Курадо

Глава шестая

Дикари наступают на меня со всех сторон, бормоча под нос:

— Ча, ча, чи-и-и, ча, ча!

— Пожалуйста, помогите мне, — глупо умоляю я, размахивая руками, как белым флагом. — Я потерялась. Меня похитили, — но мои слова пролетают мимо ушей: мужчины смыкают кольцо, а я быстро пячусь назад.

Мужчина, идущий с тростью, внезапно пробивается вперед сквозь толпу обступивших меня людей.

— Мы не причиним вам вреда, мисс. — Его тон мягок, а акцент явно британский.

— Правда? — переспрашиваю я. — Извините, но кто вы? — Мы встречаемся взглядами. — И кто все эти люди?

Он тепло улыбается:

— Мы называем себя «Курадо». Это означает «исцеленные». — Он делает шаг ближе. — Кстати, я Джеффри.

Я тяжело сглатываю.

— Исцеленные?

— Да, дорогая. Мы все приняли исцеление, — отвечает он как о чем-то само собой разумеющемся.

— Это мило, — слабо роняю я, не желая злить его или стоящих за ним мужчин. — Меня зовут Рина, и…

— Да, мы прекрасно знаем, кто вы такая. — Он взволнованно хлопает в ладоши. — Вас здесь очень ждут, мисс.

«Что-что?»

— Извините, что вы сейчас сказали?

— Я сказал, дорогая, что мы вас ждали. Вообще-то уже довольно давно, — добавляет он с таким видом, будто в мире все идет по плану как надо.

— Как… то есть почему? — требую я ответа, пытаясь собрать воедино этот новый пазл.

— Вы должны принадлежать Ему, разумеется. — Джеффри выглядит искренне восхищенным, его улыбка кажется слишком широкой.

Я истерично смеюсь, разглядывая его окрашенные в красный цвет зубы.

«Это могут быть ягоды, вряд ли, конечно, но могут быть»

, — монотонно твержу я про себя.

— Я знаю, что продолжаю задавать вопросы, но кто Он — этот мужчина, которому я должна принадлежать?

— Он — Алл (Прим. ред.: All – Всё), — благоговейным тоном произносит Джеффри, и окружающие его люди мгновенно затихают. — Всё сущее. И всезнающий в вопросах прошлого, настоящего и будущего. Он спасал нас бесчисленное множество раз, защищая наш клан от чужаков.

Так вот ради чего все это было? Неужели мое похищение, точнее, неоднократные похищения, вели именно к этому самому моменту, к этому человеку по имени Алл?

И к этим безумного вида людям.

На мгновение я просто теряю дар речи. Мой взгляд снова скользит по мужчинам, по-настоящему подмечая их суровый, варварский вид. Все они вооружены каким-то оружием: ножами, луками и стрелами. Большинство наполовину раздеты, а некоторые — абсолютно нагишом. Их загорелая темная кожа блестит от пота, но их глаза пугающе чутко следят за каждым моим движением, за каждым вздохом.

Мне приходит в голову, что вся эта ситуация в точности напоминает один из моих кошмаров. Но только хуже, потому что это происходит наяву. Настоящая жизнь во плоти — страшнее любого кошмара, который мне когда-либо снился.

—Пойдем, дорогая? — мужчина по имени Джеффри прерывает мои мысли.

— Пойдем куда? — мне почти не хочется этого знать, но инстинкт самосохранения все еще держится, пусть и на волоске.

— В Его королевство, разумеется, — говорит мне Джеффри, указывая на бескрайние земли, простирающиеся к западу.

Сохраняй спокойствие, просто сохраняй спокойствие.

— А там будет еда и вода?

Мужчина подмигивает:

— Запасов воды и еды предостаточно, дорогая моя!

— Может…

Джеффри обрывает меня обманчиво мягким тоном:

— Мы двинемся мирно или нам придется прибегнуть к… менее привлекательной альтернативе?

Вода — это жизненная необходимость. Мне придется найти ее в самое ближайшее время, чтобы выжить здесь, иначе я все равно погибну.

— Хорошо, — киваю я.

Своей деревянной тростью он указывает мне следовать за ним:

— Великолепно!

Стоит мне пойти вперед, как над нами проносится стая птиц, а едва одетые мужчины устремляются следом. Джеффри идет со мной в ногу, все еще улыбаясь, и это чертовски выбивает из колеи.

— Где мы находимся? — спрашиваю я в тщетной надежде наконец-то получить хоть какие-то ответы.

Джеффри глубоко вздыхает, словно втягивая в себя сам ветер.

— Мы в Долине. В Его долине, если быть точнее. Мы называем ее Долиной Репарар.

Мне незнакомо это слово.

— Репарар?

— В переводе с испанского это означает «восстановление», дорогая моя.

Он говорил, что они называют себя «Курадо»

(исцеленные)

, а теперь мы якобы находимся в какой-то долине восстановления? Боже милостивый, эти люди здесь определенно лишились рассудка.

— А эти мужчины говорят по-английски?

— Некоторые — да, но большинство — нет, — непринужденно отвечает он.

Мы продолжаем идти, и выбранная тропа уводит нас все глубже в лесную чащу. Я их не вижу, но отчетливо слышу — животных. Раздается низкий гул, похожий на глубокое стенание, сопровождаемый щебетом птиц и редким жужжанием насекомых.

— Когда мы прибудем на место? — мой голос срывается от сухости.

Джеффри быстро отвязывает от шеи флягу и протягивает ее мне.

— Как я мог быть столь груб? Прошу вас, Рина. — Он называет меня по имени, откручивая крышку.

Мои руки тянутся к ней, но я останавливаю себя. В самый последний момент.

— Что там внутри?

— Просто вода, обещаю. Никаких уловок.

Не раздумывая больше ни секунды, я выхватываю флягу из его рук и жадно осушаю ее до дна. Мои чувства приходят в смятение.

Боже мой, вода еще никогда не была такой вкусной.

Эта прогулка, это путешествие, как ни назови, кажется бесконечным… но наконец мы добираемся. Это место словно сошло со страниц учебника истории, настолько древним оно выглядит. Вдалеке бьют барабаны, женщины с обнаженной грудью танцуют вокруг костров, напевая бог весть что. Во всех направлениях раскинулись палатки, вперемешку с небольшими деревянными хижинами, а на деревьях развешаны черепа и кости. Некоторые жилища и вовсе выдолблены прямо внутри древесных стволов. Кто вообще так живет в наши дни, настолько оторванно от современного мира?

Судя по всему, эти люди так живут.

Я вспотела и устала до смерти, мой мозг работает на автомате.

— Не сочтите за беспокойство, — тихо говорю я, поворачиваясь к Джеффри. — Но могу я спросить, нет ли у вас какой-нибудь сменной одежды? — Мое липкое, пропитанное мочой одеяние стало моим злейшим врагом.

— Алл подготовил всё, что вам понадобится.

Я стараюсь не закатывать свои уставшие глаза.

— Спасибо.

Глаза Джеффри загораются:

— Ну что вы, нет. Это мы должны вас благодарить.