Страница 18 из 24
— Два года, — продолжает он. — Два года я вставал, варил кофе на одного, уезжал на работу, возвращался, ложился спать. И только через два года заметил, что не покупаю продукты в двойном размере.
— А сейчас?
Он пожимает большими плечами.
— Сейчас покупаю на одного. Привык.
Мы выходим из музея. На улице моросит. Кирилл достаёт зонт, раскрывает над нами.
— Спасибо, — поневоле опираюсь на протянутую руку.
— Не за что.
— За всё. За выставку, за квартиру, за адвоката, за курсы. Я никогда не смогу…
Он не даёт договорить, словно читая мои мысли.
— Сможете, — перебивает он. — Уже сейчас можете. Просто не замечаете.
Я смотрю на него.
— Хотите завтра позавтракать со мной? — вырывается само собой.
— В смысле? — В тёмных глазах удивление.
Не отступаю, раз уж испортила имидж неприступной монашки.
— В прямом. Я приготовлю. Вы говорили, что привыкли завтракать один. Давайте вдвоём. Хотя бы завтра.
Он смотрит на меня долго.
— Вы умеете готовить яичницу? — спрашивает с серьёзным видом.
— Умею.
— Тогда завтра в девять.
— Договорились.
Утром я встаю в семь.
Достаю сковороду — она здесь старая, чугунная, наверное, ещё его бабушки. Яйца, масло, хлеб для тостов. Зелень — укроп, петрушка, лук. В холодильнике есть сыр, помидоры, авокадо.
Я готовлю завтрак.
Ровно в девять — звонок в дверь.
Кирилл стоит на пороге. В руках — кофе. Два стаканчика, навынос.
— Я не знал, что вы пьёте, — он улыбается. — Взял американо и латте. Выбирайте.
— Американо.
Я беру стаканчик.
— Проходите.
Он проходит. Смотрит на стол — яичница с зеленью, тосты, сырная тарелка, авокадо с лимоном.
— Это вы сами?
— Сама. Шестнадцать лет практики.
— Но он не ценил.
Усмехаюсь:
— Откуда вы знаете?
Он подыгрывает:
— Догадался.
Мы сидим за маленьким кухонным столом. Кирилл ест молча, но не быстро — смакует, будто пробует каждую крошку.
— Вкусно.
— Правда?
— Правда.
Я смотрю, как он ест. Спокойные руки, неторопливые жесты. Человек, который привык жить один, но не озлобился на одиночество.
— Знаете, — чувствую, как щёки покрывает румянец. — Вы первый мужчина за много лет, с которым я завтракаю не в статусе «жена».
— А в каком статусе?
Я думаю.
— Просто Маша, умеющая готовить яичницу.
Кирилл улыбается.
— Просто Маша, — повторяет он. — Хорошее имя.
Мы допиваем кофе. Я собираю тарелки, он не предлагает помочь — сидит и смотрит, как я мою посуду.
— Маша, — произносит задумчиво.
— Да?
— Я рад, что вы тогда сели в мою машину.
Я оборачиваюсь.
— Я тоже, — отвечаю поборов смущение.
За окном идёт снег. Крупный, пушистый, настоящий — первый за эту зиму.
Я смотрю на него и думаю: через месяц у меня защита курсовой. Через два — экзамены. Через три — практика.
Через год я буду другим человеком.
Но сегодня я просто Маша.
Которая умеет готовить завтрак.
И которой не стыдно подать его этому мужчине.