Страница 53 из 66
Точно, Ханна. Взглянул на часы. Она минут двадцать, наверное, как зашла в ванную отмыть чернильное пятно с лица — и так и не вышла.
В голове сама собой возникла картинка, от которой нож пошёл быстрее: как Сэм тянется к Ханне. Нравится она ему, что ли? Неуклюжая ведь — три блузки за неделю испортила… Зато милая. И симпатичная.
Отложил нож, посмотрел на сковороду с уже подрумянившимися овощами. Ну где она там?
Направился в сторону ванной.
— Ханна, всё в порядке? Помощь нужна?
Тишина.
— Ханна? Ты что, уснула?
Из-за двери донёсся стон, такой, какой вырывается, когда очень больно, но кричать нет сил, а молчать не получается.
Я схватился за ручку.
— Ханна, что случилось? Я зайду?
— Нет! Ай… не надо!
Не послушал, дёрнул ручку. Заперто.
— Ты дверь заперла? Ханна, открой!
— Не могу… ай… больно!
— Что там? — Я всё дёргал эту несчастную дверь.
— Нога! — крикнула она. — Ногу сводит… ай!..
Бросился на кухню, схватил нож, вернулся к двери. Уже третий раз за неделю эта женщина заставляет меня волноваться. Втиснул лезвие в щель у замка, поддел, надавил. Язычок с сухим щелчком отскочил.
— Я захожу, — крикнул я и толкнул дверь.
Внутри Ханна сначала испуганно вскрикнула: «Я не одета!» — но тут же забыла про смущение и снова схватилась за ногу.
— Сводит! Ногу сводит! Больно!
Я схватил полотенце и накрыл её. Стоило догадаться раньше, что ночь в холодильнике и удар по голове даром не проходят, а я отпустил её плескаться в ванной одну.
— Не впервой мне видеть тебя без одежды, — бросил я, перешагивая через бортик ванны как был, в джинсах и рубашке.
Быстрым движением выдернул пробку, чтобы вода начала уходить, перехватил её ледяную стопу и с усилием потянул носок на себя, упираясь ладонью в пятку.
Ханна вскрикнула от новой вспышки боли.
— Потерпи! Ещё десять секунд, и всё пройдёт, — уверенно сказал я.
Она притихла, зажмурилась. Через полминуты каменная мышца под моими ладонями начала медленно обмякать.
— Кажется… проходит, — прошептала Ханна, приоткрывая глаза.
Я облегчённо улыбнулся. И только теперь, когда паника отступила, осознал, в каком положении мы оба находимся. Вода почти полностью сошла. Ханна сидела, прикрываясь мокрым полотенцем. Я сам сидел в насквозь промокшей одежде. Опустил взгляд на её мокрые ноги и поймал себя на мысли, что они выглядят невероятно соблазнительно. Резко отвернулся, возвращая себе хоть какое-то самообладание.
— Мне неловко… — тихо выдохнула Ханна, заметив мою заминку. — Боль прошла, можно отпустить. — И добавила: — Спасибо.
Я молча поднялся. С джинсов и рубашки вода текла прямо на пол, оставляя мокрую дорожку. Нашарил на вешалке сухое полотенце, протянул ей и строго предупредил:
— Даже не думай вставать. Мышцу снова сведёт, и ты можешь упасть на кафель.
Ханна послушно убрала мокрое полотенце, закуталась в сухое. Я, не долго думая, принялся расстёгивать пуговицы на рубашке прямо перед ней. Она испуганно округлила глаза:
— Вы… вы чего это раздеваетесь?
— Не хочу ходить в мокром, — спокойно ответил я, стягивая тяжёлые от воды джинсы. — Тем более не хватало ещё наследить по всему полу.
Краем глаза заметил, как она изо всех сил старается смотреть куда угодно — на потолок, на мыльницу, на стену — только не на меня. Эта её скромность искренне позабавила. Повернулся спиной, сбросил мокрое бельё, быстро обмотал вокруг бёдер полотенце и снова повернулся к ней.
Ханна сидела в пустой ванне, пунцовая от ушей до самых ключиц. Я решительно шагнул вперёд, наклонился, просунул руки под её колени и спину и легко поднял вместе с полотенцем. Она ахнула, вцепившись мне в плечи.
— Считай, мы квиты, — усмехнулся я, глядя ей прямо в глаза. — Я видел тебя, ты — меня.
Вынес её из ванной, бережно донёс до спальни. Уложил на кровать, сразу накинул сверху одеяло, чтобы не продуло, а сам обошёл с другой стороны. Аккуратно освободил пострадавшую ногу из-под ткани. Ладони легли на её голень. Обхватив мышцу, я начал медленно и глубоко разминать её снизу вверх, плавными, выжимающими движениями от лодыжки к колену, выгоняя остатки спазма.
— Господин Кан… — начала она.
— Тэо, — ответил я. — Давай, когда мы одни, ты будешь звать меня Тэо. Как вчера.
Я не смотрел на неё: всё внимание было на её ноге, на мышце под ладонями. Через несколько секунд она тихо сказала:
— Тэо… нога прошла, правда. Спасибо.
Поднял взгляд. Ханна выглядывала из-под одеяла, а на лице так и красовалось неумытое чёрное пятно. Я невольно улыбнулся. Видимо, с этим пятном ей ходить весь завтрашний день.
— Если нога прошла, тогда одевайся и пойдём ужинать, — я поднялся.
Полотенце было завязано на скорую руку, узлом на боку, а не так, как надо, и, конечно же, соскользнуло вниз в тот самый момент, когда я вставал. Я успел поймать его на лету. Услышал сдавленный звук со стороны кровати, обернулся и увидел, как Ханна натягивает одеяло на самую макушку, лишь бы не смотреть на меня.
Повисла пауза. Мне стало смешно.
— Считай, что теперь уж точно квиты.
Вышел и закрыл за собой дверь.
К ужину приступили в полной тишине. Ханна смотрела только в тарелку и не набивала рот едой, как обычно. Неужели я разучился готовить? Глядя на неё, я еле сдерживал улыбку: чёрное неотмытое пятно так и красовалось на щеке и на подбородке. Такие чернила не так-то просто отмыть. Блузку разве что выкинуть: ей уже ничем не помочь.
Она отпила воды, снова опустила взгляд в тарелку. За неделю, что Ханна здесь, я успел к ней привыкнуть: сложно даже представить это место без неё. Если она уедет, тут снова станет пусто.
Из-за этой мысли в груди стало тесно.
— Господин Кан… Тэо, — поправила она себя. — Можно задать пару личных вопросов?
— Задавай.
— Ты доверяешь господину Мин? — осторожно спросила она.
Я думал, она спросит что-нибудь по-настоящему личное. А она снова про работу и дело.
— Я доверяю ему, — ответил я, хотя внутри уже поселились сомнения на его счёт.
— Вы ведь знакомы с детства, верно?
— Да, с детства. — Я тоже уставился в тарелку. — Мин Хо часто меня выручал, помогал. Я ему искренне благодарен. И партнёр он хороший. Благодаря ему ресторан расцвёл.
— Я не отрицаю его заслуг, — сказала она, — но, по-моему, ресторан расцвёл благодаря тебе и твоему таланту.
Это было приятно слышать. Особенно приятно услышать именно от неё.