Погружение в ад.

Заклание.

— Ты готов?

Макс высунулся из окна, потирая сонные глаза.

— к чему?

— Ну ты чё!

Валера уставился на приятеля, будто видел его впервые. За ним находился Сергей и Мишка. Троица на великах, старых, но надёжных.

— А, точно!

Макс мысленно хлопнул себя по лбу, исчезая в окне, затворяя раму.

Парень прошёлся по помещению, ощущая прохладу Сплит системы, которая почти всю ночь гнала холодный воздух. Теперь даже было как-то холодно, словно в морге. Да, именно в морге. А почему возникла такая ассоциация, Макс сказать не мог. Ну вот так просто... Взяла и возникла.

— Так, чё мне надо.

Руки ухватили бриджи, футболку с изображением зелёного великана Халка. Смартфон останется на тумбочке. Ещё не хватало утопить его в воде. И без того пришлось выпрашивать эту вещичку у родителей почти шесть месяцев. Да и не ловит он особо здесь. А вот если залезть на чердак, а ещё лучше на крышу туалета, то связь заработает, как и интернет... Ну вот такие здесь глухие места. И ничего не поделаешь. Правда, удивительное дело, у некоторых все-таки сеть ловилась.

— Мля, плавки ведь забыл.

Сунув руку в шкаф, достал из него искомое, надевая, мельком глядя в собственное отражение. На Макса уставился худощавый парень с тёмными волосами и карими глазами. Ничего необычного. Ничем не привлекательная личность. Таких полно в каждом городе, и не по одному десятку тысяч.

— Эх, отдохнула на мне природа, клонируя одинаковых челов.

«Жаль, конечно, но тут ничего не поделаешь, — добавил он мысленно. Впрочем, не урод, и на этом спасибо».

Приоткрыв дверь, парень высунулся в коридор, прислушиваясь, уставившись во мрак. Бабушка всё ещё спала. Как правило она просыпалась около девяти. В прошлые годы раньше, но года брали своё, да и хозяйства больше не вела после смерти деда. На это не хватало сил, как говорила она. Просто хотелось уже дожить свой оставшийся век в спокойствии.

Вернувшись обратно, Макс поглядел на светящийся циферблат часов. Стрелки показывали начало пятого утра. Обычно в это время уже светлело, но только не сегодня, когда небо затянуто тяжёлыми тучами, и вот-вот пойдёт дождь.

— Чёрта с два я останусь дома, даже в такую погоду.

Как постоянно говорил нынче покойный дед: «Человек слишком недолго живёт, чтобы терять время впустую. И погода не станет препятствием для отдыха, вот так».

Выбравшись через окно, Макс сбегал в сарай, выводя оттуда велосипед, усаживаясь на сидушку, глядя на своих друзей-приятелей. Они были знакомы не один год, общаясь каждое лето, когда парень приезжал в эту богом забытую деревеньку из города. Она затерялась среди высоченных гор, совершенно древних, что вели отсчёт от начала времён, когда и человечества ещё не было. Верхушки пиков покрывали белоснежные шапки, а склоны поросли лесом, густым, порою непроходимым. Ох, сколько здесь сгинуло людей, как местных жителей, так и просто залётных товарищей, искателей приключений. Вступишь не туда, и тебе обеспечена вечность в топи, на самом дне, среди пиявок и червей. Зазеваешься, повстречаешься с кабаном или стаей волков. Что лучше среди этих двух, пускай выберет каждый сам.

— Ну чё ты там замер, — подал голос Валерка, втягивая из носа в себя сопли, сплёвывая их под ноги. — Картошку взял?

Макс кивнул на корзинку, где на заднем багажнике лежал белый пакет.

Ребята планировали пожарить на костре картошку, возможно немного покурить и выпить. В конце концов, им по семнадцать лет, чай не сопляки какие. Вот только досада брала от отсутствия женского пола. Нет, девицы имелись в деревни, но они оказались дурны на лицо, как-то уж все разом, что удивительно.

— Не стоит моя роза в стакане, — однажды заметил Мишка, когда повстречал Надьку, чья мать работала в местном ДК.

— Подушку ей на лицо, — посоветовал Серёга.

— Больше бухла, — встрял Валерка.

— Или просто выключить свет, — закончил Макс. — Тогда каждая из местных красавиц может оказаться какой-нибудь моделью.

* * *

Они крутили педали, направляя свои велики вниз, прямо со склона. На самом дне, будто в огромной чаше, располагалось озеро, почти овальное, если смотреть сверху. Конечно не Байкал, но все же глубокое. Но главное это то, что далеко под водой находились тоннели, что выводили к иным озёрам, подземным, а также ввели в пещеры, что остались человечеству от доисторических времён. Чтобы исследовать всё это, не хватило бы и целой жизни. Любители понырять с аквалангом пытались создать некую карту, но всё оказалось тщетно. Проходов оказалось слишком много, целый лабиринт из тысяч пещер и пещерок. И всё это уходило на сотни метров вниз, в самые глубины чёрных холодных вод сего древнего озера.

— Ты какой-то вялый, — заметил Валерка, обращаясь к Мишке.

— Домовой снова не давал спать, бегая по дому всю ночь. Только под утро эта скотина успокоилась.

Домовым звали огромного чёрного кота, который нынче вошёл в разгар гуляний, помечая все углы, оря жутким криком, распугивая всю нечисть, если таковая водилась здесь. Днём он шатался где-то по деревни, а вот к ночи возвращался, начиная радовать своих хозяев собственным присутствием.

— Кастрировали бы его, — посоветовал Макс, пригибая голову над низко весящей веткой.

— А то ты не знаешь Эльзу. Она ведь зоошиза. Сеструха совсем с ума сошла на защите животных. Башню снесло конкретно. В интернете устраивает срачи, гавкаясь с каждым, кто скажет плохо о животинке. Так бы о людях радела, мля.

— Ага! С ними бесполезно спорить.

Показался ржавый автобус. Он стоял здесь уже уйму лет, медленно превращаясь в труху. Внутри вили гнёзда птицы, а окна оплели паутиной какие-то мелкие пауки. Чтобы тот не мешал, эту громадную махину некогда просто спихнули в сторону, прочь от дороги, вон с глаз долой. Корпус оплёл кустарник, а из водительского места, удивительно, но прорастало молодое деревце.

«Эх, сдать бы эту всю кучу металла, сколько бы бабок вышло. Да вот кому только всё это нужно?»

Ещё через пару километров дорога наконец упёрлась в неширокую тропинку. Парни далее стали двигаться пешком, держа велосипеды за руль. Но через очередную сотню метров показалось озеро, её чёрные воды, нынче казавшиеся зловещими, отчего-то пугали, как бы предупреждая, что не стоит сегодня купаться. Вот не стоит и всё. Не испытывай судьбу, дружок.

— Как бы дождь не пошёл, — проговорил Серёга, особо ни к кому не обращаясь.

— Ничего страшного. Спрячемся под навес.