Страница 53 из 68
Он задумчиво покачал головой и добавил:
— Кажется, ты цену своей ошибки не до конца поняла. Не ты ли недавно позволила всем военным думать, что ты любовница генерала? Как думаешь, какой вывод все они сделали из его реакции на твою безобидную реплику? Тебя защищала ложь, сегодня ты собственными руками ее разрушила — и ничего не получила взамен. Пойми же ты, что моя осторожность — это не желание вам приказывать, а просчет всех сопутствующих обстоятельств!
Я прикусила губу и кивнула. Кей, как обычно, прав: в ближайшее время мне лучше снова всегда ходить в компании, чтобы предотвратить домогательства. Произнесла и словами, чтобы не осталось сомнений:
— Я сглупила, брат, не предположила именно такие последствия. Не знаю, откуда взялась во мне эта смелость и желание проявлять инициативу. Это ты сделал из слабачки сильную личность, но я к новому образу только привыкаю и не всегда могу совладать с характером. Больше подобного не повторится, обещаю.
Непроницаемые глаза стали еще чернее от пристального взгляда, но Кей теперь произносил слова с привычной нежностью — почти осторожностью:
— Если все так, то ничего страшного. Сила и рождается через боль, а мудрость — из проблем и ошибок. Но у меня уже несколько дней ощущение, будто ты отдалилась — словно я обидел тебя чем-то до глубины души и сам этого не заметил. Я ошибаюсь, или тебя так сильно потрясла история про мать Лиама многолетней давности?
Боги, до чего же он внимателен! Просто гений, поэтому и я со своим мышлением всякий раз от него отстаю. Однако закрыть скользкую тему непременно нужно:
— Я очень удивилась, но не больше. Уже говорила — Шелла была со мной жестока, когда я устроилась служанкой в замок. А в конце вообще вышвырнула на улицу без монетки в кармане, обрекая на верную смерть. Какой бы ты ей вред ни причинил, она всего заслужила.
— А Лиам? — задал Кей странный вопрос.
— Что Лиам? — Я вскинула брови. — Конечно, я его узнала, в замке Россов полно его портретов, ну а уж фамилия не оставила сомнений. Мне кажется, он такой же циничный и хладнокровный, как его мать, но, в отличие от нее, у Лиама есть жесткий приоритет, который он никогда не перешагнет: Рубеж. Это и делает его хоть немного лучше.
Глаза Кея вновь прищурились.
— Ты сейчас его защищаешь, или мне это почудилось? Мина, а если бы я сказал, что могу его убить — нашел надежный способ, то что бы ты мне ответила?
Какой сложный и притом простой вопрос, не подразумевающий размышлений. А Кей чутко улавливает мое смятение и малейшие оговорки, поэтому я ответила чистую правду:
— Упала бы тебе в ноги с просьбой этого не делать — Лиам Северт должен жить. Раньше я считала иначе, но теперь уверена, что была неправа.
— Это мнение Мины Дорн или вашей связки?
Стало еще труднее, даже дыхание сбилось. Но я снова выбрала быть честной — в первую очередь, перед самой собой:
— И то, и другое, брат. Я родилась в герцогстве Росс и отлично понимаю, какая там обстановка. Рубежу нужен Лиам Северт, ведь эртонцы — чудовища. В войне против зла победит только более могущественное зло. Я не считаю его хорошим человеком, вот только верю в него, как в богов. Все, кто с ним знаком, становятся адептами той же веры, потому что он особенный — Лиам беспощаден к себе гораздо сильнее, чем беспощаден к другим. А это означает, что он выполнит ту работу, за которую до него даже браться не осмеливались. Будь он еще в тысячу раз хуже, чем есть, я бы все равно сказала — он должен жить, чтобы укрепить собой Рубеж.
Вдруг Кей тряхнул головой и совершенно весело произнес:
— Вот и отлично — пусть катится на Рубеж!
Ощутив, как атмосфера разрядилась, я так же легко отозвалась:
— Пусть катится! Век бы его не видеть!
Кажется, я подобрала верные слова, и хорошо, что не стала юлить: Кей увидел, что я не собираюсь скрывать настоящее отношение, а значит, не заподозрил наличие других тайн. Но все же теперь и мне любопытно — это мнение герцогини Вильгельмины Росс или нашей связки?