Выбор Фатаны

Она отошла от стола и только теперь заметила кулон. Он лежал возле самого края. Янтарь больше не светился. Не отзывался на ее присутствие.

Когда Аннабет коснулась его, не почувствовала ничего. Ни тепла, ни золотых искр, ни той огромной чужой силы, которая все это время жила где-то рядом с ее собственной. Просто камень.

Кай тоже увидел. Аннабет хотела поднять кулон, но он неожиданно остановил ее.

— Оставь.

Она посмотрела на него. Он уже шел к столу. Что-то в его лице заставило Аннабет промолчать. Кай взял кулон очень осторожно — так, как никогда не обращался ни с одним предметом за все время, что она его знала.

Несколько секунд он просто держал янтарный ромб на ладони. Все остальные вокруг постепенно перестали существовать для него. Аннабет это почувствовала. Кай провел большим пальцем по гладкой поверхности камня. Когда-то именно с этого все и началось. С маленькой возможности оставить Фатану рядом. Потом возможности стало мало. Кай захотел вернуть ее.

Аннабет не знала, сколько лет понадобилось надежде, чтобы превратиться в одержимость. Наверное, в какой-то момент он и сам перестал замечать разницу. Слишком многие заплатили за нее. Кай закрыл пальцы вокруг кулона. Долго ничего не происходило. Аннабет не торопила его.

Впервые за все время ей казалось, что она видит перед собой не древнего демона, способного уничтожить половину зала, и не того самоуверенного придурка, который умудрялся выводить ее из себя одной улыбкой, а просто мужчину, который слишком долго ждал человека, не собирающегося возвращаться.

Кай разжал ладонь. Янтарь почернел. Тонкая трещина прошла через камень. Потом еще одна. Через несколько секунд кулон рассыпался прямо у него в руке в мелкую черную пыль.

Аннабет вздрогнула.

Кай поднес ладонь ближе к лицу и тихо подул. Пыль поднялась в воздух. Через разбитое окно ее подхватил ветер и унес наружу. Над Ньюворном.

Кай смотрел вслед, пока не исчезла последняя крупинка.

— Теперь ты действительно свободна, — сказал он.

Очень тихо. Аннабет едва услышала. Не знала, относится ли это только к Фатане. Наверное, нет. Кай еще немного постоял у окна, потом повернулся.

На лице уже не было той боли, которую Аннабет видела во время их разговора о Фатане. Она никуда не исчезла окончательно. Такие вещи вообще не исчезают за несколько минут. Но что-то закончилось. Это было видно.

Кай подошел к ней.

— Знаешь, я столько веков пытался переиграть весь мир...

Аннабет закатила глаза.

— Сейчас будет что-то пафосное?

Он усмехнулся.

— Хотел сказать красивую фразу.

— Не надо.

— Жаль. Я готовил ее последние тридцать секунд.

Аннабет рассмеялась. И только потом поняла, что давно не смеялась так легко.

Кай остановился рядом.

— Ладно. Тогда проще. Ты все испортила.

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста.

Он посмотрел на опустевший стол.

— Мы столько времени пытались выиграть по старым правилам. А ты просто взяла и поменяла их.

Аннабет пожала плечами.

— Они мне не нравились.

— Очень серьезное основание для переписывания древнего магического Договора.

— Другого не было.

Кай улыбнулся. Не привычно насмешливо. Теплее.

Аннабет заметила и сразу отвела взгляд, стало неловко.

Все закончилось, и вместе с облегчением пришла совершенно неуместная мысль: Каю больше незачем было оставаться.

Он мог уйти. Прямо сейчас. Сердце болезненно сжалось. Глупо отрицать, что этот демон стал для нее таким родным.

Аннабет сунула руки в карманы. Страшно говорить об этом. Страшно услышать отказ. Страшно отпустить и остаться снова в одиночестве.

— И что ты теперь будешь делать?

Кай задумался.

Так просто?

— Не знаю.

Ответ удивил ее. Он заметил.

— Что?

— Ничего. Просто впервые слышу, что ты чего-то не знаешь.

— Привыкай.

— Не уверена, что хочу.

— Поздно.

Аннабет посмотрела на него. Демон стоял совсем близко. Настолько, что ей пришлось чуть запрокинуть голову. И почему-то именно сейчас она вспомнила все те моменты, когда он оказывался рядом вот так. В лесу, в доме Валери, во сне — каждый раз между ними что-нибудь было.

Опасность, необходимость куда-то бежать — сейчас не было ничего. Только он.

И Аннабет вдруг стало совершенно нечего сказать. Кай смотрел на нее слишком долго.

— Что? — не выдержала она.

— Думаю.

— Ты? Осторожнее. Непривычная нагрузка.

Как всегда она спрятала истину за сарказмом. Обычно он бы на это ответил, но на этот раз промолчал.

Его взгляд скользнул к ее губам и вернулся к глазам. Аннабет перестала улыбаться. Вот теперь стало трудно дышать.

Она знала этот взгляд. Видела его раньше. Просто раньше всегда находилась причина сделать вид, что не заметила.

Кай поднял руку и убрал прядь волос с ее лица. Медленно. Аннабет замерла.

— Если ты сейчас скажешь что-нибудь идиотское...

— Не скажу.

Это прозвучало почти серьезно. Наверное, поэтому она испугалась сильнее.

— Кай...

Он наклонился, но остановился совсем близко.

Не поцеловал.

Ждал.

И от этого последнего расстояния между ними Аннабет окончательно потеряла способность нормально соображать.

Она могла отойти. Наверное, должна была. Вместо этого схватила его за футболку и сама потянула к себе.

Кай тихо выдохнул ей в губы, а потом поцеловал.

Сначала осторожно, будто все еще оставлял ей возможность передумать. Это совершенно на него не походило.

Аннабет продержалась секунды две. Потом пальцы сами сжали ткань его футболки сильнее.

Кай притянул ее к себе. Осторожность на этом закончилась. Его ладонь скользнула на талию, другая запуталась в ее волосах. Аннабет прижалась ближе и тут же поняла, что это была плохая идея. Потому что теперь остановиться будет гораздо сложнее.

Она отстранилась первой — совсем немного, просто чтобы вдохнуть. Кай не отпустил, и выражение его лица ей сразу не понравилось.

— Даже не начинай, — предупредила она.

— Я ничего не сказал.

— У тебя лицо говорит.

— И что оно говорит?

Аннабет все еще держала его за футболку. Отпускать тоже не хотелось.

— Что ты сейчас ужасно доволен собой.

— Есть немного.

— Ненавижу тебя.

— Нет.

Она подняла глаза. В них появились лукавые смешинки. Ей было чем ответить на его провокации.

— Ты был прав. Демоны умеют целоваться. Интересно, все ли?