Следы в высокой траве

Глава 8

Если верить Ленке, любое нормальное расследование должно начинаться с допроса подозреваемых.

Если верить мне, нормальное расследование должно начинаться с чашки чая.

К сожалению, в тот день победила Ленка.

— Мы должны действовать без промедлений, – заявила она. – Пока следствие топчется на месте, мы быстро выведем преступника на чистую воду.

— Следствие хотя бы знает, что делает, – заметила я.

— Это ты так думаешь.

Но мы уже развернулись, так и не зайдя в калитку бабушкиного двора, и я послушно побрела в сторону фермы в угоду подруге.

Ленка смотрела на меня так, будто собирается спасать мир, но вынуждена делать это с некомпетентным напарником.

Гошина ферма находилась на окраине деревни, сразу за последним домом, где начиналось кукурузное поле. Насколько я помнила из бабушкиных рассказов, досталась она ему от родителей, то есть являлась настоящим семейным детищем.

Мы долго шли туда по дороге, которая когда-то была асфальтированной, но те времена остались в далеком прошлом, и я вспомнила о своем велосипеде, стоящем в сарае у бабули. К сожалению, транспортное средство имелось только в одном экземпляре, а заставлять подругу бежать за мной трусцой было бы некрасиво. Впрочем, я с удовольствием бы на это посмотрела.

Ферма представляла собой длинное одноэтажное строение, которое когда-то, вероятно, выглядело более внушительно, о чем свидетельствовали остатки фундамента в торце, однако тех времен я не застала.

Крыльцо слегка перекосилось, ступеньки поскрипывали, дверь была распахнута настежь, откуда-то из недр здания доносились звуки радио.

— Эй, – услышали мы позади себя и дружно обернулись.

Гоша был человеком внушительным: широкоплечим и ростом метра два, не меньше, когда он сидел в тракторе, это не так бросалось в глаза. Мужчина стоял у верстака, организованного прямо на улице, и держал в руках гаечный ключ размером примерно с мою руку.

— Добрый вечер, – бодро поприветствовала Ленка.

— Ты чьих будешь? – с подозрением глядя на нее, поинтересовался он.

Прежде чем подруга успела ответить, я пришла ей на помощь:

— Я внучка Клавдии Петровны, Марина Абрамова, – напомнила я. – А это моя приятельница.

— Это вы, что ли, утром мертвеца нашли?

— Мы. О нем и хотели с вами поговорить, – робко начала Ленка.

Гоша тяжело вздохнул. Так обычно делают люди, которые понимают, что спокойная жизнь на сегодня закончилась.

— Ну, о покойниках либо хорошо, либо никак.

Я судорожно соображала, что последует за этим: хвалебные оды или суровое молчание.

— Рогов приходил к вам?

— А тебе почто это знать, красна девица? – прищурившись, осведомился хозяин.

— А я любопытная, – попробовала добавить кокетства в голос подруга, но просчиталась.

— Вот и он такой же.

— Про легенды спрашивал?

— Глупости спрашивал.

Я вдруг представила Рогова, который приходит к этому немногословному суровому человеку и просит одолжить приспособления для поиска клада. Картина была настолько странной, что я усомнилась в их реальном знакомстве.

— Он хотел, чтобы вы помогли ему копать? – уточнила Ленка.

— Говорил, клад ищет.

Мы с Ленкой перестали дышать.

— И что вы ему ответили? – спросила я.

— Что я не сумасшедший.

— Очень разумный аргумент.

— У меня работы хватает, ну я его и послал.

— Куда? – уточнила подруга.

— Если интересно, могу отправить вас туда же.

Предложение не показалось нам особенно заманчивым, и мы поспешили откланяться.

Когда мы вышли за ворота фермы, солнце уже опускалось за горизонт. Значит, Ольга была права: Рогов пытался облегчить себе задачу с поиском, арендовав тут технику, но напоролся на отказ. Ни грамма осуждения за такое решение я по отношению к Гоше не испытывала: не будь у меня в подругах такой затейницы, как Ленка, я, вероятно, с такой же легкостью послала бы любого, кто захотел бы привлечь меня к поискам клада, да еще и в то время, когда сезон работ в самом разгаре.

Подумав о бабушке, которая, вероятно, нас потеряла, я почувствовала укол совести: возможно, ей сейчас нужна моя поддержка, а я тут занимаюсь непонятно чем. Впрочем, не исключено, что спасаю ее репутацию.

Вернувшись, я быстро убедилась, что опасения мои были напрасны. Бабуля была в боевом расположении духа, потому что с порога нас пристыдила:

— И где вы прохлаждаетесь, матрешки мои расписные? Ужин уже остыть успел.

Я втянула носом знакомый запах бабушкиных котлет, которые обожала с детства.

— Мы погреем, – заверила Ленка.

Это было примерно все, на что она была способна в кухне.

— Ну и молодцы. А я спать, утомилась сегодня, помощницы из вас никакие! – махнула рукой бабушка и исчезла в комнате. – Завтра хоть клубнику прополите, а то толку от вас – ноль без палочки.

— Ужин на тебе, а я поговорю с ней, – шепнула я Ленке, чувствуя свою вину перед бабулей.

Когда я вошла, Клавдия Петровна уже сидела на кровати. Я устроилась рядом и обняла ее.

— Прости.

— За что? – удивилась она, приобняв меня.

— За то, что уделяю больше времени подружке, чем тебе.

— Да что с меня, старой, взять?

Даже в темноте я почувствовала, как улыбка коснулась ее губ.

— Ну не скажи, вон, клады помогаешь искать, – хохотнула я. – Жаль, не нам.

— Знать бы, где искать, подсказала бы.

— Тебя не сильно сегодня допрос утомил?

— Меня больше утомляют люди, которые копают не там, где следует.

Когда твое утро начинается с клубники, завистники могут начать кусать локти. Главное, не уточнять, что ягоды – на грядках, а кроме них там лебеда да одуванчики.

Мы пололи клубнику как примерные внучки, а я все думала о том, что человеческая жизнь может оборваться так же быстро, как у сорняка на грядке, когда тот выдирают с корнем.

— Что делать будем? – поинтересовалась Ленка.

— Как что? Полоть.

— Мы почти закончили. Я имею в виду расследование. Может, поговорим с Зоей?

— И как ты себе этот разговор представляешь? Не спала ли ты с убиенным, дорогая?

— Ты права, – вздохнула подруга, стягивая садовые перчатки и устраиваясь на траве.

Продолжать работу мне явно предстояло одной, чем я и занялась с удвоенным рвением, раз уж моя напарница только что сложила полномочия.

— Кого еще из местных мы можем разговорить относительно убитого, как думаешь?

Не прекращая рыхлить землю, я принялась размышлять вслух:

— Что мы имеем? Журналист и начинающий писатель приезжает в Сосновку в поисках легенд и клада. Куда он в первую очередь отправится?