Страница 12 из 17
Золотые струи коснулись камней. Не взорвали, не расплавили. Прогрели трещины. Камень застонал, пошел паром, стал крошиться там, где люди уже сделали подкоп. Это было не яростное пламя, нет. Но ювелирная, тонкая и точная работа. Лина была права — этому нельзя было разучиться. Девушка смотрела на все это и наконец увидела — вот он, настоящий. Не мрачный мужчина у прилавка. Не трагичная судьба, которую надо пожалеть. Не древний ужас из детских сказок.
Бережная древняя сила, что старается не причинить зла.
Один из камней треснул слишком резко.
Осколки посыпались вниз. Рейн дернулся и огонь вспыхнул ярче. Люди закричали. Сейра бросилась сбоку, крылом закрывая стражников. Каэль сорвался с места, но его отнесло ветром.
Лина увидела, как золотые линии на груди Рейна стали белыми.
Слишком яркими.
— Рейн! — крикнула она.
Он не услышал.
Или услышал, но уже не мог остановиться.
Тогда Лина схватила каравай из корзины и побежала вперед.
— Лина! — заорала Лета.
— Вернись! — рявкнула Сейра, уже в человеческом голосе сквозь драконий рев.
Лина не вернулась.
Она была пекарем. На самом деле пекари — народ отчаянный. Когда вдруг все идет наперекосяк и огонь вот-вот спалит все твои труды, решения принимаются быстро. Ты либо вмешиваешься, либо потом весь день соскребаешь уголь.
Она добежала до границы жара. Дальше было трудно дышать. Волосы у лица сразу высохли, кожа на щеках вспыхнула.
— Рейнар! — крикнула она.
Дракон повернул голову.
Глаза были огромные, золотые, почти безумные.
Лина подняла хлеб обеими руками, как знамя. Нелепо, но это должно было сработать.
— Вы обещали не исчезать без предупреждения! Так вот, это предупреждение! И если вы сейчас героически себя угробите, я вас найду, даже если придется идти в драконьи посмертные горы с противнем наперевес! Найду и буду очень, очень сильно ругаться! И никогда больше не испеку вам ваши любимые булочки! Слышите! Это очень серьезное предупреждение!
Где-то за спиной Бруно сдавленно сказал:
— Вот теперь я верю, что она сможет.
Лина шагнула ближе.
— Дышите, Рейн! Медленно! Один вдох — один камень! Не надо контролировать весь огонь, просто дышите шаг за шагом! Вы у меня практику в пекарне проходили, вспоминайте, как контролировать температуру в печи! Вы сейчас одна большая печь!
Это было нелепо.
Совершенно.
Но дракон моргнул.
Огонь дрогнул.
Лина разломила каравай. Горячий пар поднялся в холодный воздух. Хлеб пах солью, медом, розмарином и домом.
— Вот, — сказала она тише. — Тепло не всегда пожар. Помните?
Рейн опустил голову.
Огромные ноздри вдохнули хлебный пар.
Золотой свет на его груди стал мягче.
Сейра в драконьем облике замерла на скале.
Каэль перестал метаться.
Люди молчали.
Рейн медленно выдохнул.
Не пламя. Тепло.
Оно прошло по завалу, как весенний воздух по промерзшей земле. Камни осели. Трещины раскрылись там, где нужно. Стражники закричали, бросились тянуть канаты. Проход стал шире.
С другой стороны завала ответили голосами.
Живыми.
Лина опустилась на колени, потому что она всего лишь скромная пекарка, а стена огня перед ней была внушительная. Но это прошло. Теперь уже можно побояться.
Перед ней в грязь легла огромная драконья голова.
Один глаз смотрел на нее.
Серебро и золото.
— Ну что, — сказала она дрожащим голосом, — как для первого совместного выезда вполне неплохо, да?
Дракон тихо фыркнул.
Горячий воздух пах дымом и розмарином.
Лина улыбнулась.
И как-то очень не вовремя потеряла сознание.