Ты моё проклятие

Он сделал угрожающий шаг. Рука его сжалась, но не для того, чтобы бить; скорее, чтобы диктовать. Я почувствовала запах табака и алкоголя.

Я посмотрела на сумку в его руках и поняла, что он уже был в моей квартире, значит у него есть ключи и это сулит новые неприятные встречи. По сравнению с ним я была небольшая, но не беспомощная.

— Ты ошибаешься, — сказала я. — Ты не хранишь власть надо мной, чтобы ломать.

– Ты что несешь?! Тронулась?

Он рассмеялся, прокуренный голос шелестел, как ломкий металл. Неожиданно мужчина замолчал и резко толкнул меня обеими руками в грудь. Я споткнулась и упала: кто‑то сверху зажёг лампу подъезда — я услышала шаги. Тяжелые шаги спускались вниз, и через перила лестницы выглянула пожилая женщина.

— Отойдите от девушки! Или я вызову полицию! – скрипучим, но уверенным голосом пригрозила она моему незваному гостю.

– Не лезь, старая! – зарычал он в ответ, кидая в неё острый взгляд голодного обезумевшего хищника, – Мы с женой сами разберемся!

– С женой?! – удивилась я, медленно поднимаясь на ноги.

– Я на тебя вот сейчас Цезаря спущу и по-другому заговоришь! – припугнула старуха, сотрясая в дряблой руке широкий кожаный поводок.

Муж Алисы, точнее теперь уже мой муж, на миг замер, принимая решение, затем плюнул себе под ноги и спустился по лестнице к выходу. Он не сопротивлялся; скорей ушёл, растворяясь в ночи также внезапно, как и появился. Перед тем как скрыться, бросил:

— Это ещё не конец. Мы не договорили!

– Иди, иди! – прокричала ему старуха, – Ишь сыскался тут какой смелый!

Я глянула на свое новое разорванное по подолу платье, на руки — дрожь в них убаюкивалась. В голове клокотала смесь злости и отвращения. Его признание вырвало корень из прошлого, но не убило меня. Я жива. Даже обрадовалась, что ступеньки деревянные. Упади я на каменные - расшиблась, как пить дать.

– Алиска, – обратилась ко мне женщина, медленно ступая немощными ногами в мягких пушистых лаптях, – Полицию хоть вызови. Хоть пятнадцать суток будет покою.

Я подняла на неё глаза и неожиданно громко расхохоталась. Бесстрашная бабуля метр с кепкой в прыжке держала на широком поводке миниатюрную собачонку меньше кошки размером. И это её она хотела спустить на моего муженька?

– Не серчайте, – извинилась я, но смех остановить не смогла. – Я не со зла.

– Эх, девка, да у тебя истерика. – сочувственно покачала головой старушка, – Давай за мной! Чаем с ромашкой напою.

Квартира старушки оказалась маленькой, однокомнатной, но уютной. В прихожей пахло лавандой и свежевыстиранным бельём. На стенах висели старые фотографии, запечатлевшие разные этапы её жизни: молодость, семья, внуки. В углу стояла небольшая икона, перед которой горела лампадка, вызвавшая у меня приступ недовольства.

Кухня была крошечной, но очень функциональной. На столе лежали стопки аккуратно сложенных салфеток, а на плите стоял старый чайник, который уже давно потерял свой первоначальный цвет. На полках стояли банки с вареньем и сушёными травами.

Старушка медленно подошла к плите и зажгла газ. А я во все глаза смотрела как она это делает. Ведь я в своей квартире ещё ни разу не приготовила, как с утра в больнице покушала так и маковой росинки в рот за день не положила. Бабуля достала из шкафа фарфоровый чайник и насыпала в него сушёную ромашку. Затем налила воды из крана в металлический чайник и поставила его на огонь.

Пока вода нагревалась, она достала из буфета две чашки и блюдца, а также сахарницу и вазочку с печеньем. На столе уже лежали две ложки и салфетки.

— Садись, дорогая, — сказала она, указывая на стул. — Чай будет готов через пару минут.

Я села за стол и наблюдала, как старушка ловко управляется на кухне. Её движения были медленными, но уверенными. В воздухе витал вкусный травяной аромат.

Когда чайник на плите засвистел, она налила кипяток в чайник с ромашкой и накрыла его полотенцем. Затем, немного подождав, разлила чай по чашкам.

— Вот, держи, — сказала она, протягивая мне чашку. — Пей, это поможет тебе успокоиться.

Я слегка поклонилась и сделала глоток. Чай был горячим и ароматным, с лёгкой сладостью. Он действительно помог мне расслабиться и почувствовать себя лучше.

— Благодарю вас, — сказала я, глядя на старушку. — Вы очень добры.

— Не за что, — ответила она, улыбаясь. — Ты мне лучше скажи, почему замки не поменяла?

– Забыла. – честно ответила я, делая ещё один глоток приятного напитка.

– Как можно забыть о таком?! – возмутилась женщина, эмоционально хлопнул себя по колену.

– Честно, – мне показалось, что этой смелой женщине можно доверять, – Я после аварии всё забыла. Даже собственное имя.

Женщина отставила свой чай и впялилась в меня своими подслеповатыми глазами. Она долго молчала, а потом встряхнулась и произнесла, протягивая мне руку:

– Баба Маша.

– Рада с вами познакомиться! – с улыбкой ответила ей, пожимая руку в ответ.