Страница 21 из 43
11 глава
Назойливый стук заставил открыть глаза. Потолок, на котором только что играли солнечные зайчики, потемнел. Сквозь занавески в гостиную едва пробивался свет от фонарей. Я вырубилась прямо на диване и даже туфли не сняла.
И проспала до самого вечера! Да как так-то!
Снова стук. Настойчивый. Кто-то стоял у двери и требовал, чтобы его впустили.
На пороге оказался Карти в обличие всё того же горячего святоши, только бледный и испуганный. Он держался за живот, согнувшись почти пополам.
– Я не понимаю, что со мной. Словно умираю, – не здороваясь, застонал он.
– Что ж, встретимся на той стороне, придурок, – хохотнула я и почти захлопнула дверь, но Карти выставил руку. – Эй, убери клешню, а то сломаю!
– Говорю же, мне очень плохо. Тело было здорово, когда я его… занимал.
Вот это поворот. Получается…
– Так ты угробил смертного? – протянула я, хищно улыбаясь. – Вот это да! Ты же в курсе, что за убийство в Рай тебя уже не пустят?
Вместо ответа, Карти согнулся ещё сильнее и шумно изверг из себя скудные рвотные массы. Выглядело ну совсем не по-ангельски.
– Твою мать, Птенчик, ну не на мой же коврик!
– Помоги… умоляю…
– Ещё чего! А ты снова про ошейник вспомнишь и мне дело запорешь? Хренушки!
Карти внаглую переступил порог, споткнулся о дверной коврик и распластался прямо посреди прихожей. Приехали.
– Карстен, хорош уже, проваливай.
– Мир, – едва слышно прошептал ангел. – Молю о мире.
Больше всего на свете мне хотелось добить надоедливого комарика. Без него я куда быстрее найду подход к Питеру и прекращу бесконечный водоворот смертей. Я не желала больше умирать за незнакомых людей. Всё! Хватит!
Но вид беспомощного ангела заставил сердце сжаться и неприятно покалывать. Вроде и плевать на него, сдохнет – мне же легче, но внутренний голос не просил, а требовал ему помочь. Он ведь вчера помог, позаботился обо мне, хотя мог бы принять правила развратной игры Питера и сделать всё, что пожелает тёмная сторона мужских фантазий. И сегодня спас от мерзкого Рона. Он и правда мой ангел-хранитель.
– Я не хочу умирать. Это ужасно, – бормотал Карти, тяжело дыша.
– Добро пожаловать в мой мир, ангелок. Я это делаю несколько раз в день.
Последнее «молю» он произнёс одними губами, театрально закатывая глаза.
– Да твою же… налево! – прорычала я и наклонилась над умирающим.
Кое-как подняв его на ноги, взвалила на свои хрупкие плечи. Запашок от Карти стоял невыносимый, словно он несколько дней бегал без остановки и не посещал душ. Диван в гостиной не заслужил такого издевательства, поэтому мужчина был отправлен в ванную. Там оперла его на раковину и наказала блевать в неё.
Сама встала над ним, как грозный надзиратель, и задумалась.
– Слушай, а с тобой, вообще, что? Только не говори, что вернулся в бар и подрался с теми ублюдками.
– Нет, не возвращался.
– Отравился? Побили? Нож под ребро воткнули? Ты ж, дурак небесный, в людях вообще не разбираешься.
– Не знаю. Всё было нормально, а потом стало хуже, – прошептал он, падая лицом в раковину. – Постоянно тошнит и болит живот.
– Ну, если ты не беременный, чего быть в принципе не может, значит, отравился. Признавайся, чего жрал?
– Ничего.
– В смысле, ничего? Мы здесь уже чёрт знает сколько торчим. Что-то же ты наверняка ел или пил?
– Говорю же, ничего, – шептал Карти, касаясь губами холодного фаянса. – Не люблю смотреть, как люди едят и… переваривают. Знаю, что это необходимая, но отвратительная система.
Глупый Птенчик умирал от голода. Голода! Посреди мира, где с едой давно нет никаких проблем! И правда дебил крылатый.
– Карти, ты тупой болван.
– Ну спасибо…
– Серьёзно! Ты моришь голодом чужое тело. За такое точно крылышки подрежут.
– Я не голоден.
– Да ты даже не знаешь, что это такое, осёл безмозглый!
Я вытряхнула одинокую зубную щётку из стакана и налила в него воды. Немного намочила глупого ангела, но сил сопротивлялся у него не было. На всякий случай ещё несколько раз брызнула на лицо. Просто так, потому что жуть как хотелось над ним поиздеваться.
– Давай, пей. Если опять затошнит, блюй в раковину.
Карти поморщился, но всё же коснулся губами стакана и сделал несколько глотков.
– Ну что, чуешь, как работает отвратительная система, которая поддерживает жизнь в человеке? То-то же! Неженка хренов. Давай, допивай. Потом будем учиться есть, как все смертные.
Распробовав воду, Карти вцепился в стакан и залпом его осушил. За всё время в облике человека до ангела не дошло, что люди питаются не ради прикола, а это необходимая часть их жизни. А ещё говорят, что ангелы всё знают.
После третьего стакана пришлось отрывать голодающего от раковины и тащить на кухню.
Чем кормить мужчину, уморившего себя голодом? Я была человеком много сотен лет назад, но голод помнила. В те времена не существовало такого изобилия, как сегодня, поэтому ходить с пустым брюхом день, а то и два, было привычным делом. Смутно, но я помнила, как ломило желудок, если удавалось добраться до хлеба или похлёбки.
Главное правило: не жрать всё подряд. Иначе точно угроблю. Этого допускать не хотелось, а то ведь гадкий Карти и на меня может указать. А вот если спасу жизнь его телу, то там, наверху, могут зачесть за хорошее дело. Может даже от Ада отмажут. Навряд ли, конечно, но эта мысль меня грела.
С улыбкой победителя, я распахнула холодильник, выискивая хоть что-то, от чего мой чёртов ангел не двинет копыта. Из всего, что я не успела подъесть у хозяйки, оставались только яблоки и почерневшие бананы. Сойдёт на первое время. Не буду же я ему похлёбку варить. Много чести!
Великое изобретение человечества – тёрка! Я видела, как легко с ней управлялась женщина, отдавшая любовь к детям ради жизни. Благодаря ей, я быстро перетёрла фрукты, перемешала темнеющую на глазах массу и поставила перед мужчиной.
– Куда блевать ты помнишь.
В этот раз Карти морщился и сопротивлялся куда дольше. В ангельской головушке никак не складывался тот факт, что простые смертные жрут вот такую гадость, а не питаются небесной манной.
– Карти, не беси меня. Просто бери ложку и жуй. Если ты сдохнешь в моём доме, я убью тебя ещё раз.
– Не торопи, я пытаюсь принять неизбежное, – уже бодрее произнёс ангел, гипнотизируя пюре в тарелке.