Страница 37 из 50
Место для церемонии искали не долго. Хелли не до конца изжил предрассудки своей семьи и не желал проводить ритуал в храме, поэтому я предложила парк. Ранней весной река еще не полностью очистилась ото льда, и прижившийся в Широком разливе магик-студиоз не спешил уезжать, мы договорились задержать его еще ненадолго. Парень справедливо расценил, что даже не самые прибыльные, но настоящие заказы будут неплохо смотреться в портфолио, и согласился на наши условия. По заказу Хелли он уже создавал арку для помолвки и теперь украсил свадебную в похожем стиле, только живыми цветами и пышнолистными лианами. Судя по обрывкам фраз, после защиты диплома он намеревался сделать это основным направлением своей будущей работы.
Экипаж остановился у восточного входа, и я спустилась по ступеням, придерживаясь за поданную руку. Дорожки от этого места до самой арки был заранее просушены стараниями магика, поэтому я смело шагала, не боясь испачкать платье. На подходе к короткой аллее, я сняла теплую накидку и положила свою руку на сгиб локтя градоначальника, которому полагалось довести меня к жениху вместо отца. На эту роль свою кандидатуру активно предлагал Говен-Волк, по-моему, исключительно ради того, чтобы позлить Хелли, и не предложи я вовремя самого важного человека Широкого разлива, вместо свадьбы могла состояться дуэль. Временами наш благодетель забывался.
Скрипка заиграла вступление к свадебному гимну, подруга вложила мне в свободную руку ритуальную вышитую ленту и направилась к положенному месту, уводя за собой остальных девушек. А я замерла на месте, не в силах ступить ни шага.
Передо мной открывался короткий проход, по обеим сторонам которого расположились гости. Покрытая крупным песком дорожка вела к круглой площадке, украшенной аркой со множеством ярких цветов и свежей зеленой листвой, оплетающей ее изгиб.
Подружки невесты прошли по тропинке, предваряя мое появление, и встали друг за другом по левую сторону. Прямо под аркой, благоухающей весной и символизирующей новое начало и саму жизнь, ожидал служитель местного Всебожьего храма — уступка мне со стороны Хелли. А справа дожидался мой жених. Его друзей я уже не разглядела, лишь уловила силуэты краем глаза.
До сих пор я еще не видела Хельмута в военной форме. Темно-синий китель с серебристой отделкой ворота, эполетами и двумя рядами сверкающих на солнце пуговиц, серебристые же нашивки на рукавах, белые перчатки и сабля на парадном ремне. Брюки в тон кителю, с ровными стрелками и выглядывающие из-под них носки начищенных ботинок. Я прошлась взглядом сверху вниз и обратно. Хелли снял фуражку и передал кому-то из друзей жениха, а я все так же стояла, словно каменная статуя.
Музыка лилась, люди начали шептаться, я же не могла сделать ни шага, совершенно завороженная красотой мужчины, что терпеливо дожидался меня под свадебной аркой.
Градоначальник тихонько кашлянул и неспешно двинулся вперед, утаскивая меня за собой. Ноги сделали первый робкий шаг, затем второй. Я все еще ощущала себя деревянной куклой, но Хелли, мой возлюбленный Хельмут, ждал меня, озаряя этот морозный весенний день светом своей теплой улыбки, полной восхищения и нежности. С каждой секундой нас разделяло все меньше — сажень, аршин, шаг. Музыка смолкла. Служитель громким ясным голосом задал ритуальный вопрос:
— Кто привел сюда эту женщину?
Пока градоначальник отвечал, мы с Хелли жадно разглядывали друг друга, словно два страстных подростка.
— Пред взором богов я принимаю ее из ваших рук, — торжественным голосом произнес ведущий церемонии.
Скрипка вновь затянула свою нежную песню, служитель подал мне руку и провел на два шага вбок, ставя по другую сторону от себя, прямо напротив Хелли. Градоначальник отступил на почетное место среди свидетелей, а девушки ловко расправили подол платья. Когда краткая песнь инструмента стихла, пришла наша очередь давать ритуальные обеты.
Мы соединили руки, и с каждым произнесенным словом служитель скрывал их плетением лент — ярко красной от меня и темно бордовой от Хелли. Они соединялись, подобно потокам крови, дающим жизнь нашим телам. Произнося давно заученные речи, я чувствовала, как они наполняются смыслом. Мы давали обещания друг другу, а не просто воспроизводили текст, что звучал тысячи и миллионы раз до этого. Мы клялись перед свидетелями — людьми и богами. Невеста жениху и жених невесте, я Хельмуту и Хелли мне.
— Объявляю вас мужем и женой! — провозгласил служитель, воздевая раскрытые ладони к небу.
Каждый из нас сделал по ритуальному шагу навстречу. Хелли чуть склонился, я приподнялась на цыпочки. Наши губы встретились в крепком целомудренном поцелуе. Это было еще одной клятвой, а не проявлением страсти, хотя сердце стучало в груди, а кожа изнывала от желания ощутить волнующее прикосновение моего любимого, моего мужа.
Свидетели взорвались аплодисментами, с разных сторон послышались поздравления. Служитель освободил наши руки от плетения, затянул его в крепкий узел и убрал в ритуальный мешок, вышитый узорами на долгую счастливую семейную жизнь. Мне на плечи опустилась теплая накидка, а ладонь утонула в крепкой горячей руке Хелли.
После торжественной церемонии мы переместились в арендованный зал ресторации и целый час принимали поздравления. Я с неутихающим трепетом прижималась к крепкому боку Хелли, а он в ответ то держал меня за руку, то приобнимал. Когда первые восторги поутихли, гостей пригласили занять столики. Блюдоносы зашуршали по залу, разнося угощения. Мы с Хелли съели закуски, пригубили первый ритуальный бокал терпкого красного вина и переместились к дальней стене за специальный освещенный столик.
— Не передумали, молодые люди? — деловито поинтересовался подошедший служитель.
— Нет, — уверенно ответил за нас обоих Хелли, снимая китель.
— Тогда прошу занять места.
Муж положил кисть левой руки на расстеленную салфетку, я села сбоку. Служитель быстрыми росчерками наметил точки будущего рисунка и обмакнул иглу в чернила.
— Тебе не больно? — шепотом спросила я Хелли.
— Терпимо, ничего особенного.
— Надо было выбрать обычное кольцо.
— Я ведь говорил, что не собираюсь менять образ жизни, Прим. Рисунок ровно ляжет уже через пару дней, а кольцо будет источником опасности все время, пока я работаю руками. Ты же не хочешь, чтобы мне оторвало палец, если я случайно за что-то зацеплюсь?
Меня невольно передернуло. Запрещенный прием, и он об этом знал!