Красный бриллиант

— Может, это к лучшему, — продолжил он. — Людей убивают и за меньшие воспоминания.

— Её уже пытались убить, — сказал Денис.

— Поэтому охрана лазарета усилена. Дежурят и гвардейцы, и мои сотрудники. Список допущенных сокращён до врачей и ближайших родственников. Любой новый специалист будет проверяться отдельно.

— Моя мать находится в другом учреждении, — сказал я.

— Там приняты те же меры. Госпожа Фаберже пока тоже не готова к допросу, но её жизни ничто не угрожает.

Отец впервые за долгое время немного расслабил плечи.

— Спасибо.

— Это моя работа, господа. — Крылов открыл папку. — Теперь о расследовании. Проверяется весь персонал, технические подрядчики, охрана, хранители, организаторы выставки и все, кто получил сведения о бриллианте до официального объявления. Веригин остаётся во дворце. Его терминал и средства связи изъяты. Мы устанавливаем личность подставного техника.

— Есть результаты? — спросил Денис.

— Пока нет. Документы поддельные. Биометрические данные в пропуске принадлежат человеку, умершему четыре года назад. Изображение изменено. Компания, от имени которой оформлялась заявка, сотрудничает со следствием.

— Камеры?

— Маршрут внутри административного здания восстанавливаем по косвенным данным. Нужные записи удалены. Человек знал, где находятся слепые зоны и как устроено резервное хранение.

— Свой в Министерстве, — сказал отец.

— Аметист?

— Доставлен в лабораторию Департамента. Первичный анализ будет вечером. — Денис молча потянулся за телефоном. — Сейчас уточню, на каком они этапе.

— Всё в порядке, — остановил его Крылов. — Ваш заместитель уже прислал подтверждение. Нас держат в курсе.

Ушаков убрал телефон.

За стеной прошла медицинская тележка. Колёса на стыках плитки отмерили несколько глухих ударов и стихли.

— Вы сейчас нужнее своим близким. — Крылов поднялся и подхватил папку. — Оставайтесь с ними. Следствие работает сразу по нескольким направлениям, и уж поверьте, мы этих сволочей из-под земли вытащим.

Денис стиснул зубы, отец молча кивнул. Крылов встретился со мной взглядом.

— Александр Васильевич, не проводите меня? А то я, кажется, немного заплутал. В этих старых коридорах сам чёрт ногу сломит.

Я понял, что Крылов хотел поговорить со мной наедине, и поднялся.

— Конечно.

Мы вышли в коридор, и Крылов безошибочно направился к лестнице. Никакая помощь в поиске выхода ему не требовалась. Значит, разговор предстоял неприятный.

В середине пролёта он остановился.

— Мы приступили к формированию полного круга лиц, которых необходимо проверить. В него вошли сотрудники Министерства, дворца, охранных служб, подрядчики, представители участвующих Домов и организаторы выставки.

— Ожидаемо, — кивнул я.

— Есть ещё одна категория. Создатели защиты. Те, кто знал, как именно устроены все контуры.

Я понял, к чему он вёл. Крылов подозревал всех. Вообще всех.

— Вы с отцом проектировали четвёртый контур, — продолжил он. — Знали принципы его работы, имели доступ к закрытому техническому приложению и присутствовали при размещении камня. Василий Андреевич участвовал в согласовании системы. Красный бриллиант принадлежит лично вам.

— Вы считаете, что мы похитили Лену?

— Я пока ничего не считаю. Но другой на моём месте мог бы счесть её соучастницей. Ведь сумма страховки невообразимо огромная.

— Ну конечно, — не выдержал я. — И ради этих денег мы убили людей в салоне и во дворце, украли реликвии нескольких Домов, бросили мою сестру у пустой витрины и надели ей на шею мёртвый камень?

— Эта версия выглядит маловероятной.

— О, я рад, что вы так считаете.

— Я не пытаюсь вас оскорбить, Александр Васильевич. Я служу государству, и служу всем сердцем. Вы мне симпатичны, скрывать не буду, именно поэтому я предупредил вас. Но проверять вас стану наравне со всеми остальными.

Крылов говорил спокойно. Так же спокойно он ночью изымал ключи у Веригина и отправлял людей проверять дворцовые камеры.

— Мы обязаны исключить инсценировку, — продолжил он. — Возможное сокрытие камня владельцем. Сговор с третьими лицами. Попытку получить компенсацию или добиться политических последствий для Министерства. Подготовку другого артефакта из похищенных материалов. Любой мотив, каким бы нелепым он сейчас ни казался.

— Массовое убийство вас в этом сценарии не смущает?

— Смущает. Поэтому вероятность вашего участия невелика. Но невелика — не значит, что она равна нулю.

Я вздохнул.

— Вы собираетесь задержать нас?

— Оснований для этого нет. Я сообщаю вам сейчас именно потому, что не собираюсь устраивать показательное задержание или обыск без необходимости. Но ваши средства связи и прочие данные могут потребоваться для экспертизы. Доступ к счетам и внутренним документам Дома тоже.

— Вы получите всё, что хотите, — ответил я. — Хоть сейчас. Любые сведения. Моему Дому скрывать нечего.

Крылов кивнул.

— Благодарю, Александр Васильевич. Меньше всего мне хотелось беспокоить вас в столь тяжёлое для вашей семьи время. Но чем быстрее мы работаем, тем выше шансы выйти на след виновных. Не смею более задерживать.

Он развернулся и принялся медленно спускаться по старым ступеням.