Страница 21 из 71
В день обнаружения Рогова мы старались держаться в стороне, потому что видеть труп повторно не хотелось ни одной из нас.
Несколько участков земли выглядели особенно притоптанными – остатки суматохи того утра, когда здесь работали Корнеев с Лихим, медики и сновала кучка особо настойчивых жителей деревни, которые пытались приблизиться к месту событий под предлогом «просто посмотреть».
Мы начали медленно обходить ленту приставным шагом, уставившись в землю.
— Представляю, как мы сейчас выглядим со стороны, – пробормотала я. – Словно две курицы в поисках червяков. А что мы вообще рассчитываем найти?
Поскольку подруга все это затеяла, я ждала от нее каких-то инструкций.
— Улики, – сразу отреагировала она. – Те, что укажут на преступника.
Привести примеры она не удосужилась, возможно полагая, что я сама должна догадаться, но, вероятнее всего, подруга и сама понятия не имела, зачем мы здесь.
— Смотри, – вдруг сказала Ленка.
Я подошла ближе. Она наклонилась и подняла из травы за пределами оцепления смятую алюминиевую банку.
— Пиво, – констатировала она.
И тут же отбросила находку на траву, громко чертыхнувшись.
— Там теперь мои отпечатки, – взвыла подруга.
— Очень ценный криминалистический объект.
Я подошла ближе, подняла банку и покрутила в руках.
— Видишь, теперь на ней не только твои пальчики. Ленка, возле любого заброшенного строения можно найти банку из-под пива. Это почти естественное природное явление.
— Но все равно странно, если здесь работали Корнеев и Лихой, они должны были все осмотреть.
— Может, она лежала в траве и ее никто не заметил или попросту решили, что это старый мусор.
Ленка подняла бровь.
— Либо кто-то пил здесь пиво уже после того, как все произошло.
Мы еще раз осмотрели банку.
— Представляешь, если на ней отпечатки пальцев убийцы? – заговорщически прошептала Ленка.
— Корнеев будет вынужден признать наш вклад.
Ленка подумала секунду и аккуратно положила банку обратно в траву.
— Пусть лежит.
Мы продолжили обходить ленту. Я старательно заглядывала за нее, силясь рассмотреть участок, где нашли Рогова. Трава там была примята сильнее всего, и несколько темных пятен земли напоминали о том, что утром здесь происходило что-то совсем не деревенское.
— Подожди, – сказала Ленка. – Давай встанем с разных сторон.
Мы разошлись на пару метров, я изучала землю за лентой с одной стороны, Ленка – с противоположной.
Несколько минут ничего не происходило, а потом Ленка вдруг сказала:
— Марина, иди сюда!
Я подошла, и она указала на участок земли чуть дальше от примятой травы. Присмотревшись, я заметила углубление, похожее на след от обуви.
— Это точно не мой, – прокомментировала подруга. – И вряд ли твой.
Я опустила взгляд на свои кроссовки тридцать восьмого размера.
— Ты была в бабулиных сапогах, они тебе велики, – напомнила я.
— Не настолько, – покачала головой Ленка. – Этот отпечаток гигантский какой-то, и к тому же как от тяжелого ботинка на тракторной подошве.
Присмотревшись внимательнее, я мысленно согласилась с подругой, а вслух произнесла:
— Рогов был в резиновых сапогах, значит, это след кого-то другого. Может быть, фельдшера скорой помощи?
— А может, и нет, – глубокомысленно изрекла подруга.
— Убийцы? – тихо спросила я.
Мы обе замолчали. Это был первый знак, который хоть как-то походил не на нашу фантазию, а на чье-то реальное присутствие. Еще некоторое время мы стояли у ленты, разглядывая отпечаток ботинка так сосредоточенно, будто от этого зависела судьба всего расследования.
Честно говоря, я уже начала испытывать странное чувство: смесь гордости, любопытства и легкой тревоги. Гордости – потому что мы, возможно, нашли что-то важное. Любопытства – потому что не терпелось понять, кому принадлежит след. И тревоги – потому что в любой момент мог появиться кто-нибудь из тех, кто официально занимается расследованием, и задать логичный вопрос: «А что вы, собственно, здесь делаете?»
Сначала мы находим труп, а потом околачиваемся на месте преступления, будто пытаясь не найти улики, а уничтожить.
И именно в тот момент, когда эта мысль сформировалась у меня в голове, я услышала за спиной звук шагов по траве.
Ленка, кажется, заметила это чуть раньше. Она резко подняла голову и вдруг очень быстро приняла вид человека, который просто гуляет на природе и любуется сельским пейзажем. Выглядело это настолько комично, что хотелось рассмеяться в голос.
Вместо этого я обернулась. К амбару приближались двое. Их я узнала сразу – высокий, широкоплечий Корнеев шел неторопливо, внимательно оглядывая траву, будто проверял, не вырос ли здесь за ночь новый подозреваемый. Рядом с ним шел Егор, держа руки в карманах, он выглядел так спокойно, будто просто вышел подышать свежим воздухом. Но, заметив нас, слегка приподнял бровь.
Я тихо сказала Ленке:
— Ну вот, пойманы с поличным дважды.
Она тут же выпрямилась, приосанилась и, если бы захватила с собой помаду, наверняка подкрасила бы губы.
— Главное – не выглядеть виноватыми.
— Это сложно, если стоишь возле ленты на месте преступления.
— Главное, что не за ней, – успела шепнуть подруга.
Мужчины подошли ближе и остановились в нескольких шагах от нас. Некоторое время они смотрели молча, с легкой усмешкой на лицах.
— Добрый день, – произнес Корнеев наконец.
— Добрый, – ответила я. – Чудесная погода, не правда ли?
— Вы удивительно часто оказываетесь там, где не должны, – сказал он спокойно.
— Мы просто гуляем, – выпалила Ленка поспешно.
Я покосилась на нее, а Дмитрий едва заметно улыбнулся.
— Я даже не сомневался.
Егор перевел взгляд с нас на ленту, потом на амбар, потом снова на нас.
— Должно быть, популярное место для прогулок в Сосновке, – заметил он.
— Атмосферное, – быстро закивала в ответ Ленка.
Корнеев подошел ближе к ленте и посмотрел на участок земли за ней.
— Что-нибудь интересное нашли? – спросил он спокойно.
Мы с Ленкой переглянулись.
В этот момент у меня возникло странное ощущение, будто мы школьницы, которых учитель застал прогуливающими урок за вешалками в гардеробе.
— Понимаю, – спокойно сказал Корнеев.