Грейв

Глава 35

Грейв

Я сижу за своим столом в

«

Kingdom

»

. Мне удалось проникнуть туда незамеченным. Меня не было почти две недели, когда мы с Эйприл расстались. Затем я взял небольшой отпуск после попытки самоубийства Люси. Мне нужно было время, чтобы собраться с мыслями. Чтобы решить, какой жизнью я хочу жить и как я собираюсь этого добиться. К тому же, я просто хотел провести время с Эйприл. Я помогал ей в магазине. Она была очень занята, готовясь к свадьбе Эмили и Титана. Это была приятная смена обстановки. Не то чтобы по мне здесь кто-то скучал.

Моя дверь открывается, и я задерживаю дыхание, когда вижу, как входит мой брат. Вот и всё, что осталось незамеченным. Я откидываюсь на спинку стула и смотрю на него снизу вверх.

Он подходит и останавливается у моего стола.

— Могу я с тобой поговорить?

— Если речь о реабилитации, то нет, — просто отвечаю я.

Он вздыхает и садится, закатывая рукава своей рубашки на пуговицах.

— Прости, Грейв.

— Не беспокойся об этом.

Я знаю, что мой брат не очень-то любит говорить о чувствах. Я не хочу, чтобы он чувствовал себя неловко. Ему не нужно извиняться. И мне не нужно это слышать.

Его взгляд падает на мой рукав, и он хмурится, разглядывая его. На его лице мелькает узнавание, когда он понимает, что это лицо кажется знакомым.

— Итак… — он смотрит на меня. — Она та самая?

Я киваю.

— Она та самая.

Эйприл для меня – всё. Она – моя ответственность. Моя любовь и мой ад. Она будет помогать мне бороться с моими демонами каждый день, отдавая мне всю себя.

У меня в офисе звонит телефон, и я беру трубку.

— Грейв.

— Сэр, к вам посетитель, — говорит Найджел в трубку.

— Кто это?

— Таннер Мейсон.

Я спускаюсь по лестнице и не удивляюсь, когда Боунс настаивает на том, чтобы пойти со мной. Мы выходим из лифта в наш отдельный вестибюль.

— Почему ты здесь, Таннер?

Это тот же вопрос, который он задал мне в ту первую ночь в Аэропорту.

Он переводит взгляд с Боунса на меня.

— Я, эээ… — он расправляет плечи. — Я хотел сказать тебе это лично, — он делает паузу.

— Хорошо, — я делаю шаг к нему. — Что ты мне скажешь?

— Трэй нашёл Люси в её пентхаусе этим утром. Она мертва.

— Мне жаль это слышать, — Боунс заговаривает первым. Его слова были такими искренними, каких я давно не слышал.

У меня сжимается сердце, и я провожу рукой по волосам.

— Причина смерти?

Его глаза не отрываются от моих. Видно, что ему хочется заплакать, но он сдерживается изо всех сил.

— Это было… — он прочищает горло. — Самоубийство.

Эйприл

Я стою рядом с Грейвом на службе Люси. На заднем плане тихо звучит песня Криса Стэплтона “Fire Away”. Братья Мейсон хотели, чтобы служба была частной. О её смерти даже не было объявлено публично, так как она скончалась два дня назад.

Всё ещё не могу в это поверить. Я только что видела её. Она зашла в магазин. Она выглядела лучше и сказала, что хотела бы стать лучше. Не прошло и трёх часов, как её нашли мёртвой в её пентхаусе. Что-то не сходится. Или, может быть, я просто не хочу в это верить. Я никогда раньше не сталкивалась с депрессией или зависимостью. Даже не претендую на то, что начинаю понимать, что чувствовала Люси или через что ей пришлось пройти.

Я тянусь к руке Грейва, но он отстраняется от меня.

Закрываю глаза и позволяю слезам свободно катиться по моему лицу. Он такой с тех пор, как узнал о её смерти. Отдалённый. Полностью замкнутый. Никаких шуток. Ни о чем.

Он винит себя. Как и все мы. Даже я чувствую, что могла бы сделать больше, чтобы помочь ей. Спасти её. Она не заслуживала смерти. Не в таком возрасте и не таким образом. Она слишком много могла дать этому миру. Она собиралась на реабилитацию. У неё были планы изменить свою жизнь к лучшему. Она хотела добиться большего для себя.

Открыв глаза, вижу трёх братьев Мейсон, стоящих у её гроба. Трэй, младший, открыто рыдает, положив руку на светлое дерево.

Таннер стоит рядом с ним, опустив голову и положив руку на своего младшего брата. Я вижу, как трясутся его плечи.

Единственный, кого я никогда не видела, – это Тёрнер, но я поняла, кто он такой, как только увидела его. Они все похожи друг на друга. Он стоит с высоко поднятой головой, и в его глазах ни слезинки. Его руки засунуты в передние карманы костюма. Солнцезащитные очки у него на макушке. Он смотрит в никуда. И моё сердце разрывается от жалости к нему. Я вижу, какую внутреннюю борьбу он ведёт. Нет ничего плохого в том, чтобы испытывать какие-то чувства, особенно когда речь идёт о потере родной сестры.

Песня подходит к концу, и пастор возвращается, чтобы произнести заключительную молитву. Мы все склоняем головы, а я закрываю глаза и шмыгаю носом. Я чувствую, как кто-то протягивает мне руку слева, и я беру её за руку. Это Жасмин. Она была последней, кого я видела стоящей по ту сторону от меня.

— Аминь, — произносим мы в унисон.

Я поднимаю голову, чтобы дотянуться до Грейва, но его там нет. Я оглядываю кладбище и замечаю его среди машин, припаркованных на гравийной дорожке. Он стоит перед своей, а Тёрнер стоит рядом с ним. Они разговаривают. Тёрнер достаёт свой мобильник, и они начинают что-то смотреть.

Грейв несколько раз кивает, а затем Тёрнер протягивает правую руку и пожимает её.

Я немедленно поворачиваюсь в поисках Боунса и замечаю, как он разговаривает с Титаном слева от меня.

— Боунс? — спрашиваю я, подбегая к нему. — Что происходит между Грейвом и Тёрнером?

Он переводит взгляд с меня на своего брата.

— Эйприл… — начинает он.

— Я прошу тебя проверить это, — говорю я. — Мне нужно, чтобы кто-нибудь поверил мне…

— Во что?

Что твой брат уже не тот, каким был три дня назад? Я вижу, как он стоит на кухне и смотрит на бутылку водки так, словно хочет выпить её всю разом. Что, я знаю, если бы он захотел, у него в руках был бы пузырёк с таблетками в считанные секунды. Что, боюсь, он на грани невозврата. Я могу сделать лишь немногое. И если у него случится рецидив, не уверена, что смогу вернуть его обратно.

— Эйприл, ты готова?

Я оборачиваюсь и вижу, что Грейв стоит у меня за спиной. Его тёмные очки закрывают глаза. Я киваю и подхожу к нему, зная, что я сама по себе. Они не смогли помочь ему раньше, значит, не смогут и сейчас. Я сделаю это сама.