Страница 18 из 28
У окна она увидела стоящего к ней спиной мужчину в черном мундире. Длинная коса блестела бриллиантами на солнце. Руки сложены за спиной. На фоне окна его силуэт казался огромным. Он медленно повернулся, и сердце Тины сделало неприятный кульбит. Ладони мгновенно стали влажными.
— Госпожа Болиголов, — на его губах мелькнула легкая улыбка. — Вы всё же пришли.
Тина сделала шаг назад.
— Вы?!
— Присаживайтесь. — Он указал на стул перед столом. — Расскажите мне про вашу картошку.
Щеки Тины вспыхнули. И захотелось провалиться сквозь землю. Он что, хочет посмеяться над ней? Унизить? Но она глубоко вздохнула и сделала шаг вперед. Она ни в чем не виновата! А к этому высокородному у неё есть парочка претензий!
Она уселась на жесткий стул. Поправила подол на коленях и уставилась прямо в синие глаза дракона.
— Я хочу подать жалобу на вас! — заявила она. — За картошку и нападение поползней на меня. Вы должны её принять. А здесь точно больше нет инквизиторов по драконам?
Улыбка на его губах стала шире, а глаза — холоднее.
— До сих пор я неплохо справлялся с жалобами граждан на драконов. Пишите, что случилось и что хотите получить, — процедил он, доставая плотный лист бумаги. — Выше меня только Верховный инквизитор в Чернограде. Вы же там живете? Не собираетесь возвращаться?
— Нет, — отрезала Тина и взяла бумагу. На долю секунды их пальцы соприкоснулись, и девушка вздрогнула от ощущения горячей кожи дракона. Вспомнилось, как легко он поднял её в темном переулке Чернограда. И как быстро драпали от него те щенки, что к ней пристали.
А его темно-синие глаза словно не давали от них оторваться. Она сжала амулет на груди. Золотой дракончик слегка кольнул палец хвостом и наваждение спало. Этот Златокрыл — драконий маг, светоч. Это стало очевидно. И он наверняка её сейчас морочит. Он-то сразу понял, что она слабая ведьма. И не стоит никакого уважения! Глаза отчего-то защипало, и Тина опустила голову. Взяла перо и стала тщательно расписывать утреннее происшествие. Но нутром чувствовала, что он смотрит! И от этого перо стало слегка дрожать.
Но она сосредоточилась, и слова полились на бумагу будто сами собой!
«Циничное вторжение… — тщательно выводила она, прикусив кончик языка от напряжения. — Опасные монстрячие поползни… полное уничтожение урожая…»
«Отлично! — мелькнуло в голове. — Не зря я перечитывала книгу жалоб в ресторане»
И едва не хихикнула. Ни слова лжи не было в этой жалобе! А некоторое преувеличение… Но она действительно страдала!
Но тут дракон встал из-за стола и зашел ей за спину. На лист бумаги упала тень. А чуткий лисий нос уловил легкий аромат можжевельника и жасмина с нотками роз. Очень приятный запах от очень неприятного дракона!
— Вы пропустили одну деталь, госпожа Болиголов, — за спиной раздался тихий вкрадчивый голос, и Тина смазала букву в слове «возмутительно».
— Какую? — пискнула она, боясь пошевелиться. Он был так близко! Она даже чувствовала его тепло.
— А как проникли на вашу землю эти «монстрячие», как вы пишете, поползни?
— Через дырку в заборе! — ответила Тина.
— Отлично, — он почти мурлыкнул. — Но чей же это забор на границе вашего поля?
— Мой? — неуверенно ответила она и всё же решила посмотреть на него через плечо.
Он стоял, слегка склонив голову, с той самой полуулыбкой.
«Ну что, попалась?» — так и читалось в его взгляде. Руки всё ещё были сложены за спиной. И от его безмятежного лица по спине Тины пробежал холодок.
— Точно, — ответил он. — Это ваш забор, раз уж вы решили стать наследницей Агнесс. Она держала границу Тьмой и ей не было нужды следить за его сохранностью.
Дракон смерил её оценивающий взглядом, и висках Тины чуть стрельнуло.
— Вам же это явно недоступно. С вашим уровнем Тьмы, — добавил он, заставив её вспыхнуть от жара. — Так что придется руками. И если мои поползни заболеют от вашей картошки…
Он ловким жестом забрал у неё лист бумаги.
— То я на вас сам жалобу подам. Сегодня обязательно спрошу у работника, как они.
Тина вскочила со стула.
— Ну и подавайте! — почти крикнула она. — И ничего вашим поползням не будет! Это отличная картошка, я её сама сегодня ела. А дырку в заборе я заделаю. Лишь бы не видеть вас и вашу живность!
Девушка быстро развернулась и уже хотела уйти, как её остановил резкий окрик.
— Стой.
Невольно она подчинилась. От рыкающих ноток в его голосе по спине пробежали мурашки. Тина медленно обернулась. Златокрыл швырнул листок на стол.
— Ладно, — сказал он. — Я заплачу тебе за картошку. То есть, вам.
Он достал из кармана пять золотых монет и положил их на стол.
Тина уставилась на золото.
«Надо отказаться, — мелькнуло в голове. — И уйти, хлопнув дверью! Но золото — это еда и дрова. И он виноват!»
Дракон нахмурился и продолжил:
— И прикажу работнику починить забор. Уже приказал. Лишь бы не видеть вас. Вы удивительно неблагодарная лиса, госпожа Болиголов! Вообще-то, я вас спас. Уже два раза!
И он поднял два пальца.
— Вы ещё и считаете?! — возмутилась Тина и схватила монетки.
Не выдержала и посмотрела в потемневшие глаза дракона. И неожиданно он показался ей очень красивым и молодым. И от этого щеки вспыхнули нестерпимым огнем. Это было так глупо! Глупые мысли глупой лисы.
Она сорвалась с места, пытаясь как можно быстрее уйти из этого гиблого места. Но уже открыв дверь, не выдержала и обернулась. Дракон смотрел на неё с непроницаемым лицом. Как будто уже забыл её имя!
— Спасибо, — буркнула Тина.
— Я привык платить за свои ошибки, госпожа Болиголов, — процедил он. — Вам тоже полезно научиться. А то у меня такое чувство, что я еще не раз буду вас спасать…
Тина округлила глаза. Это он про что?
— По-соседски, — добавил он и сел за стол, давая понять, что разговор окончен.
Тина вылетела из кабинета.
* * *
За дверью стихли торопливые шаги.
Бирк медленно опустился в кресло и откинулся на спинку. Уголок его губ дрогнул.
«Лиса, — он покачал головой. — Какая наглая лиса! Чуть поползень не съел, а жалуется тут ещё!»
Дракон взял в руки листок с жалобой. От бумаги стало приятно пахнуть корицей и медом, как и от девушки. Вгляделся в беглый четкий почерк, по привычке исправил пару ошибок и порадовался, что их не так уж много.
«Монстрячие поползни», — перечитал Бирк и усмехнулся. Может, и правда перепугалась? Может, пригласить её в дом на ужин? Извиниться… по-соседски… Соседи же должны жить мирно!