Игра

Песок под щекой. Горячий. Шершавый. Воняющий кровью.

Рядом рухнул Вик.

Он повернул голову ко мне.

И улыбнулся.

Господи.

Он улыбнулся.

Коротко. Криво. Как взрослый, уставший мальчишка, который уже все для себя решил.

— Спасибо, — прохрипел он.

А потом что-то тяжелое ударило меня в бок.

Я покатилась.

Песок. Боль. Воздух вышибло.

Когда я смогла проморгаться, то увидела Вету. Она сидела рядом. Живая. Целая. И смотрела огромными глазами куда-то мимо меня.

Я медленно обернулась.

Вик лежал там, где секунду назад лежала я.

И лезвия уже прошли через него.

Мне показалось, что мир просто перестал существовать. Тишина была столь громкой, что заложило уши.

Он умер.

Подросток.

Рыжий.

Упрямый.

Живой еще минуту назад.

Умер, потому что оттолкнул меня.

Потому что я выкинула Вету за черту.

Потому что мы дотянули почти до конца и все равно не успели.

Что-то горячее, темное, безумное рвануло у меня внутри так резко, что на секунду я перестала видеть.

Перед глазами стало красно.

Тело само поднялось.

Я знала это чувство.

Оно уже приходило однажды.

После Тимри.

“Убей”, — шептало оно.

“Разорви. Сломай. Уничтожь.”

И если бы не один голос, вынырнувший из памяти так ясно, будто он стоял рядом, я бы, наверное, снова пошла резать все живое.

Не убивай людей.

Голос Джея.

Теплый. Строгий. Очень живой.

Я зажмурилась.

И направила ярость не в людей.

В стены.

В трассу.

В песок.

В замок.

Во все это проклятое место, которое жрало детей, как игру.

Ярость врезалась в Игру, и та ответила.

Земля дрогнула.

Стена справа треснула.

Потом еще одна.

Потом где-то очень далеко что-то загрохотало.

Я уже не видела Дмитрия. Не видела Ищеек. Не видела никого, кроме Веты — маленькой, рыжей, живой. Ее одну я не тронула. Все остальное — пусть рушится к чертям.

И оно рушилось.

Башни. Дороги. Ловушки. Камень. Металл.

Все, до чего дотянулась моя ярость, шло трещинами и лопалось, как слишком долго натянутая проволока.

Люди закричали.

Кто-то побежал.

Кто-то упал.

А я стояла в центре этого грохота и понимала только одно: если я сейчас не остановлюсь, то развалю весь этот мир к дьяволу вместе с собой.

Но остановиться уже не могла.