Страница 92 из 122
Глава 52. Цветы, втоптанные в грязь
Сяо Мэйли и Ю Вэйюань так и провели всю ночь в разговорах. Иногда слуги слышали, как эти двое громко смеются, и искренне были удивлены, насколько быстро они поладили. Но никто и не подозревал, что между двумя новоиспеченными супругами произошла сделка, которая в будущем может сыграть им обоим на руку.
Даже личные служанки принцессы шушукались между собой, недоумевая, что же такое сказал Ю Вэйюань Сяо Мэйли, что та не только перестала вести себя высокомерно, но и охотно завела с принцем непринужденную беседу.
Тянь Сюань взглянула на измазанные в грязи иллюстрации и с сожалением выдохнула:
– Лишь бы она не упала в обморок.
– Да ладно тебе, – подтолкнула локтем ее Фан Ни, подмигивая. – Это не так важно. Главное, чтобы свадебная церемония прошла гладко. Пусть будут счастливы.
– О чем вы мечтаете, Ваше Высочество? – спросила Сяо Мэйли у Ю Вэйюаня, глядя на то, как начинает светать, и невзрачное небо озаряется теплыми красками.
Ю Вэйюань ненадолго задумался, но ответ не заставил себя ждать:
– Знать, что близкие мне люди в безопасности, что я смогу их защитить. А вы, принцесса?
Сяо Мэйли пожала плечами:
– Я бы просто хотела приносить пользу. И быть сильной, несмотря на то что я девушка.
Последнюю фразу принцесса проговорила с легким сожалением, что не укрылось от Ю Вэйюаня.
– Даже самые сильные могут пасть в бою. Да и глупо судить о силе, глядя лишь на пол человека. Есть как сильные женщины, так и слабые мужчины, и наоборот. К тому же, даже не держа в руках оружие, можно быть полезным. А можно, держа в руках меч, приносить вред.
– Наверное, я еще слишком молода. Скорее, это все мои грезы, – Сяо Мэйли моргнула и опустила взгляд, поникнув.
Ю Вэйюань принялся ее подбадривать:
– Куда делась ваша смелость? Вы будущая императрица всей Поднебесной. И я рад, что именно на ваши плечи ляжет часть этой ответственности.
– Ну и скажете тоже! – буркнула Сяо Мэйли.
– Мы с вами повязаны красной нитью судьбы, – выдохнул Ю Вэйюань. – Пусть мы и не испытываем друг к другу романтических чувств, но вы поистине произвели на меня впечатление. Более того, я рад и польщен, что именно вы стали моей супругой.
Сяо Мэйли смутилась, услышав подобные слова от Ю Вэйюаня.
– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы вы и впредь были обо мне такого же мнения, Ваше Высочество.
Однако Ю Вэйюань все же расслышал этот тихий шепот, слетевший с губ принцессы. Но ничего не сказал, дабы не вгонять Ее Высочество в краску еще больше.
Погода наконец прояснилась, дождь закончился. Ю Вэйюань вместе с принцессой на Хуэйлэе въехали в столицу. Стражники окружили молодоженов с обеих сторон, чтобы толпа, желающая поглядеть на них, не подходила слишком близко.
Весь Чжиюнхай был украшен расписными красными фонариками, несущими благие пожелания для новобрачных. На шелковых лентах и амулетах сиял иероглиф «Си
[25]
[Си (囍) – двойное счастье; свадьба.]
» – символ двойного счастья, неотъемлемый знак свадебного союза.
Повсюду гремели радостные возгласы под звуки барабанов и гуцыня. Народ ликовал, выкрикивая имена наследной принцессы Сяо Мэйли и наследного принца Ю Вэйюаня, желая им долгой, благополучной жизни, полной согласия и множества здоровых потомков.
Их путь ко дворцу слуги усыпали цветами. Бархатные алые и нежно-розовые лепестки, сорванные под утренним дождем, ложились ярким ковром, но вскоре были безжалостно втоптаны в грязь.
Лицо принцессы было скрыто под тонкой вуалью, расшитой золотыми нитями в форме фениксов и пионов. Из-за тонкой газовой ткани она наблюдала за толпой, различая в лицах простых граждан неподдельную радость и волнение. Дети тянули руки к своим родителям, желая забраться повыше, чтобы разглядеть новоприбывших. Сяо Мэйли скользнула взглядом по прилавкам, видя, как переполнены корзины с фруктами и овощами. И даже толстый серый кот неспешно потягивался, лакая из миски молоко. Видимо, кто-то позаботился о завтраке и для него.
– Это район для богатых? – тихо поинтересовалась принцесса.
– Нет. Есть, конечно, улочки, где живут люди поскромнее, но в целом здесь везде так…
– И никто не нуждается?
– Слышали ли вы, принцесса, что в Чжиюнхае процветает рабство над демонами?
– Я наслышана, – подтвердила она.
– Так вот, если вас интересует, кому на этих землях живется сложнее всего, так это демонам. Если вам когда-то случалось видеть бедняков из Гунхуа, примерно так и выглядят рабы в моей стране. Но обычно на них одевают тяжелые ошейники, и даже пройтись по улице без своего хозяина им небезопасно.
Сяо Мэйли начала оглядываться в поисках демонов, о которых говорил Ю Вэйюань, но так никого и не заметила. Она спросила:
– А что будет, если они все же пройдут без, как вы говорите, хозяина?
– Все просто. Их могут закидать камнями. Или даже убить.
Ю Вэйюань говорил спокойным, ровным голосом, подавляя в себе злость и ненависть за подобное отношение к демонам. Ему никогда не нравилось то, как люди обращаются с ними. Но он продолжал скрывать это, чтобы не вызывать осуждения общества. Хотя порой ему было трудно скрывать свои эмоции. Но сейчас, став частью этой ниши, Ю Вэйюань чувствовал еще большую несправедливость и легкое презрение к себе. Что его жизненный путь хоть и был тернист, но все же был не обделен кровом, одеждой и едой. Такая малость, являющаяся примитивным ресурсом для существования, для многих демонов была недосягаема и по сей день.
– Их настолько ненавидят? – голос принцессы был полон удивления и сожаления.
– Я долго размышлял об этом. Думаю, дело даже не в ненависти. Скорее, в незнании и страхе. Новое поколение вряд ли всерьез задумывается о той войне, что случилась столько лет назад. Истинные виновники давно сгнили в земле, а расплачиваться приходится тем, кто родился уже после. Люди часто ищут тех, кто слабее. Кто не сможет дать отпор. Унижая других, они пытаются самоутвердиться.
– Вот как… – протянула Сяо Мэйли, огорчившись. – Я слышала, что моего отца недолюбливает народ, но никогда не понимала почему. Он был так добр ко мне. Он любил меня даже сильнее, чем матушка, что выносила меня под сердцем и родила. Но, оказывается, любящим и щедрым Цзюнь-ван Сяо Фуцян был только в глазах маленькой девочки. А на самом деле… – Сяо Мэйли прикусила нижнюю губу и сжала алые шелка своего свадебного одеяния, – народ может любить своих правителей так искренне. Обычно в Гунхуа так просто не проедешь верхом на лошади.