Страница 20 из 43
Пока я ругала саму себя за глупую потерю времени, дверь бара скрипнула и на улицу вывалилось щуплое тельце Рона. При свете дня он выглядел ещё печальнее, чем в полумраке бара.
– Красавица! Ты куда убежала-то? – улыбался Рон, доставая сигарету из помятой пачки. – Там пивка ещё налили. Пошли.
– Подышать немного. Голова что-то закружилась.
Рон сально ухмыльнулся и нетвёрдой походкой подошёл ближе.
– Да брось, красотка. Так и скажи, что хотела побыть со стариной Роном наедине.
Он бесцеремонно схватил меня за задницу. Пальцы сжались так крепко, что я еле вырвалась.
– Ещё раз схватишь меня за зад, я тебе пальцы по одному сломаю!
– Ну ты чё! Я ж так, любя.
Подворотня. Кислое пиво. Пьяный мужик. Да на кой хрен мне вообще это сдалось?!
– Всё, к чёрту, я домой.
– Э, погоди! Какой домой? Куда домой?
Рон схватил за запястье и потянул к себе. Я вырывалась, требовала отпустить, но его было всё равно. Пьяный разум нацелился на романтическое продолжение вечера, и отступать мужчина не собирался.
– Отпусти немедленно!
Куда там! Чем злее я становилась, тем настойчивее тянул Рон. Хоть и щуплый, а сильный мужичок. Как назло, в переулке не было ни души. Гиблое место.
Рон прищурился, разглядывая меня заплывшими глазами.
– Э, я понял! Это ты с виду вся такая скромная и, типа, воспитанная. Да только юбка коротковата для невинной девки и чёртики-то в глазах недобрые смеются.
– Ага, у одного из них даже имя есть. Рок. Он приходит за душами и тащит их в ад. И тебя утащит, даже не сомневайся.
– Да пошли ещё по пиву выпьем. По кружечке. Или две.
– Пусти говорю! – рычала я. – Рожу расцарапаю!
– Эй! Отпусти девушку!
Голос громкий, грозный. Мы с Роном замерли и машинально повернулись на звук. Посреди переулка стоял Карти, сжимал кулаки и смотрел на нас очень сурово. Ну прямо Бэтмен, разве что трусов поверх брюк не хватало.
– Слышь, красивенький, иди куда шёл, – рявкнул Рон.
Карти пошёл в нашу сторону, увеличиваясь в размерах с каждым шагом. Последняя трезвая извилина в голове Рона всё же смогла сообразить, что Карти на голову выше и куда больше. Неудавшийся подворотный романтик отбросил мою руку и мгновенно скрылся за дверью бара.
Птенчик не сразу, но всё же расслабил тело, сжимая и разжимая кулаки, будто после драки.
– Ты как? – осторожно спросил он.
– Самый дебильный вопрос в мире, – фыркнула в ответ. – Пошли отсюда на фиг, а то пьяный дурак дружка притащит.
Только когда оказалась в машине, напряжение немного спало, и я смогла облегчённо вздохнуть. Всё же бары и приключения не для меня.
– Новый парень? – съехидничал Карти, выезжая на дорогу.
– Заткнись.
– Что не так? Симпатичный.
– Ну, вернись к нему, в любви признайся.
– Спасибо, у меня других дел полно.
– Это каких же? За мной следить?
– Не следить, а спасать от неприятностей. Считай, я твой личный ангел-хранитель.
Я взглянула на Карти, оценивая его не как ангела, а как простого мужчину. Как бы я себя вела, если на место Рона поставить Птенчика? Ха, да так же! Пальцы бы ему переломала. Это ж Карти! Хотя, правды ради, он действительно помог. Благородный ангельский поступок.
– Спасибо за помощь, – чуть тише произнесла я.
Вообще, я не собиралась благодарить, но и хамкой выглядеть не хотелось. Как бы сильно мы друг друга ненавидели, есть вещи, за которые нужно быть благодарным. Помощь в сложной ситуации входит в их число.
– Не за что.
Пока мы ехали до дома, я мельком поглядывала на Карти. Не потому, что он симпатичный! Просто на дорогу надоело смотреть, да и хмель в желудке приглушал неприязнь.
– Так и будешь бегать за мной до самого конца?
– Ага, – кивнул Птенчик.
– Других дел нет?
– Не-а.
– Может, у кого-нибудь другого хранителем поработаешь?
Карти покачал головой и тут же крепко сжал пальцы на руле.
Он изменился с нашей прогулки по торговому центру. Взгляд уставший, кожа бледная, мешки под глазами такого размера, что можно вместо тележки в магазине использовать. Похоже, Птенчик почти не спал, боясь, что я доберусь до Питера. Ну и дурак. Как только доеду до дома, обязательно сдамся в плен подушечке и одеялку. Надо избавиться от хмеля в голове и хорошенько всё обдумать. А Карти пусть дальше сидит в машине и стережёт мой покой.