Страница 29 из 29
Варну драконица нашла в её каморке рядом с кухней. Маленькая комната с трудом освещалась тусклым светом из крохотного окна-щели под самым потолком. Небольшая печь занимала целый угол. Сама Варна в черном парадном платье, которое она всегда носила в гарнизоне, с торжественным лицом перебирала свои склянки. Рядом с ней лежала замызганная книга с пергаментными страницами. Ведьма постоянно заглядывала в неё и озадаченно хмыкала.
Всё это Злата успела заметить за пару секунд после того, как широко раскрыла дверь и выдохнула:
— Здравствуй, Варна!
Старуха подняла на неё черные глаза и оскалилась в приветственной улыбке.
— И тебе не хворать, Златочка! А чего пришла? Заболела?
— Не совсем, — буркнула Быстрокрыл и тщательно закрыла за собой тяжелую дубовую дверь. Подошла к массивному столу ведьмы и добавила:
— Дело есть.
Варна чуть приподняла бровь, и Злата в смущении сцепила пальцы рук между собой.
— Вот скажи мне, ведьма, есть ли у тебя какое-нибудь зелье, чтобы убрать излишнюю разборчивость у мужчины?
Глаза ведьмы стали круглые, как у совы. И она резко захлопнула книгу, вызвав легкое облачко пыли. Драконица чуть вздрогнула. От пыли в носу зачесалось, и она едва не чихнула.
— Это как? — поинтересовалась ведьма и добавила:
— А ты садись, в ногах правды нет.
Злата уселась и продолжила:
— Ну вот, допустим, есть мужчина, что явно к даме имеет чувства какие-то…
— Какие? — тут же уточнила ведьма.
Глаза старухи пронизывали насквозь, и Злата ощутила пожар в щеках. Тема была до ужаса скользкой.
— Какие-то испытывает! — резко ответила она. — Но слишком гордый и разборчивый. Носом вертит.
— Так ты ему скажи сама: «Господин хороший, желаю с вами предаться страсти». И на дальнюю конюшню волоки вечером, — прищурилась ведьма. — А лучше в комнату к нему. Или у него и комнаты нет? Так зачем тебе такой нищеброд?
— Вот ты дура, ведьма! — взъярилась Злата, чувствуя, как начинает чесаться спина от крыльев. — При чем тут я? И негоже даме так в лоб говорить! Что за лисий срам? Прости Великий!
— Да ты не сердись, радость моя, — заулыбалась ведьма, но глаза её были холодны. — А то морщинки появятся. Ты скажи по делу — приворожить надо али просто дерзости придать кавалеру? За первое по закону жгут, а второе — можно.
— Дерзости придать, — выдавила драконица, чувствуя, что от её щек уже можно костер разводить.
— Это есть средство! — улыбка Варны стала еще шире, обнажив неожиданно белые зубы. — Веками проверенное.
Она встала и подошла к шкафу, занимавшему угол напротив печи. Открыла дверцу. Послышалось тихое звяканье. Злата с замиранием смотрела на спину старой ведьмы. Сердце билось, как птица в силках, а кончики пальца похолодели.
— Нашла! — радостно объявила Варна и обернулась. В руках у нее оказалась бутылка с ярко-красной жидкостью.
— Это кровь?! — воскликнула Злата, чувствуя холодную испарину на спине.
— Это рябиновка на меду. Настоянная. Зачем тебе кровь, коли кавалер уже неровно дышит? — удивилась ведьма. — Ты его в гости зазови или сама приди. По рюмашке тяпнете. Разговор душевный с ним заведи. А потом еще по рюмашке. А как кровь побежит сильнее, ты пуговичку-то на мундире расстегни… или три пуговички. Тут уж любой поползень должен понять, к чему дело идет.
— Что, так просто? — усомнилась Злата.
— А что сложного, радость моя? — заулыбалась ведьма. — Не-е, ты его можешь на бой вызвать, у вас же, драконов, и так делается. Но ты девка крепкая. Помнешь еще ненароком лебедя своего белокрылого раньше времени. Мужиков-то беречь надо. Бери настоечку.
Злата, не давая себе времени на раздумья, цапнула бутылку и ловким движением засунула её под мундир. Запрещено? Да плевать! Сейчас у нее задачи поважнее, чем следовать гарнизонным правилам. Или её брат Арду продаст, или она охмурит Эррина. Третьего не дано!