Подарок для победителя

Вдруг, этот чарующе-прекрасный момент нарушила светловолосая девушка. Она подбежала к моему великану и начала что-то ему говорить. Радмир не отпуская каната её выслушал, а потом крикнул в толпу воинов, чтобы те помогли доставить вещи в лагерь. На это коварная лань обхватила шею великана и начала покрывать его щеку поцелуями. 

Всё во мне как дерево зимой застыло. Дыхание, не найдя выхода, застряло где-то в гортани. Я смотрела как она висит на великане, а земля под ногами раскачивалась всё сильнее и сильнее. Почувствовала себя растерянной, обманутой.

Собственно, чего я ожидала?

Развернулась чтобы уйти, но кто-то удержал за локоть. Оглянулась – Курт.

— Ты не пойдёшь встречать? — спросил он осторожно.

— Конечно, нет. — Я замотала головой.

На берегу зажглось несколько факелов.

Вдруг Курт подхватил меня на плечо и бегом направился к плавающему дому. Несколько раз стукнула кулаком ему по спине, но он, кажется, даже не почувствовал, только громко хмыкнул. Я цеплялась за его плечи, куртку. Мне ужасно не хотелось видеть Радмира! А уж тем более его женушек. Но вырваться из хватки Курта, мне было не под силу, и, чтобы своим глупым поведением не привлечь ненужного внимания, бросила бесполезные попытки и смиренно повисла на воине, пока он, наконец, не поставил меня перед Радмиром. Он только закончил работу с канатами.

Меня как волной окатило. 

Вблизи мой широкоплечий великан выглядел ещё внушительнее. Радмиру даже корона не нужна была, чтобы доказать, что он могуч и крепок как скала! Сейчас он казался величественнее самого Кровавого Эдварда. Интересно, чем вызваны эти перемены? 

Взгляд великана пронзил меня насквозь. Сердце забилось в груди словно стая ласточек попавших в сеть. Радмир тут же подхватил меня. Зарылся лицом в моих распущенных волосах, дыханием защекотал шею, уши, глаза. Ненасытно прикасался щеками и губами так, что я чуть не задохнулась. Такое жаркое приветствие сбило меня с толку. А как же его жёны? 

— Мы устали! — вдруг законючил нежный голосок. 

Обернулась – лань.

В сумрачном свете разглядела, наконец, её лицо – с маленьким аккуратным носиком, выражение по-детски невинное, а рядом с ней – её подруга, не с таким изящным личиком, более серьёзная, но тоже красивая. Обе они стояли в двух шагах от нас с Радмиром. Золотоволосая хохотушка требовательно уставилась на моего великана. 

Я не могла оторвать глаз от её красивых, играющих серебром пышных юбки. У меня такой одежды отродясь не было. Да я бы и не смогла носить подобное в лесу – птицам на смех, что ли? Щеголять перед стражниками в замке тоже затея не здравая. А моё единственное холщовое платье после ранения и сегодняшней работы потерпело в крое значительные изменения. Насыщено-красные вставки из плащей убитых воинов, да ещё и в пятнах чужой крови, выглядели на сером шерстяном убогом наряде инородными, хоть я и старалась пришивать аккуратно, как учила бабушка. От стыда захотелось раствориться в воздухе невесомым туманом. Хорошо, что уже стемнело. А завтра, пока не сошью новое платье, из палатки Вещего даже носа не покажу!

Но Радмира, кажется, моё смущение особо не беспокоило. Он меня не опустил на землю, а велел воинам показать девушкам дорогу в лагерь. Курт не растерялся и предложил золотоволосой лани помощь, та кокетливо посмотрела на воина, дёрнула плечиком, и с радостью согласилась. Засияв, Курт ловко подхватив её и усадил себе на плечо. Не так как меня, – как мешок с картошкой, а словно понёс перед собой солнце! 

Совсем ничего не понимаю... Она же приехала с Радмиром! Светлый Боже, да что тут происходит? 

Курт с девушкой начали подниматься по каменистому склону. Я засмотрелась, как их тени игриво заплясали по земле усыпанной мелкой галькой. Следом кто-то подхватил вторую красавицу. Постепенно берег стал редеть. Воины поднимались наверх к лагерю. Наконец, возле плавающего дома мы остались с Радмиром одни. 

— Я знал, что Вещий сдержит слово, — сказал великан.

— Ты вернулся не один... — выдавила я. 

Чувство обиды вернулось с прежней силой, спазмом схватило горло. Всколыхнулась горечь оттого, что всё это время, пока я ждала великана, помнила его слова. Он обещал вернуться ко мне. Про других жён речи не было.

— Ты про воинов или про Пенни с Ниссой? 

Значит, Пенни и Нисса... Вот как зовут этих красоток.

Кажется, по моему выражению лица великан понял, что меня волнуют именно девушки. 

— Пенни девятая дочь короля, который отдал мне корабль. Я обещал её достойно пристроить. А Нисса – всего лишь её служанка.

Ладно, со служанкой всё понятно. Но принцесса! Видно же, что она привыкла к роскоши. В лагере ей не очень-то и понравится... Да и ведёт так, словно Радмир принадлежит ей. Вот интересно, как Радмир пообещал её пристроить. Разве отец-король отдаст свою дочь обычному воину?

— Скажи честно, в жёны её должен взять ты? Поэтому она ведёт так, словно имеет на тебя права? 

— Ну... вообще-то за время пути мы неплохо подружились, — довольно протянул Радмир, игриво наблюдая за моей реакцией. — Но не настолько, чтобы в неё влюбиться.  Я ехал к тебе.

— И вы даже не целовались? — спросила неуверенно.

— Только чуть-чуть, — улыбка великана расползлась на всё лицо.

— Чуть-чуть?! — Я чуть было не подавилась воздухом.

— Я ехал к тебе, — Радмир посмотрел в глаза. — Понимаешь? Никого я не целовал. Разве можно сравнить мою колдунью с какой-то там принцессой?

Кивнула.  

Вгляделась в его серьёзные глаза. В лунном матово-серебристом свете его обросшее лицо показалось близким и желанным. Искренне пыталась поверить в то, что в дороге, занявшей несколько недель, между великаном и Пенни ничего не было. Но разве может девушка в рассвете юности и красоты оставить равнодушным пышущего здоровьем воина? Вон, даже жеребцы преследуют молодых кобылок, когда у них наступает гон. К тому же как-то уклончиво он ответил про обещание отцу Пенни. Чует сердце, не всё так просто. Что-то Радмир не договаривает. 

Видимо, увидев в моём лице сомнения, великан поставил меня на землю и наклонился к моему лицу. 

— Мой дом там, где ты, — прошептал он и взял в огромные ладони мою голову. — Теперь – я твой.