Страница 35 из 146
Боги были благосклонны к нам. У нас всё получилось. Деньги добрались до места назначения без задержек и проблем. Нас в городе, в ночь перед отъездом, напоследок тоже очень качественно обшмонали. Но, не найдя при нас никаких сундучков с большими деньгами, оставили в покое. Зато, как только мы вернулись, все работающие не покладая рук над эксклюзивным для этого мира товаром получили от меня очень хорошую премию. И это помимо обычного жалованья, а потому за новые мои проекты взялись уже просто с огромным желанием.
Жалко только, что мех мы выработали почти весь. Остались только обрезки. Но ведь есть еще куклы. Мастер, привезенный мною, в конце концов сумел изготовить головки, руки и ноги для них именно такие, как я хотела. Это значит, у моих детей будут куклы – красивые, в шикарных платьях, шубках, с настоящими волосами. И на следующую ярмарку мы повезем лоскутные одеяла и детскую радость. Я планирую продавать не только очень дорогих кукол с фарфоровыми головками, ручками и ножками, но и обычных, шитых из ткани, с вышитыми лицами, в красивых платьях, украшенных лоскутными узорами. А еще все умеющие работать с деревом мужчины сделают для этих кукол резные кроватки, столики, кресла, и естественно – они будут накрыты скатертями, покрывалами и подушечками.
И все же шубы и шапки из меха повторить недолго, как и тряпочных кукол, а вот фарфоровых.. Это сложнее, а еще ведь нужно и лица правильно расписать! Местные куклы почему страшные? Потому что, на мой взгляд, у них лица, как у пугала в огороде. Я, когда первые портреты славных предков барона увидела, «ржала», как лошадь. Совершенно плоские лица, да еще и носы на сторону, как у свинки Пэппы в дурацких мультиках. Ах, сколько времени я потратила для того, чтобы мои «фарфоровые детки ожили», вспоминая навыки из прошлой жизни, но там таких как я было много. Здесь же мои куклы точно произведут фурор. Лишь бы не перестараться. Жрецов бы не напугать. Чур меня, чур. Придется расписывать, подражая первым фарфоровым красоткам Земли, они все же были не настолько реалистичными, как мои последние работы. А ведь дамам нужны кавалеры, куклы-мальчики в великолепных нарядах, с оружием.
Золотая идея, причем в прямом смысле золотая! Работаем, «дамы и господа»!
Зима не прошла, а пролетела, быстро, незаметно, но плодотворно. А весенняя ярмарка сделала нас богатыми. На этой ярмарке были выставлены уже не только наши лоскутные одеяла и подушки, но и сделанные уже местными мастерами. Вот только они повторяли узоры, представленные нами на прошлых изделиях. Мы же порадовали народ не только новыми, яркими, необычными узорами, но и недорогими шитыми куколками в красивых платьях, с вышитыми задорными личиками.
Агашка же и в это раз удивляла народ, но теперь уже не шубами, а нашими фарфоровыми красавицами, куклами. Они были прекрасны. Первыми, конечно же, таких милых барышень получили в свои загребущие ручки мои падчерицы. Такими счастливыми я не видела их никогда раньше, и никогда я не видела такого бережного отношения к моему творчеству. Глядя на них, я еще зимой поняла – шикарные барышни, сидящие сейчас в резных креслах на прилавке напротив нашей повозки, будут иметь успех.
А ведь каждая созданная нами красавица стоила чуть побольше шубы, которые мы продавали зимой. Каждая из них имела свою обитую дорогой тканью легкую деревянную коробку, сменное платье, белье, башмачки и шляпку. А уж за пятерых фарфоровых сиятельных кавалеров нам заплатили столько же, сколько за десять кукол разом. Это был успех. Если доедем без проблем домой – в ближайшие пять лет можно не работать. Что для этого нужно сделать? Постараться скрыть от всех тех, кто нами уже заинтересовался, получателя дохода от продажи этого великолепия. Да, каждый покупатель приглашался в крытую карету для оплаты товара. Никто из непричастных не видел передачи денег, но вряд ли это помогло нам избежать ненужного внимания. Обычные недорогие «красотки», из ткани, хорошо раскупались обычными людьми. Те из них, которые были чуть больше ладони, оказались вполне по карману даже торгующим на ярмарке крестьянам.
Трижды до конца ярмарки нам приходилось отправлять запечатанные моей магией сундучки с деньгами, спрятанные в мешках с зерном в поместье всего лишь с одним сопровождающим, под видом случайно присоединившегося к уходящим из города караванам чужака. В итоге к концу торгов на руках у нас осталась сущая «мелочь», которую мы с большим удовольствием принялись тратить на хорошую ткань уже для наших платьев, нитки для шитья и вязания. Нашли даже что-то вроде бисера. Бусинки, правда, были крупноваты, и выбор цветов тоже был бедноват, но мы сделали заказ, и нам пообещали разнообразить ассортимент.
А еще – нас ограбили! Правда, правда! Пока мы по лавкам и мастерским ходили, наши вещи, карету и повозки тщательно обыскали, оглушив двух оставленных для охраны имущества стражников. Нашли и забрали сундучок с остатками денег, вырученных за лоскутные одеяла и подушки, ну те, что от наших покупок остались. Его только и украли. Больше ничего интересного, видимо, не нашли, и, я надеюсь, убедились, что фарфоровые куклы к нам никакого отношения не имеют, и торговали ими не мы.
Не зря же я Агашку гримировала в это раз, не зря запрещала с остальными нашими людьми плотно общаться, да еще и сразу после торгов из города отправила, спрятав ее между тюков с покупками для крестьян. Ее ни в коем случае к нам «приписать» не должны. Никто ведь не должен узнать, что у молодой вдовы нищего барона деньги появились. Одеяла я продавала, да. Куклы – нет.
А по поводу кражи я, конечно, шум подняла. Обокрали же.. Доказала градоправителю, что я ужасно пострадавшая вдова в вверенном его заботам городе. Надеюсь, он понял и поверил, что глупая молодая женщина, потратившая зимой последние мужнины капиталы на шубы для себя и дочерей и попытавшаяся заработать на организации шитья одеял и подушек, находится теперь в бедственном положении.
Истерила качественно. Мужика, тучного и обильно потеющего, довела до нервного срыва. Но зато меня запомнили, оценили, пообещали найти вора и вернуть деньги, а потом вежливо выгнали. Я «поверила», высморкалась в его приемной и отправилась домой.