Страница 101 из 119
Через экран мобильника всё выглядит еще страшнее. Зернистая картинка, фокус дрожит, но в кадр попадает Макс, прямо у ангара, стреляющий с ледяным спокойствием, будто это тир а не ад.... Рык, летящая земля, вспышки выстрелов. Рядом с ним незнакомый блондин, чуть дальше — ещё один, огрызается очередями. И тут из-за щитов выныривает София Волкова, а следом её муж — Олег!
Но настоящий сюр начинается, когда из пыли вылетает блондинка — та самая девчонка из аэропорта. Она вскидывает автомат, что-то кричит, и в этот момент её прошивает очередь из леса, прямо справа от меня. Она падает тряпичной куклой, без звука.
И тут реальность трещит по швам.
Тот парень рядом с Максом... он взрывается! Лоскуты одежды летят во все стороны, кости хрустят на весь лес, и на месте человека материализуется чудовище. Огромный серый волк размером с внедорожник. Он на секунду приникает к блондинке, а потом его озверевшие глаза находят засаду в лесу. Этот демон срывается с места, превращаясь в серую молнию.
А следом...
Черт! Макс!
Его тело выгибается, мышцы вздуваются, разрывая кожу и ткань. Хруст позвоночника бьет по моим ушам сильнее любого взрыва. Он перерождается прямо на моих глазах, превращаясь в такого же исполина. Огромного, оскалившегося, шерстяного!
— Боже!— мой шёпот умирает на губах.— Это! Это!
Я не могу найти этому объяснение! Ощущение, что я попала в самый настоящий ужастик или в липкий, осязаемый кошмар.
Жмусь к дереву, зажмуриваюсь до белых пятен перед глазами и молюсь:
«Господи, пусть я проснусь дома! Пусть это будет просто дикий сон!»
Но реальность не отпускает. Уши закладывает от дикого вопля, который проносится по лесу, сотрясая вековые стволы, а следом — утробное, леденящее кровь рычание и отчетливый, сухой хруст костей.
Стадия шока сменяется животным инстинктом: пора смываться! И как можно быстрее!
Собираю в кулак остатки разума. Втягиваю полные легкие этого отвратительного, пропитанного гарью и кровью воздуха и бросаюсь сквозь лес в обратную сторону, на ходу пихая телефон в карман. Деревья мелькают, сливаясь в одну непроглядную массу, и это забор из стволов кажется бесконечным. Я спотыкаюсь о корни, влетаю в кусты, царапая лицо, но не сбавляю темпа.
«Мне надо убираться! Убираться отсюда к чёртовой матери!» — единственная паническая мысль, которая бьётся в голове в такт пульсу.
На рассуждения нет ни времени, ни сил. Да и момент не особо подходящий!
Они же… они превратились в волков! В самых настоящих, огромных, безумных чудовищ! Боже, этого просто не может быть. Я точно спятила. Мне пора в дурку, а лучше сразу в морг — где очередь быстрее пойдёт, туда и рвану, мне уже без разницы!
Несусь сквозь кусты, ничего не видя перед собой. Ноги заплетаются, и я со всего размаха лечу лицом прямо в папоротник. Ветки хлещут по щекам, как пощечины, приводя в чувство. Ковыряюсь в листве, пытаясь найти опору, но кажется, что я просто проваливаюсь в ад, и земля под пальцами горит.
Сердце, судя по ритму, решило вообще покинуть это тело и умчаться в закат в гордом одиночестве — видимо, ему со мной совсем некомфортно! Но я настырно сглатываю ком в горле вместе с ним, собираю себя по частям и снова встаю на ноги. Они ватные, дрожат и наотрез отказываются двигаться, но я делаю один шаг, второй.… И тут же натыкаюсь на что-то огромное, чёрное и очень… очень опасное!
Открываю глаза и медленно, будто в замедленной съёмке, сканирую эту чёртову глыбу. Взгляд цепляется за тяжёлые военные берцы — черные, в налипшей саже и свежих брызгах крови. Выше — тактические штаны, заправленные в ботинки, и массивный, бесформенный бронежилет, набитый магазинами для автомата так, что он кажется неподъемным.
Сама пушка в огромной лапище, обтянутой в тактическую перчатку. И вот, наконец, я встречаюсь с ним лицом к лицу.
Это не Макс. Это дьявол во плоти!
Одутловатое лицо пересекает жуткий, рваный шрам — от верха лба до самой скулы, уродливо выгибая нос в сторону. Омерзительный, дьявольский оскал обнажает гнилые зубы. Но хуже всего глаза. Черные, налитые такой первобытной яростью, что мои колени просто превращаются в желе. Обморок сейчас был бы величайшим даром небес, но сознание, сука, держится до последнего, заставляя меня впитывать каждое слово этого ублюдка.
— А менты тут откуда?— хрипит он, обдавая меня запахом табака и смерти.
Слова комом застревают в горле, затягиваясь тугими узлами на связках. Я пытаюсь что-то крикнуть, но из груди вырывается лишь сиплый, рваный выдох.
— Поедешь с нами!— злобно скалится этот Боров.
Вижу, как стремительно приближается приклад автомата. Свист воздуха, тупой удар в висок... и благословенная темнота наконец-то поглощает этот кошмар.