Страница 54 из 66
— Помнишь, ты мне говорил, что не допускаешь мысли, будто Мин Хо мог тебя подставить?
Я кивнул.
— Гипотетически, — продолжила она, — что, если он всё же подставил тебя, чтобы заполучить твой ресторан?
— Зачем ему мой ресторан? — спросил я, делая вид, что не слышал разговора Ханны с Питером.
— Что, если ему нужны деньги? Гипотетически, — подчеркнула она. — Скажем, он в долгах, и простой перепродажи алкоголя и продуктов из ресторана ему уже не хватает?
Последнее меня, честно говоря, зацепило. С некачественными продуктами на кухне я сталкивался, но Мин Хо каждый раз списывал это на бездарность закупщика.
— Тогда, — начал я, — я бы хотел услышать от него самого объяснение: почему он пошёл на такие крайние меры, как убийство, и почему решил подставить меня, вместо того чтобы прийти и попросить помощи, как старый друг.
Есть расхотелось совсем. Отложил вилку, посмотрел на Ханну. Она тоже смотрела на меня, не отводя взгляда, будто сочувствовала.
— Люди меняются, — сказал я. — Мы редко замечаем перемены в тех, кого знаем давно: продолжаем видеть их такими, какими они когда-то были.
Отпил воды, отставил стакан.
— Может, тот Мин Хо, которого я помню с детства, давно перестал существовать, а я просто прозевал момент, когда это случилось. Не знаю, что должно произойти с человеком, чтобы он пошёл на такое.
Помолчал немного.
— Но точно знаю одно: старая дружба, старые долги, годы, прожитые бок о бок, — это не то, ради чего стоит держаться, если человек за этой историей оказался предателем. Мне важнее репутация, которую я строил не ради денег, а ради того, чтобы родители, которых я люблю, могли мной гордиться. Важнее люди, которые работают со мной каждый день и верят, что я их не подведу. И важнее те, кто верит в меня сейчас, включая тебя, — важнее любой истории, которая тянется годами.
Она смущённо опустила глаза.
— Если это сделал Мин Хо, я это приму. Как бы больно мне ни было.
Я встал, начал убирать тарелки. Ханна тоже поднялась помочь, взяла свою и пошла к раковине. Я развернулся и неловко с ней столкнулся.
Так близко, что чёрное пятно на её щеке и подбородке оказалось прямо перед глазами. Рука сама потянулась и коснулась его, легко, кончиками пальцев, будто могла стереть.
На лице сама собой расползлась улыбка. Ханна смотрела серьёзно, почти напряжённо — и не улыбнулась в ответ.
Я убрал руку, отступил на полшага.
— Я уважаю то, что ты хочешь держаться деловых рамок, — сказал я. — Особенно пока идёт работа над делом. Я не буду на этом настаивать, это твоё решение, и я его приму.
Помолчал секунду, потом добавил:
— Но мне было бы приятно, если бы ты осталась. Хотя бы ещё немного. Если решишь вернуться к себе, я не держу.