Я говорю нет.

— Не надо такого говорить, – спокойно заметила Эмили.

— И еще в меньшей мере, – продолжила Франсин, проигнорировав ее просьбу, – из-за неприятных воспоминаний о тетушке Эмили.

Мисс Элмазер увидела расставленную ловушку.

— Так не пойдет, мисс, – заявила она.

— Что не пойдет?

— Прекратите на меня давить!

Франсин расхохоталась, однако в веселости промелькнула фальшивая нотка, которая свидетельствовала о том, что ее изрядно раздражает невозможность удовлетворить свое любопытство.

Миссис Элмазер напомнила смешливой юной леди, что они еще не договорились.

— Следует ли мне понимать, мисс, что вы берете меня в услужение?

— Вам следует понимать, – резко ответила Франсин, – что прежде, чем вас нанять, я должна получить одобрение мисс Лэд. Можете приехать в Брайтон? Разумеется, я оплачу вам дорогу.

— Я сама ее оплачу, мисс. Вы прекратите на меня давить?

— Я вижу, это бесполезно. Когда вы приедете?

Миссис Элмазер попросила о небольшой отсрочке.

— Я перешиваю платья, – пояснила она. – Все худею и худею – вы заметили, мисс Эмили? Закончу работу не раньше четверга.

— Тогда давайте в пятницу, – предложила Франсин.

— Как в пятницу?! – вскричала миссис Элмазер. – Неужели вы забыли, что пятница – несчастливый день?

— Конечно, забыла! Ваша суеверность крайне нелепа.

— Думайте, что хотите, мисс. Я вышла замуж в пятницу – и что за несчастная жизнь у меня началась! Еще бы мне не быть суеверной. Знай вы, что мне довелось испытать, так бы не говорили! Моя единственная сестра пошла на обед, где было тринадцать гостей, и умерла в течение года! Если мы хотим с вами поладить, то я, с вашего позволения, приеду в субботу.

— Как угодно, – ответила Франсин, – вот адрес. Приезжайте в середине дня, и мы накормим вас обедом. Не бойтесь, нас не будет тринадцать. А что вы делаете, если рассыплете соль?

— Беру щепоть и бросаю за левое плечо, – серьезно ответила миссис Элмазер. – Хорошего дня, мисс.

— Вам тоже.

Эмили последовала за гостьей в коридор. Она видела и слышала достаточно, чтобы вмешаться и разорвать предполагаемую договоренность с единственной доброй целью – оградить миссис Элмазер от безжалостного любопытства Франсин.

— Неужели думаете, что вам удастся хорошо поладить с этой юной леди? – спросила она.

— Я уже говорила, мисс Эмили, что хочу уехать подальше от дома и от своих мыслей. Мне все равно, куда я отправлюсь! – Открыв дверь, миссис Элмазер помедлила на пороге. – Интересно, знают ли умершие, что происходит в мире, который они покинули? – проговорила она, глядя на Эмили. – Если знают, то кое-кто видит мои помыслы и сочувствует. Прощайте, мисс, и не думайте обо мне хуже, чем я того заслуживаю.

Эмили вернулась в гостиную. Оставалось лишь одно: убедить Франсин сжалиться над миссис Элмазер.

— Ты и правда намерена прекратить?

— Что именно? Давить на нее, как выразилась эта упрямая старуха?

Эмили не отступилась.

— Не тревожь бедняжку! Каким бы странным ни выглядел ее уход, она желала нам с тетушкой только добра – я уверена! Ты позволишь ей сохранить ее маленькую тайну?

— Ах, ну конечно!

— Я тебе не верю, Франсин!

— Неужели? Я совсем как Сесилия – я проголодалась! Не пора ли приняться за ланч?

— Бессердечное создание!

— Значит ли это, что никакого ланча, пока не узнаю правду? Может, ты знаешь? Я не расскажу миссис Элмазер, что ты ее выдала.

— В последний раз говорю, Франсин! Я знаю не больше, чем ты. Если будешь упорствовать, лучше просто скажи, что я лгу, – и мы распрощаемся.

Упрямице Франсин пришлось отступить или хотя бы притвориться, что отступила. Все еще пребывая во власти иллюзии, что Эмили ее обманывает, теперь она руководствовалась более вескими мотивами, чем простое любопытство. Чувство собственной значимости настоятельно требовало доказать, что она не из тех, кого можно обманывать безнаказанно.

— Прошу прощения, – скромно промолвила она, – но я непременно должна во всем разобраться. Миссис Элмазер оказалась достойной соперницей, теперь мой ход. Я намерена взять над ней верх, и у меня получится.

— Я уже говорила тебе, Франсин, ничего не выйдет!

— Дорогая моя, может, в науках я и невежда, не отрицаю. Однако позволь сказать тебе вот что: я прожила всю жизнь в Вест-Индии, среди черных слуг, и кое-чему научилась.

— Что ты имеешь в виду?

— Больше, чем ты, моя ученая подруга, можешь себе представить. Кстати, не стоит забывать о законах гостеприимства. Позвони, чтобы принесли ланч!