Страница 128 из 164
На мелководье с раскинутыми над головой руками замер Маэлстром, взывая к ярости моря. На палубе
Теневого крыла,
держа ладони над водой, стояла Нарза, поднимая воду и встречая его разрушающий гнев.
Проклятье, вместе они наводили леденящий кровь ужас.
Поднявшийся песок, подобно острым колючкам, хлестал нас по щекам и глазам. Мне с трудом удавалось разглядеть происходящее, но заметив, как эльфы едва удерживают стрелы и мечи, я коварно усмехнулась. Они, воспользовавшись щитами, пытались спастись от штормового ветра.
– Убейте их! – рявкнул Арион, но и он часто моргал, не в силах держать глаза открытыми из-за летящего песка.
Нарза и Маэлстром разом высвободили свои чары, накрыв берег устрашающей волной. Я упала на колени, прижав ладони к земле, призывая хоть что-нибудь, что помогло бы нам устоять на ногах. Послышался слегка потрясенный голос Алексия, когда сквозь влажный песок прорвались липкие витки подводных сорняков. Они обхватили лодыжки кузена, бедра отца и мою талию.
Во время удара непокорной волны мы остались на месте.
Однако с эльфами все вышло иначе: повсюду валялись щиты, мужчины повалились на спины, а некоторые бросились к возвышенности. Арион вцепился в камень, пытаясь устоять перед смертоносным потоком воды и ветра, а Фион обезумела от ярости.
Команда Нарзы перемахнула через борт корабля и беспрепятственно вторглась на остров. Темный атласный голос Нарзы, приказывавший ее дому взяться за оружие ради своего короля, своей королевы и своего дома, заставлял замирать мое сердце.
После того как Джонас предложил себя в обмен на ее клятву остаться и защищать земные королевства, мне отчасти казалось, что она, вернувшись в Королевство Вечности, вновь превратится в наблюдательницу за своим внуком, который вступил в очередную войну. Возможно, с моей стороны это выглядело довольно циничным, но при одном лишь взгляде на нее, свирепую как никогда, я испустила полный злости вопль в сторону оставшейся эльфийской армии.
Едва почва снова дрогнула под ногами, как Арион споткнулся. Эльфийский принц метнулся в сторону, отчаянно стараясь не соскользнуть в овраг.
Отец вертел в руках секиру, наклонив голову.
– Ну что, узнаем, чем все закончится?
Арион обнажил клинок, выдержав ненавистный взгляд моего отца. Стоило мощной волне отступить, как он и его люди устремились на берег.
Эльфийский стражник с кривым носом и позолоченным длинным мечом бросился на меня, но я отразила его выпад и повернулась так, чтобы уклониться от удара в спину.
Его лезвие прочертило путь к моей груди. Наклонившись назад, я едва избежала столкновения. Мой кинжал рассек врагу ребра, а сапог врезался в колено. Он зловеще оскалился, словно ничего не почувствовав.
Стражник ударил меня в лицо толстым кулаком, отбросив назад.
– Ливия! – Глубокий, как раскат грома над головой, голос отца окликнул меня, а затем он метнул свою секиру.
Изогнутое острие вонзилось в позвоночник стражника, вынудив его сдавленно захрипеть и рухнуть на колени. Я, сплюнув выступившую кровь и не теряя времени, воткнула кинжал в шею врага.
Имея при себе только один боевой топор, Вален Ферус впал в бешенство. Арион разразился проклятиями, когда отец погнался за принцем по берегу, испещренному острыми камнями.
Направленный на наш народ огонь эльфийской магии быстро затухал от истошных криков ведьм. Сирены напевали мелодичные душераздирающие песни. Тэйт рычал на Алексия и моего отца, приказывая заткнуть уши. Они не мешкая начали забивать уши песком и морскими водорослями, чтобы противостоять своей тяге к сиренам. Эльфы, уловив их шелковистые голоса, как завороженные понеслись к морю.
Среди предсмертных воплей и сгущающихся грозовых туч я различила в тумане бледное лицо. Фион. С ужасом взирая на ожесточенное сражение, морская ведьма бросилась к деревьям.
Я хищно улыбнулась, вытащила клинок и помчалась к лесу.