Страница 41 из 74
Глава 25
Дар
После обеда, когда мы лежали на диване в гостиной, переплетясь ногами и лениво перелистывая каналы телевизора, мой телефон завибрировал. Я глянул на экран — высветилось имя Кира, моего беты. Я взял трубку и вышел на террасу, прикрыв за собой стеклянную дверь.
Разговор был коротким. Кир говорил сухо, по делу, но я слышал в его голосе напряжение. Границы стаи снова потревожили. Соседняя стая, с которой у нас был шаткий нейтралитет, начала вести себя агрессивно — их следы нашли слишком близко к нашей территории. Нужно было мое присутствие. Нужно было решение.
Я сжал челюсть. Серые волки — соседняя стая, с которой у нас были натянутые отношения. Мы делили лес, и последние полгода они вели себя нагло. Я планировал решить этот вопрос дипломатией, но, видимо, придется показывать силу.
— Я выезжаю сегодня вечером, — ответил я. — Держите оборону, но в открытый конфликт не вступайте. Ждите меня.
— Понял.
Я вернулся в комнату, положил телефон на журнальный столик и сел рядом с Мирой. Она смотрела на меня вопросительно, чувствуя перемену в моем настроении. Я взял ее руку и поцеловал пальцы, собираясь с мыслями.
— Мне нужно возвращаться, — сказал я прямо. — Дела стаи. Серьезные. Мой бета говорит, что без меня не справятся.
Мира села, поджав под себя ноги, и посмотрела на меня внимательно. В ее глазах не было паники или разочарования — только спокойное принятие. Она знала, что этот момент настанет. Я не мог оставаться с ней в городе вечно, как бы мне этого ни хотелось.
— Прямо сейчас? — переспросила она тихо. — Сегодня?… впрочем, я понимаю, — ответила она тихо. — Ты нужен им.
Я кивнул, чувствуя, как внутри поднимается тяжесть. Мне не хотелось оставлять ее. Не сейчас, когда мы только начали привыкать друг к другу, когда каждый день приносил что-то новое и светлое. Но стая была моей ответственностью, моим долгом. Я не мог от него отвернуться.
— Поедешь со мной? — спросил я, глядя ей в глаза. — Сразу. Сегодня.
Она отвела взгляд и закусила губу. Я видел, как в ней борются желания — остаться здесь, в привычном городе, в моем доме, с привычным ритмом жизни, или шагнуть в неизвестность, в мой мир, полный запахов леса, иерархий и древних законов. Она не была оборотнем. Она не знала, как живут стаи. И это пугало ее, я чувствовал.
Наконец она подняла голову и посмотрела мне в глаза.
— Я поеду с тобой.
Я не ожидал такого ответа так быстро. Честно говоря, я готовился уговаривать ее, объяснять, что это временно, что я вернусь, что она может остаться с девочками и подождать. Я даже придумал несколько аргументов. Но она опередила меня.
— Ты уверена? — спросил я, вглядываясь в ее лицо. — Это не прогулка. Там может быть опасно. И тебе придется знакомиться со стаей сразу, без подготовки.
— Я знаю, — ответила она твердо. — Но если я останусь здесь, я буду сходить с ума от неизвестности. Лучше я буду рядом с тобой и знать, что с тобой все в порядке. Даже если там опасно.
Я притянул ее к себе и поцеловал в макушку. Ее решимость поражала меня каждый раз. Она была сильнее, чем сама о себе думала.
— Но девочки, — сказала она, отстраняясь. — Я не могу бросить их просто так. Мне нужно хотя бы поговорить с ними. Объяснить.
Я кивнул.
— Конечно. Мы поедем к ним. Я подожду в машине или в коридоре, если нужно. Решать тебе.
Мы подъехали к дому бабушки Анны Сергеевны. Мира вышла, и я остался ждать в машине, наблюдая, как она поднимается по ступенькам. Я понимал, что этот разговор будет решающим. Если девочки не примут моего мира, Мира разрывается между долгом и чувствами. И я не хотел ставить ее перед таким выбором.
Прошло полчаса. Солнце клонилось к закату, и тени от деревьев вытянулись через весь двор. Наконец дверь открылась, и на крыльцо вышла Мира. За ней — Алиса с каменным лицом и Вика с заплаканными глазами, прижимавшая к себе плюшевого зайца.
Я вышел из машины и подошел ближе. Встал на почтительном расстоянии, не вторгаясь в их личное пространство. Алиса посмотрела на меня долгим изучающим взглядом.
— Мама объяснила, что происходит, — сказала она холодновато. — Я не в восторге, что она едет в лес, в какое-то поселение, когда там проблемы с границами. Но я вижу, как она на вас смотрит. И я понимаю, что это не моё решение.
— Твоё мнение важно для меня, — ответил я спокойно. — И для твоей матери. Мы не хотим, чтобы ты чувствовала себя брошенной.
— Я не чувствую, — отрезала Алиса. — Я взрослая. Я справлюсь. Но Вика… ей тяжелее.
Мира присела перед младшей дочерью и взяла ее за руки.
— Вика, я вернусь через две недели. Обещаю. Ты останешься с бабушкой и Алисой. Ты будешь отдыхать, играть, а я буду звонить тебе каждый вечер. Хорошо?
— Не уезжай, мам, — всхлипнула Вика, и у меня сжалось сердце. Она была такой маленькой и беззащитной. Я шагнул вперед и присел рядом с Мирой, чтобы оказаться на одном уровне с девочкой.
— Вика, я знаю, что я для тебя чужой дядя, — сказал я мягко. — И ты имеешь право не доверять мне. Но я обещаю тебе, что твоя мама будет в безопасности. Я буду защищать её ценой своей жизни. И когда она вернется — она привезет тебе те шишки и расскажет про белочек. А если захочешь — ты сможешь приехать к нам в гости. Я покажу тебе волчат. Они маленькие и пушистые, как щенки. Тебе понравится.
Вика шмыгнула носом и посмотрела на меня заплаканными глазами.
— Правда? Покажете волчат?
— Правда, — улыбнулся я.
Она подумала мгновение, а потом кинулась обнимать мать.
— Ладно, мам, поезжай. Но звони каждый день! И привези мне волчонка! Маленького!
Мира рассмеялась сквозь слезы и поцеловала дочь в макушку.
— Волчонка обещать не могу, — сказала она. — Но фотографию — обязательно.
Анна Сергеевна вышла на крыльцо, вытирая руки о фартук. Посмотрела на нас с высоты своего роста и покачала головой.
— Ну что ж, дочка, будь осторожна. И ты, Дамир, береги её. Я хоть и пожилая, а если что — доберусь до твоего леса.
— Я знаю, Анна Сергеевна, — ответил я с уважением. — Обещаю.
Мы погрузили вещи в машину. Вика махала нам рукой с крыльца, пока машина не скрылась за поворотом. Алиса стояла рядом с бабушкой, скрестив руки на груди. Она не махала. Она просто смотрела, и я знал: если я обману её доверие — она сдержит своё слово и найдёт способ до меня добраться. Но я не собирался обманывать.
В машине Мира откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза.
— Я сделала это, — выдохнула она. — Я действительно сделала это.