Грейв

— Нет, — она качает головой. — Мой бывший Трентон… — она рычит эти слова. — В то время он сказал, что его мать видела, как отец привёл её в психиатрическое отделение больницы. Что она кричала и плакала. Он отвёл её в палату, а потом вышел один.

— Он просто оставил её там? — в шоке спрашиваю я.

— Я слышала, что на неё надели смирительную рубашку, и она оставалась в ней две недели, запертая в комнате с мягкими стенами.

— Господи, — шиплю я.

— Мне также сказали, что в течение двух недель она была прикована к больничной койке с помощью катетера и питалась через трубку через нос. И то, и другое могло быть правдой. А могло быть и хуже. Кто знает?

— Почему её отец так поступил с ней?

Что случилось с этой бедной девушкой?

— Оглянись вокруг, — она поднимает руки, указывая на толпу. — Как, по-твоему, Короли и Братья Мейсон управляют этим городом? Это потому, что они платят кому-то повыше.

Я сглатываю при упоминании братьев Мейсон.

— Значит, он просто извращенец.

— Да, и он никому не позволит встать у него на пути. Даже своей дочери.

— Бедняжка.

Она просто стоит, глядя прямо перед собой. Как кукла. Или как та, кого учили не привлекать к себе внимания. Но я вижу её. Она выделяется, и дело не в том, как она одевается.

— Почему Грейв игнорирует её? Он разговаривает только с этим парнем. Ведёт себя так, будто её здесь нет.

— Может быть, ей так больше нравится, — предполагает она. — Некоторые люди предпочитают закрывать глаза, чтобы не видеть того, что находится прямо перед ними. Кстати, Тёрнер Мейсон, который средний из Братьев, был одержим ею.

Опять это имя.

— Они встречались?

— Нет, — она смеётся. — Она была слишком хороша для него. Он знал это. Весь город знал это, кроме неё. Она понятия не имела, что он на неё запал, — Жасмин смотрит на высокие потолки. Я делаю то же самое и вижу повсюду маленькие черные купола. Я знаю, что это такое. Камеры. — Если он узнает, что она здесь, то подрочит сегодня вечером, просматривая видео с камер наблюдения.

— Отвратительно, — говорю я. — Подожди? — Мой разум немного затуманен алкоголем. — Что? Зачем ему смотреть записи с камер наблюдения?

— Братья Мейсон владеют этим местом, — заявляет она.

Мои ладони начинают потеть. Я начинаю лихорадочно озираться по сторонам. Я не знаю, как они выглядят. Узнают ли они меня? Мой взгляд возвращается к Грейву, и я вижу, как к нему подходит блондинка.

— Это…

— Люси Мейсон, — заканчивает за меня Жасмин.

Она, блядь, тоже Мейсон?

Мои руки сжимаются, когда она проводит своими пальцами по его обнажённой руке.

— Обычно я первая встреваю и задираю сучку, но если ты хочешь остаться и посмотреть, как он ведёт себя на ринге, то я бы предложила сделать это в другой раз, — говорит Жасмин, делая глоток своего напитка.

Я смотрю на неё.

— Это место принадлежит её братьям, — напоминает она мне. — Нас вышвырнут за две с половиной десятых секунды, если мы набросимся на неё. Хотя, должна признать, я могу причинить много вреда за такое короткое время. Так что, если ты хочешь взять на себя такую ответственность, я согласна.

Я оглядываюсь на них. Грейв всё ещё разговаривает с парнем и не обращает внимания на Люси, но это её нисколько не обижает. Она всё ещё прикасается к нему. Теперь она прижалась к нему всем телом.

К ним подходит новый парень и хватает Люси за плечо, оттаскивая её от них.

— Кто это? — спрашиваю так, словно она знает. Жасмин, кажется, знакома со всеми.

— Это Трэй Мейсон. Младшенький.

Я делаю шаг назад, моё сердце бешено колотится от её слов.

— Мне не следовало приходить сюда.

— Что? Ты хотела увидеть Грейва…

— Да, но я не знала, что это заведение принадлежит братьям Мейсон, — огрызаюсь я, и она хмурится. — Они наняли кого-то, кто вломился в мой магазин, — выпаливаю я. От алкоголя у меня развязывается язык. — Кто знает, что бы они сделали, если бы узнали, что я здесь.

— Что они? — она задыхается.

— Пойдём, — поворачиваюсь и начинаю уходить, не желая ничего объяснять прямо сейчас. Но чья-то рука хватает меня за плечо, и я разворачиваюсь обратно. Моё сердце бешено колотится в груди, когда я смотрю в эти голубые глаза.

— Привет, — говорит Грейв. — Я так и знал, что это ты. Что ты здесь делаешь? — спрашивает он, переводя взгляд с меня на Жасмин.

Я облизываю онемевшие губы.

— Я хотела тебя навестить. Но…

— Но что? — он хмурится.

Подхожу к нему и встаю на цыпочки, чтобы прошептать ему на ухо.

— Я не знала, что это место принадлежит братьям Мейсон.

Он обхватывает ладонями моё лицо, когда я отстраняюсь.

— Они тебя не тронут. Я обещаю. Но… — отпустив меня, он достаёт из кармана свой мобильник и начинает что-то печатать. — Это не значит, что я хочу, чтобы вы были здесь без защиты.

— Ты боишься, что я забеременею? — шутит Жасмин.

Грейв фыркает.

— Твои шансы на продолжение рода меня не волнуют, — отвечает он, что-то набирая на своём телефоне, затем смотрит на меня. — Найт останется с вами, девочки.

Жасмин со вздохом откидывает голову назад.

— Приставишь нам няню? Я прихожу сюда постоянно.

— Да, и я тоже. Я знаю, что происходит с женщинами здесь, когда никто не видит.

Волосы у меня на затылке встают дыбом, но он наклоняется ко мне, обхватывает ладонями моё лицо и целует. Я обвиваю руками его шею и открываюсь для него, целуя в ответ. Его руки скользят по моей спине и обхватывают мою попку. Он легко поднимает меня, и я обхватываю ногами его узкие бедра.

Я отстраняюсь, тяжело дыша, и шепчу ему в губы.

— Будь осторожен.

— Не беспокойся обо мне, детка, — он шлёпает меня по заднице, и я, смеясь, спрыгиваю с него как раз в тот момент, когда появляется Найт.

— Присмотри за ними, — приказывает ему Грейв, и Найт кивает.

Грейв дарит мне ещё один поцелуй и уходит.

— Привет, мы официально не знакомы. Я Эйприл, — протягиваю правую руку, и он крепко пожимает её, а затем начинает оглядывать людное место. Я жду, когда он поздоровается или представится. Но он полностью игнорирует меня.

— Он не разговаривает, — говорит Жасмин, пристально глядя на него.

Оу

.

— Совсем?

Она качает головой.

— Он дал обет молчания ещё в колледже. Он немой, — огрызается она, — и мы здесь с ним не останемся, — она собирается уйти, но он протягивает руку, хватает её за волосы и разворачивает лицом к себе.