Страница 61 из 122
Глава 44. Два волка и одна кость
Ю Хуан с облегчением выдохнула, снимая с лица маску и одновременно откинув накидку с головы. Ее счастливое лицо заливал румянец, а глаза в эту праздничную ночь искрились, словно яркие звезды.
Она смотрела на расписные фонари, медленно поднимающиеся вверх, наслаждаясь атмосферой праздника и веселья.
В этот самый момент, любуясь естественным очарованием своей госпожи, Чэнь Кэ, сам того не замечая, приблизился к ее лицу и накрыл ее губы своими, запечатлев поцелуй.
Такое нежное, мимолетное, но одновременно порывистое действие юноши слегка смутило Ю Хуан, однако на ее прекрасном лице промелькнуло лишь удивление, поспешно сменившееся смущением.
Тихим, смиренным голосом она проговорила:
– Благодарю…
После того как принцесса Ю Хуан покинула императорский дворец, став законной супругой семьи Чэнь, ее жизнь переменилась. Это не было чем-то естественным, вроде смены обстановки или изменения социального и материального положения. Ведь для женщин благородного рода все начиналось и заканчивалось в золотых дворцах. А дочери трона дракона о долгожданной свободе и мирной жизни грезить было и вовсе глупо.
Но Ю Хуан не заботили шелка и украшения. Не заботило то, что она оказалась совсем одна в незнакомом месте, окруженная стаей голодных волков. Ее даже мало волновало то, что государство Шанциань больше всего могло доставить проблем ее родному дому и свергнуть нынешнего императора. А она, как ступившая через порог чужого дворца, могла оказаться между двумя вражескими огнями, став либо мишенью, либо рычагом давления. Но кто будет рушить замки, кто будет бунтовать ради какой-то женщины? Пусть даже эта женщина красива, словно небожительница, являющаяся благородным мужам во снах. Ю Хуан не была глупа и прекрасно понимала, что для таких, как она, в браках нет места любви. Даже если между людьми спустя годы и зародится крепкая связь, это лишь самообман или привычка.
Ю Хуан могла думать об этом сколько угодно. Придумывать как счастливые, так и плачевные исходы событий. Вот только прошлое не давало ей покоя уже которую ночь подряд.
Золотистая шелковая накидка сползла, обнажив под тусклым светом полной луны хрупкое плечо девушки. Ее длинные волосы водопадом рассыпались по спине, спускаясь легкими волнами вниз по пояснице к смятым простыням. Лениво накручивая прядь ее волос на указательный палец, Чэнь Кэ вздохнул и поинтересовался:
– Вас что-то беспокоит?
Губы девушки приоткрылись. Она как будто хотела что-то сказать, но решила промолчать, прикусив нижнюю губу почти до крови. Чувство потерянности и пустоты разъедало ее изнутри. Казалось, кто-то проломил ей ребра и выдернул оттуда сердце, оставив лишь кровоточащую дыру в грудной клетке.
– Нет, – тихо выдохнула она, покачав головой.
– Тогда почему не ляжешь ко мне? – поинтересовался юноша, выжидая ее дальнейших действий.
Внутренний голос советовал девушке спасаться, бежать без оглядки. Вот только этот голос был настолько тихим, что она не обращала на него внимания.
Ю Хуан слегка прищурилась, прогоняя неприятное чувство щипания в глазах, и, пока слезы не потекли по ее щекам, она развернулась лицом к своему мужу, позволив кончикам его пальцев коснуться щеки, скользнуть ниже к подбородку.
– Иди ко мне, – прошептал Чэнь Кэ.
Ю Хуан поспешила вернуться в его объятия, пряча свое смятение. Только так она чувствовала себя защищенной.
* * *
– Как же глупо ты ведешь себя, – язвительным тоном обратился Чэнь Юн к своему младшему брату.
– Что такое? – переспросил Чэнь Кэ, приподняв одну бровь.
– Не притворяйся, что не знаешь, о чем я. Может, отец по какой-то причине и закрывает глаза на твои поступки, но я не собираюсь спускать тебе подобное поведение. – Мужчина усмехнулся, осуждающе покачав головой, и сделал шаг вперед, немного пошатываясь. Он подошел к своему брату почти вплотную, чтобы его слова как можно глубже вклинились в его бестолковую голову. – Прекрати строить из себя сопливого мальчонку, выполняя каждую просьбу какой-то девки.
– Она не… – Только начал Чэнь Кэ, услышав неуважительное отношение к своей супруге, но старший брат схватил его за шею и, оскалившись, угрожающе прошептал ему на ухо: – Прекрати это! Можешь мучить ее по ночам до хрипоты в голосе. Можешь резать ее. Бить. Можешь хоть положить заживо в гроб и закопать в заброшенном павильоне. Я даже готов тебе помочь с этим, если ты попросишь. – Пальцы Чэнь Юна еще сильнее впились в шею Чэнь Кэ, от чего лицо последнего приняло слегка багровый оттенок. Голос Чэнь Юна стал еще ниже и холоднее: – Но видеть, как мой младший брат бегает и скулит, виляя хвостом, как какой-то вшивый щенок, перед дочерью тех, кто когда-то отобрал у нас возможность править, мне хочется переломить ему хребет или задушить собственными руками.
Чэнь Кэ стиснул челюсть. Уголки его губ потянулись вверх. Мало того, что Чэнь Цаньжэнь неустанно наставлял своего сына, не давая ему спуску, закаляя его тело и дух. Его старший брат Чэнь Юн так же наставлял его, если не строже, считая своим долгом заботиться о Чэнь Кэ и вырастить из него настоящего мужчину.
Ядовитым шепотом Чэнь Юн добавил:
– Покажи мне, что тебе нравится, и я непременно отберу это у тебя. Лучше держи свое «сокровище» подальше от меня, брат.
– Это очередное наставление, – усмехнулся Чэнь Кэ.
Похлопав его по плечу, Чэнь Юн отстранился и, взглянув в глаза брата, добавил:
– Предупреждение! Но если тебе так больше нравится, то считай наставлением…
Послышался хруст костяшек. Чэнь Кэ сжал кулаки, и вены на его руках вздулись. Неприятный, горький осадок от предчувствия чего-то нехорошего после этого разговора остался у него на душе.
– Ты же не собираешься делать ничего такого, что мне не понравится, брат? – опустив голову, прошептал Чэнь Кэ. Его голос отчетливо дошел до ушей его старшего брата. Тот же, в свою очередь, не заставил собеседника томиться в ожидании своего ответа:
– Кто знает, любимый младший брат, – лениво пожав плечами, Чэнь Юн прошел мимо, слегка задев его своим плечом, продолжая говорить: – Кто знает… В этом дворце все общее. Между мной и тобой не должно быть разницы. Так ведь, мой
любимый
и единственный младший брат?
Слова эхом отзывались в ушах Чэнь Кэ.
* * *
Ю Хуан, сидя у открытого окна, неторопливо вышивала на шелковом платке голову волка.