Страница 51 из 77
Жека решился, отколупал кусок, и положил на язык. Подержал во рту — вкус резкий, но не отвратительный, а какой-то необычный. Запил чаем, поделился впечатлением:
— Мне кажется, язык чутка онемел, по ходу, действительно забористая штука.
— А то, — согласился Слава, — главное курсом пару раз в год ешь, с утра, максимум в обед, вечером и на ночь не стоит. И жену корми, если есть. Ещё такую же дадим, если привезёшь, что обещал…
Жека сидел и прислушивался к ощущением: остатки похмелья ещё чувствовались, голова с той стороны, куда приклад впечатался — побаливала. Кузьмич тоже наблюдал за ним, с неприкрытым интересом, Слава не выдержал:
— Мужики, это же не водка и не героин, природный стимулятор и адаптагоен, иммунку подстёгивает и вообще, потом сам увидишь… — Покосился на Кузьмича: — Этому не давай, если выпрашивать будет, у него по сроку службы и так на каждую юбку дымится, со струи вообще осатанеет…
Допили чай и закурили, Кузьмич, продолжая коситься на Жеку, спросил:
— Слав, а вы куда мясо дели, которое радиоактивным оказалось?
— Наркоманам отдали… — Зевнул Слава.
Кузьмич закашлялся, а Жека нахмурился:
— А не слишком жестоко?
— Погоди, ты что, подумал, что мы им на еду дали? — Слава засмеялся. — Не, травокурам отдали, они тут домик с огородом купили, после двадцать седьмого года, две теплицы поставили и выращивают каждое лето. И зимой под лампами. Они рыбу мелкую по весне собирали, закапывали под свою коноплю. Мы им это мясо предложили, они всего лося и забрали, сказали по весне зароют поглубже и сверху мариванну свою посадят…
Пока трепались — подошли Галям с Игнатом, раскрасневшиеся и весёлые. Старшина издали не запел, а загорланил:
'В небо взмыла ракета, и упала за реку,
А по белому снегу, уходил от погони,
Человек в телогрейке, догоняя волкА!'
Игнат был настроен менее лирично:
— Хули расселись? Славка, почему мясо не погружено?
— Вас ждали, — огрызнулся сын. — чтоб на шестерых поровну раскидать.
Распределили мясо по корытам, увязали верёвками через специально для этого проплавленные дырки в бортиках, Галям отдал ключи от машины Славе:
— Держи, как самый здоровый, первый дойдешь ведь, чтоб на улице не мёрзнуть. Только зря не гоняй движок, чуть нагреешь воздух в салоне и глуши, бензину не напасёшься…
— Бутылка в бардачке лежит, — Обозначил Игнат стимул, — как доберётесь, можете выпить. Если мы вас не обойдём…
Подъём в гору для Жеки дался очень тяжело — пар валил, пришлось расстегнуть куртку и то и дело снимать шапку, обтирая лицо. «Опять гисметео облажались, какие минус двадцать пять, десяти нету уже». — Жека пёр в гору на морально-волевых, его уже шатало, несколько раз оступался и падал: «Какие эти лыжи охренительные, с лосиными ногами, без них или с обычными бы уже сдох — вперед пожалуйста, а назад не катятся. Хотя, я сейчас и с этими лыжами сдохну…»
Несколько раз оглядывался — Кузьмич со Славой отставали всё дальше и дальше. Но дожидаться их — сил не было, в голове было только одно: «Быстрей бы подняться, там лягу возле машины и не встану, пока все не придут. Какая охота, какая романтика, дойти бы…» Выбрался наконец наверх, в ельник, сел прямо в снег, дыша как загнанная лошадь. Отдышался, покурил и снова впрягся в постромки: «Последний рывок, там на обочине лягу, с полкилометра осталось…»
До машины практически добежал, настолько хотелось отдохнуть — никогда ещё Жека так не радовался китайцу Галяма, как сейчас. Посмотрел с ненавистью на корыто и осуществил мечту последних нескольких часов — скинул лыжи и упал на спину на обочине, раскинув руки. В голове звенело, ноги гудели, руки тряслись…
Минут через десять полегчало и стало холодно, Жека сел, обтер снегом лицо: «Чо там Слава с Кузьмичом возятся?» — Вспомнил, что с середины горы потерял их из вида и внутри червячок зашевелился: «А если случилось чего, Кузьмич хоть и бодрится, а ведь совсем недавно помирал на отходняках, вдруг прихватило?»
Закурил, сделал несколько затяжек, но не выкурил сигарету и до половины — отбросил в сугроб: «Не, надо спуститься, даже если просто отстали — помогу немного, один раз ведь уже поднялся. А тут не с самого низа, да и легче вместе…»
Перевернул корыто кверху дном под приметной елкой недалеко от машины, чтоб не расклевали птицы, нагрёб ногами снега, критически осмотрел: «Сойдет для сельской местности, ладно, хорош тянуть…» Встал на лыжи и заторопился обратно…