Страница 4 из 34
— Дура, — прошептал я, чувствуя, как внутри всё переворачивается. — Ты зачем полезла? Ты же призрак! Ты должна сквозь них проходить, исчезать, в отражениях прятаться! А не...
Я не договорил.
Потому что она медленно подняла руку — тонкую, почти прозрачную на концах пальцев — и коснулась моего лица. Провела по щеке, оставляя чёрный след.
Губы дрогнули под нитями. Беззвучное слово.
Я не знаю, что она хотела сказать. Может, «прощай». Может, «спасибо». Может, «придурок».
А потом её тело начало таять. Растекаться тенью, уходить в камни, в грязь, в темноту. Чёрная кровь впитывалась в землю, и вместе с ней исчезала она.
— Нет! — рявкнул я, пытаясь удержать, сжать в руках эту ускользающую тьму. — Нет, стой! Я не разрешал! Ты слышишь меня, проклятие? Я не разрешал тебе дохнуть! Это моя прерогатива — хотеть твоей смерти! Поняла?!
Пустота.
В руках осталась только холодная вода из лужи и чёрные разводы на коже.
Я сидел на коленях посреди горной пещеры, рядом валялись две туши виверн, третья — без головы — дёргалась в предсмертной агонии, а в воздухе пахло кровью, гнилью и чем-то ещё.
Страхом.
Моим страхом.
Которого у меня не было уже много лет.
— Моник... — позвал я тихо, оглядываясь по сторонам. Заглянул в лужу, в тень от скалы, в лезвие меча, валявшегося рядом.
Пусто.
Нигде.
Она не появлялась.
Первый раз за долгое время, оглянувшись, я не увидел её за своей спиной.
Мне стало пусто. По-настоящему пусто. Будто из груди вынули что-то важное, что я даже не замечал, пока оно было.
— Только попробуй сдохнуть, — прошептал я в темноту. — Я тебя из любого зазеркалья вытащу и снова убью. Поняла?
Тишина.
Ни холодка. Ни ряби в воде. Ничего.
Я поднялся, подобрал меч, кинжал, вытер с лица чёрную кровь. Посмотрел на свои руки.
Они дрожали.
— За пару медяков, — усмехнулся я горько. — Твою мать, Шэйн. Дожился. Проклятие оплакиваешь.
Я побрёл вниз, в деревню. Получать деньги за выполненную работу.
Только какая к чёрту работа, если единственное, что я хочу сейчас — найти зеркало и увидеть в нём её.
Хотя бы тень. Хотя бы отражение. Хотя бы эту дурацкую красную нитку на губах.
Мою молчаливую тварь.
Мою Моник.