Выбор Фатаны

— Зачем? Ты ведь можешь сейчас встать и уйти. Можешь вызвать ее людей. Я не стану тебя останавливать, но сначала спроси меня.

— О чем?

— О том, что она делает с ведьмами.

Несколько секунд Беатрис не двигалась. Потом все-таки спросила:

— Что она делает?

Валери перестала улыбаться.

— Забирает их силу.

Беатрис смотрела на нее неподвижно.

— Не сразу и не настолько много, чтобы это было очевидно. Особенно у молодых. Особенно у тех, кому можно объяснить слабость последствиями ритуала, переутомлением или неправильным восстановлением. Но сила не исчезает. Она переходит к Алише.

— Это невозможно.

— Возможно.

Зелье позволило произнести ответ без малейшей заминки. И Беатрис это услышала.

— Зачем?

— Потому что она боится стареть.

На этот раз Валери дала словам немного повисеть между ними.

— Алиша алчная, эгоистичная женщина, помешанная на собственной молодости. Ее интересует не будущее ведьм. Ее интересует собственное. Она хочет жить дольше, оставаться молодой и становиться сильнее. А платит за это ковен.

Беатрис смотрела на нее уже иначе. Не поверила. Пока нет.

Но прежней уверенности в ее глазах тоже больше не было.

Валери именно этого и добивалась.

— Ты была рядом с ней дольше многих, — продолжила она. — Поэтому я пришла к тебе первой. Не верь мне. Вспомни сама. Кто за последние годы ослаб? Кто перестал появляться на собраниях? Кто после личных ритуалов с Алишей внезапно решил отойти от дел? И самое главное — почему сама Алиша за это время почти не изменилась?

— Ты понимаешь, в чем ее обвиняешь?

— Да.

— И понимаешь, что я обязана сообщить ей, что ты здесь?

— Конечно.

Валери откинулась на спинку стула.

— Можешь сделать это прямо сейчас.

Беатрис не потянулась за телефоном. Валери заметила.

— Я не прошу тебя переходить на мою сторону, — сказала Валери уже спокойнее. — И не предлагаю предать Алишу. Просто проверь то, что я сказала. Ты достаточно близко к ней, чтобы суметь это сделать.

Беатрис молчала. Перед ней остывал кофе. Салат оставался почти нетронутым.

Валери понимала, что задерживаться нельзя. Зелье еще действовало, но именно поэтому продолжать разговор было опасно. Беатрис могла задать вопрос, на который Валери не хотела отвечать, и тогда пришлось бы либо молчать, либо сказать правду. Кроме того, первый удар уже был нанесен. Если продолжить давить, женщина просто закроется.

— И еще одно. Когда начнешь проверять, никому не говори. Особенно Алише.

— Почему я должна тебя слушать?

— Не должна.

Валери поправила куртку.

— Но если я вру, ты ничего не найдешь. А если не вру, лучше, чтобы Алиша не знала, что ты ищешь.

Она поднялась и, не дожидаясь ответа, отошла от стола. Задерживаться было опасно. Беатрис могла в любой момент прийти в себя, вспомнить о своих обязанностях и сообщить Алише, кого только что встретила.

Уже у выхода из кафе Валери оглянулась. Беатрис по-прежнему сидела за столиком. К кофе больше не притронулась. Телефон лежал рядом. Она его не взяла. Пока этого было достаточно.

Валери затерялась среди посетителей торгового центра и направилась к выходу. Теперь оставалось разобраться с более срочной проблемой. Даниэль все еще был в пристройке возле клуба «Кровь и золото». А Адриан ехал за ним.