Страница 113 из 164
– Ты всегда принадлежал мне, – прошептала я. – Правильнее сказать, ты всегда принадлежал нам, даже не догадываясь об этом. Ты не одинок, Эрик Бладсингер, и никогда таким не был.
Эрик впился в меня поцелуем, превратившимся за один вдох из нежного в неистовый, словно слова, которых он не мог найти для объяснения, выплеснулись в его прикосновениях, языке, теле, прижатом к моему.
Моя спина ударилась о стену. Его властные руки прошлись по ребрам и коснулись груди, вынудив меня застонать в поцелуе.
Задыхаясь, я отстранилась от него настолько, чтобы беспрепятственно заговорить.
– Нам ведь еще рано встречаться, верно?
В солнечных лучах сверкнули ровные зубы Эрика.
– По крайней мере, не раньше, чем через час, Певчая птичка.
– Прекрасно. – Вероятно, виной всему стала надвигающаяся битва, возможно, неопределенность завтрашнего дня, но в каждом мгновении, которое я могла украсть у Короля Вечности, сквозило безысходное отчаяние.
Как только мы начнем противостоять Ларссону, наше уединение станет невозможным, и мне не хотелось упускать ни единого мгновения. Взяв за руку, Эрик повел меня из дворца в личные морские пещеры, расположенные чуть ниже садов.
Эрик развернул меня, прижав спиной к мягкому камню, но прежде чем успел сделать еще одно движение, я провела пальцами по его возбуждению.
Издав блаженный стон, Эрик схватил меня за подбородок и прижался своими губами к моим.
– Ты, Певчая птичка, сводишь с ума сильнее, чем любая песня сирены. Делай со мной что хочешь, лишь бы оно… – Его ладонь накрыла место, где бешено стучало сердце. – Всегда принадлежало мне.
– Даже в Ином мире, Змей.
Я покачивалась навстречу его телу, обхватив руками шею. Эрик обвил одну из моих ног вокруг своей талии, потираясь о мою чувствительную кожу.
Стоило мне провести его рукой по внутренней стороне бедра, как живот сжался в предвкушении. Он одобрительно хмыкнул, скользнув пальцами по влажному жару моего входа.
Когда Эрик ввел в меня полностью два пальца, я, балансируя на одной ноге, чуть не споткнулась. Рука его крепче обхватила мою талию, а дыхание, едва он заговорил, обожгло губы.
– Такая скользкая лишь для меня, дорогая. Боги, какое же ликование ты испытываешь, сводя меня с ума, правда?
С моих уст срывались непристойные звуки. Я раскачивалась вверх и вниз, чувствуя, как два пальца проникают в меня, и изгибалась от их прикосновений и дразнящих движений. Одной рукой мне пришлось опираться на каменную стену морской пещеры, а другой зарыться в растрепанные волосы Эрика, ухватившись за корни, и прильнуть своими губами к его.
Наши зубы клацнули, и язык Эрика едва не пропустил мой укус. Если мы перестанем соблюдать осторожность, то вскоре прольется кровь и сладостный момент будет испорчен, поскольку Эрику придется возвращать меня в мир живых. Однако мысль оставить на нашей коже свои метки, такая первобытная идея, породила прилив жара внизу моего живота. Несомненно, пальцы Эрика еще сильнее почувствовали мой жар.
Он издал похотливый стон, подтверждая мои слова, и провел большим пальцем по чувствительной коже.
– Ливия, для меня ты идеальна. Уже настолько готова. – Он яростно впился поцелуем в шею, вжимаясь в меня всем телом.
Из моих легких вырвался то ли вдох, то ли всхлип. Я подалась вперед, прижимаясь бедрами.
– Черт, любовь моя. Повтори это еще раз. – По острым чертам лица Эрика рассыпались серебристые ленты света. Он откинул голову назад, упиваясь наслаждением.
Расстегнув ремень, я вцепилась пальцами в пояс, освободив его возбуждение. Приподняв одной рукой юбку, я, все еще не давая выскользнуть его пальцам, направила
его
к своему центру.
Подавившись собственным дыханием, Эрик поднял взгляд, и в его глазах вспыхнул яростный огонь. Он отдернул руку и, ухватившись за брюки, потащил нас вглубь пещеры.
Прибитые на скальных стенах подсвечники с зажженными свечами оставляли на полураздетых телах призрачный золотой след. Теплая хрустальная вода нежно омывала лодыжки. Туманный воздух коснулся лиц, и через несколько мгновений мы оба выглядели так, словно провели в объятиях друг с друга не один час.
Прижав меня спиной к одной из стен, Эрик расстегнул платье, позволив ему соскользнуть с тела и упасть у ног.
Моя голова откинулась в стекавшую с камней мягкую струйку воды, а Эрик слизывал капельки влаги с обнаженной шеи, с впадин над ключицами и между грудей. Один сосок он зажал большим и указательным пальцами, а другой взял в зубы.
Задыхаясь, я прижалась к его затылку, страстно желая, чтобы он проглотил меня целиком. Король Вечности с дьявольской ухмылкой терзал грудь, подстраивая острый зуб к пику, чтобы вонзиться в него.
Из горла вырвался неожиданный возглас, порожденный яркой вспышкой боли и последовавшим за ней кровотечением от раскаленного удовольствия.
Эрик провел языком по коже, слизывая с нее выступившие капельки крови, а затем стал целовать и посасывать, успокаивая болевые ощущения. После, переключив свой взгляд уже не янтарно-красных, а черных, словно угли, глаз на другую грудь, Эрик принялся кусать, целовать и посасывать ее, одновременно с этим лаская шершавой ладонью.
– Мне нужно слышать, как мое имя отдается в каждой трещине этой пещеры. Я должен немедленно оказаться в тебе.
– Тогда поспеши, Эрик.
Он вновь прильнул к моим устам, однако теперь в поцелуях чувствовалось лишь потрясающее, заботливое доминирование. Не отстраняясь, он скинул штаны, затем перекинул мои запястья через голову и прижался обнаженными бедрами к моему изнывающему от желания телу.
Его рот прошелся по изгибу шеи, заставляя меня подавить все навязчивые мысли и полностью отдаться головокружительным ощущениям. Я закрыла глаза и подчинилась, позволяя своему телу двигаться, раскачиваться, тереться о своего Змея, пока в нижней части живота не зародилась колючая волна жара.
Эрик приоткрыл губы, и его дыхание сделалось резким и неровным.
– Такая идеальная Певчая птичка.
– Ты мне нужен, – взмолилась я, теряя рассудок в пелене тумана.
Из глотки Эрика раздался низкий глубокий гул, больше похожий на зловещее рычание. Мне казалось, что он вот-вот вновь заведет мою ногу себе за талию, возможно, уложит меня на камни, используя платье как ложе.
Вместо этого Эрик развернул меня так, что я прижалась щекой и грудью к камням.