Страница 64 из 77
— Свет пока есть, но в любой момент может пропасть, так что заряжайте всё, что можно зарядить. По существу — сидим-пердим, ждём, когда всё кончится. — Серёга кивнул на дядю Ваню: — Есть старый ламповый радиоприемник с выведенной антенной и несколько FM-приемников новых на батарейках, так в эфире никого, только свистопляска и какафония, про спутники я уже говорил. Так что просто выжидаем, когда всё кончится, не теряя человеческого облика…
Настя дождалась Свету и вместе вернулись в свою кладовку. Свет так и не отключили, девчонки прибрались, разложили вещи и провели инвентаризацию: по самым скромным подсчетам, даже если не брать в расчёт сырую картошку и всё ещё крепкие кабачки — прожить в автономном режиме они могли ещё долго.
— Быстрей эти биотуалеты переполнятся, чем у нас еда закончится, — вынесла вердикт Света, — и ещё туристическая газовая плитка есть, и тридцать баллончиков к ней. Эх, Женя, всё подготовил, а сам в командировку свинтил…
Достали ещё теплую кашу и яйца, без охоты поели и еле накормили Мишу, который освоился в каморке и норовил ускользнуть в коридор, где раздавались детские голоса. Марыся, изучившая все углы небольшого подвала и недовольно фыркнувшая, когда её поместили в лоток с наполнителем из опилок — метнулась из лотка с пробуксовкой, только опилки полетели, в неплотно прикрытую дверь. Мишаня подался за ней, просительно протянув:
— Ну мам, можно, а? Я прослежу, чтоб она не сбежала…
— Куда она сбежит тут… — Света сдалась: — Иди уж, только не шумите сильно, тут все собрались, и старые, и малые…
До обеда девчонки успели и поплакать друг у друга на плече, и в телефонах посидеть — обе накачали на такой случай и сериалов, и книг с музыкой. Но температура в подвале, не поднимавшаяся выше плюс шести — не располагала к малоподвижному образу жизни. Поэтому перед тем, как пообедать, обе, не сговариваясь, встали и вышли из подвала.
— Мишу посмотреть. — Словно оправдываясь, сказала Света.
— И с соседями пообщаться, — добавила Настя, — а то как куркули сидим, скооперироваться надо, вместе пообедать, у нас всё-таки плитка есть…
С Мишей всё оказалось в порядке, дети в коридоре не скучали: девчонки расчертили разноцветным мелом бетонный пол квадратами и играли в классики, соревнуясь с мальчишками. Подростков постарше не было видно, скорей всего, в телефонах сидели…
Девчонки навели мосты с ближайшими соседями и пообедали на три семьи, ещё нескольким соседям предоставив плитку разогреть еду. Миша на этот раз на отсутствие аппетита не жаловался и умял всё предложенное за обе щёки. Как и Марыся, вернувшаяся из коридора с задушенной мышью в зубах.
Добычу она положила перед Настей и с чувством выполненного долга уселась возле своих латок. Смела и влажный корм, и сухой, воды полакала и забралась в Настин спальник — ей тоже такой климат был не по нутру.
Настя покосилась на питомицу и тоже залезла в спальник, Света последовала её примеру, усмехнувшись:
— А что ещё делать, только есть да спать, Марыська правильный пример показывает.
Кое-как забылись коротким, на несколько часов, сном. Подвал, обычно тихий — преобразился. Пусть так же пахло сыростью и картошкой, но сейчас эти запахи перебивали ароматы разогреваемой еды, а из конца их коридора, где установили биотуалет — весьма ощутимо припахивало испражнениями. И шум: играющие дети в коридоре, разговоры соседей, музыка и фильмы на их смартфонах — убежище зажило своей жизнью…
Проснулись разбитые и недовольные, сходили в туалет, где несмотря на стоявшие в углу несколько баллончиков с освежителем воздуха — пахло всё гаже и гаже. Настя задержала дыхание во время посещения отгороженного импровизированной ширмой туалета, но надолго её не хватило. Пожаловалась Свете, та отмахнулась:
— Принюхаемся скоро и замечать перестанем, меня больше беспокоит, что там, на поверхности происходит. Свет так и не отключили, утром минус восемь на улице было, сколько мы тут просидим? Настя, короткие замыкания, возгорания из-за не отключенных электроприборов, ещё статистически остались люди, которые либо умышленно, либо сознательно не укрылись, что у них в голове — только бог знает и их психиатр. А если батареи в квартире перемерзнут и канализация, то нам проще до весны здесь выживать будет, чем возвращаться…
— Так, хорош окукливаться и самоизолироваться, — Настя загремела посудой, — сейчас поужинаем, Мишку спать уложим и по гостям пойдем, к дяде Ване.
Света понимающе улыбнулась:
— Да, это хорошо, и сами развеемся, и деда порадуем. Настойку-то всю сюда Женя перенёс?
— Да, — Настя вздохнула, — тоже переживал, что морозы могут натворить, поэтому и варенье всё, и соленья, и стратегический запас алкахи здесь. Надеюсь, не будет сильно ругаться, если одну-две бутылки возьмём…
— Главное, как Серёга сказал — человеческий облик не потерять.
Добавила Света и девушки расхохотались в голос: вот уже второй час оба Серёги, и мчсник, и врач — услаждали слух обитателей подвала хитами русской эстрады, иногда переходя на шансон. Вот и сейчас по коридору неслось их слаженное пение:
'Вот и лето прошло,
Словно и не бывало.
На пригреве тепло.
Только этого мало.
Всё, что сбыться могло,
Мне, как лист пятипалый,
Прямо в руки легло.
Только этого мало…'
Снова вышли в коридор, прошлись по соседям и тремя семьями поужинали, по начинавшемуся складываться распорядку. Света, чтоб не пропадать добру, зажарила кабачок, сделали салат с репчатым луком, оставшимися вареными яйцами и рыбными консервами, принесенными соседями. Посетовали, что хлеб кончается, но тут же оказалось, что у всех припасены сухари — так что галеты из сухпайка подождут.
Кошка снова отличилась, на этот раз принеся полуживую и попискивающую мышь, предложив её Мише. И Настя, и Света — запрыгнули на стеллажи, взвизгнув. Света потребовала:
— Миша, убери это сейчас же! Пожалуйста! В биотуалет выкини, только руками не бери, вот перчатки хебешные.
— Мама, но она же ещё живая!
— Добей и утопи! Миша, это же зараза и паразит! — Подключилась Настя.