Страница 69 из 77
Глава 22
22.
'Вот идет индивид нормативный на вид.
В самых общих чертах это парень в штанах.
У него есть жена, всем, что есть, снабжена.
Он идет в гастроном за свининой с вином.
Терема, терема, а напротив — тюрьма.
То стоим, то лежим — соблюдаем режим.
Кто не хочет на суд, тех врачи не спасут.
Дома тоже уют, если вдруг не убьют.
Зима была лютой
Кончалась валюта…'
Чайф
Заехали в город, шушукавшиеся всю дорогу Кузьмич с Алиной пришли к консенсусу и младшая сестра поставила брата перед фактом:
— На машзавод заедем, Лёха домой заскочит, маму повидает, соберётся по-быстрому и с нами. У нас будет жить.
— Если проедем, — буркнул Галям, вынужденный сбавить скорость, — смотрите, только основная дорога чистая, все съезды занесло…
Прильнули к окнам, пытаясь разглядеть сквозь круговерть метели город, который не видели уже больше двух недель. Балашиха жила: из труб домов частного сектора валил дым, окна двухэтажек светились в сумраке, который теперь воцарился надолго, если верить прогнозам. Несмотря на непогоду, на улице попадались люди, провожая машину возвращающихся командировочных долгими взглядами.
На кольце машзавода, на трамвайных путях, стояло сразу два трамвая, с ярко освещенными пустыми салонами. Третий распахнул двери на остановке, впуская в себя народ.
— Выстояли! — Обрадовался сзади Кузьмич: — Смотрите, теплотрассу раскапывают, всем миром, несмотря на непогоду и ветер. И вручную…
— Сейчас всё вручную придется, — в голосе Галяма не слышалось обреченности, скорее констатация факта, — накрылась цифровизация, с автоматизацией и роботизацией вместе. Если уж спутники, которые на орбите крутились с защитой от радиации и прочих помех, не выдюжили, что про остальную электронику говорить…
Все примолкли, оценивая открывшуюся перспективу. Жека, до этого отгонявший от себя эти мысли, мысля добраться до дома, сейчас похолодел от осознания: «Накрылось всё, по ходу… Хрен с ней, с цифровизацией, дома в лучшем случае только чайник работающий остался. Стирать руками, продукты хранить по старинке, без холодильника. И два кондиционера накрылись, считай. Хорошо, хоть на халяву достались…»
— Боялись, что ИИ работу отберёт, а тут жахнуло так, что теперь о безработице можно надолго забыть. — Посетовал Жека, вздыхая.
— Тебе грех жаловаться, — покосился Галям, — накрылась только микроэлектроника, в штабе сказали не спешить технику со счетов списывать. Неужто не сможешь напрямую подключить ту же стиралку или холодильник? Пусть без выбора режимов и свистоперделок, но чтоб работала? Кондовая техника не пострадала, говорю же, только микросхемы вышли из строя.
— Бля, — хлопнул себя по лбу Жека, — в натуре! Ты гений, Галям! Полцарства за подшивку журналов «Радио» и серию «Массовая радиобиблиотека…»
— Это не я гений, — скромно отказался от лавров старшина, — это в штабе накидали, чего ждать и к чему готовиться…
«Не зря учился», — обрадовался Жека, — «паять умею, с остальным разберёмся. Да уже по любому разобрались, сегодня-завтра можно ролики глянуть, как напрямую технику подключать, пусть без дисплеев и наворотов… Тьфу, какие теперь к чертям собачьим ролики, самим придется вникать. До дому доберусь и на всю бытовую технику надо документы искать, там схемы должны быть принципиальные…»
Вопреки опасениям Галяма, в сторону четвертого микрорайона, где жил Кузьмич, проехали без проблем — дороги активно расчищались. Руками, а вернее, лопатами в руках местных жителей. Как словоохотливо ответил один из них на вопрос старшины, словно радуясь выпавшей передышке в работе:
— Пизда капитализму, теперь прилегающие дороги и придомовая территория на совести жильцов. Иначе ни скорая не подъедет, ни паёк завтра в магазине не выдадут. А с другой стороны, счетчики все накрылись, до сих пор напрямую электричество подключают ходят. Вы сами-то откуда будете, — подозрительно прищурился мужик, крепче ухватив лопату, — если не знаете элементарного? Ааа, с Челябы едете. Так ехайте дальше, у нас всё нормально, дебичей нет…
Галям закрыл окно, в которое нещадно задувало и тронулся с места, сообщив:
— На улице минус пять уже, потеплело. И снег гуще валит…
— А чего у нас сейчас тогда, если не капитализм, а? — Снова оживился Кузьмич: — Это чего, не видать нам зарплаты и командировочных?
— Военный коммуниз у нас, Лёша, с вариациями. — Объяснила Алина: — Уже который месяц и военное положение до кучи, а за зарплату и командировочные не беспокойся, продуктами выдадут на крайний случай. Что-то сомневаюсь в том, что денежная система в ближайшее время сохранится в прежнем виде.
— Ага, вроде того, — подтвердил её выводы Галям, — видите, как народ газоны раскапывает? Землю ведрами домой таскают, не иначе, пока совсем снегом не завалило. Или не залило, судя по тому, что температура повышается. Я уже совсем не уверен, что нам от погоды ждать…
Жека тем временем клял себя, что не вылез на повороте к микрорайону — сейчас бы уже на трамвае к дому подъезжал. И за то, что пустил на самотёк вопрос с землёй. Лампы достал, кое-какой запас удобрений в подвале есть, а про землю забыл. На балконе мешок лежит, в подвале тоже один, да по старым горшкам и ящикам из-под рассады с пол мешка наберётся и всё. И ни ящиков, ни тары достаточной для выращивания…
«Ладно, в подвале стеллажи можно разобрать, из досок сколотить контейнеры, но этого мало. На даче есть немного досок, но это когда туда добраться получится. У дяди Вани запас должен быть, но я не один такой умный. Его, небось, сейчас со всех сторон осаждают. Домой надо быстрей, домой, а не по городу рассекать, сейчас ещё мелодрама эта с Кузьмичем и Пулей…» — ёрзал он на переднем сиденье, мысленно поторапливая Галяма.
Подъехали к пятиэтажке Кузьмича, Галям поглядел на то, как тот копается в рюкзаке и распорядился:
— Возьми полкоробки респираторов мамке, сейчас не лишними будут.
— Да я и так, — принялся тот оправдываться, — сухпай сэкономленный ей и витаминки пизженные.
— И я с тобой, — решила Алина, наблюдая за сборами Кузьмича, — чтоб не копался дома и маму твою успокоить, познакомимся хоть…