выступление на полотнах⁈ Я же полетчик, Фэй! Какие полотна!?!

— Тебе не кажется, что наличие крыльев у полетчика отдает мошенничеством?

— Эм… Значит… Полотна? Вдвоем?

— Ты и я. Мотылёк и его фея. Как раньше. Кстати, меня зовут Алиш. Это мое истинное имя.

Дверь бара сама открылась, выпуская их.

Гранат все же не удержался и в спину сказал:

— Мотылёк, ты же мой?

Тот обернулся:

— Я твой, Гранат. Но ботинком в лоб прилетит тут же, как опять что-нибудь учудишь.