Мир без вуали

— Видите? — Она указала рукой на ряд кресел неподалёку. — В самом центре дочки лорда Таггерта — Октавия и Полиана. Ходят слухи, что одна из них станет старшей женой Таррена Ардора, и он специально долго готовился к их приезду. Даже приготовил для них покои не так далеко от своих. Но соблюдая все приличия, конечно же.

Эллен смотрела на меня, когда произносила это. Пыталась отыскать реакцию в моём лице, но я вместо этого изучала девушек…

Я знала по крайней мере ещё одну претендентку на звание будущей старшей жены Таррена — леди Дельфину Стоун.

— А другая, возможно, достанется Гвайрру или Перрину, если кого-то из них выберет дракон. Думаю, мне стоит даже познакомиться с ними на правах старшей жены.

Но этого не понадобилось, потому что дочери лорда Таггерта подошли к нам сами.

Они были безупречно вежливыми, с идеальной осанкой, на фоне которой наши собственные позы выглядели довольно уныло. Октавия была чуть ниже своей младшей сестры, но, на мой взгляд, куда ярче. Девушка обладала чувственной, бросающейся в глаза красотой и, судя по всему, считалась первой невестой Вермитура.

И была выбором Таррена.

— Вы верите, что лорд Феррел сегодня победит? — спросила она нас после короткого приветствия.

— Вполне возможно, — пожала я плечами.

Этот бой ничего не значил, Рой от него мало что выигрывал. Единственная причина, по которой поединок вызвал такой ажиотаж — Гвайрр пытался заполучить дракона. В таком случае любые схватки между дракаррами практически приравнивались к тренировкам… перед битвой за трон.

Леди Октавия обернулась ко мне. Она долго, нарочито медленно проходила глазами по моему наряду, по единственному украшению на шее и по руке, лежащей на повязках. Точно такой же взгляд она бросила на Анну, а после, равнодушно улыбнувшись нам, развернулась к Эллен.

Похоже, мои ответы её не интересовали. Она судит меня по… украшениям? Так же, как и слуги во дворце.

— Конечно он победит. Я не сомневаюсь в своём муже, — с достоинством сказала Эллен.

Молодец, в принципе. Кто знает, какие политические цели преследуют эти девушки.

— Вы видели его раньше в битве? — в разговор внезапно и бойко вступила Полиана, вторая сестра.

— Неоднократно.

— Против других дракарров?

— Я никогда не встречала других дракарров.

— Разве? Я слышала, вы прибыли в Вермитур вместе с Его Величеством. Были ли стычки между ними в пути?

Эллен замерла, не решаясь ответить. Вообще-то Рой напал на Таррена в пути. Не сам — приказал своим стражникам, после чего несколько из них погибли. Но Эллен прекрасно понимала, что это не та информация, которой стоит делиться.

Скорее всего, сестры пытались выудить сведения для Таррена, для будущего диалога с ним. Или же прощупывали, насколько силён правитель — хватит ли у него мощи сразиться с другими дракаррами, если те начнут претендовать на трон.

Молодыми, сильными, такими как Рой. И даже, в теории, Гвайрр или Перрин.

— Извините, моя сестра слишком разговорчивая, — пришла на помощь Эллен Октавия. — Вы не возражаете, если мы сядем рядом с вами?

Обе сестры по-прежнему общались только с Эллен, которая от такого внимания, кажется, расцветала.

— Конечно, — она указала на… наши стулья.

Анна шумно и недовольно вздохнула, но её никто не слушал. Девушки изящно опустились на наши места, в то время как слуги принесли ещё два стула, поставив их с другой стороны от Эллен. Через несколько секунд Октавия едва заметным жестом указала тем же слугам на что-то, и гостьи чуть привстали. Их стулья отодвинули от Эллен — совсем немного, но так, чтобы мы не казались одной компанией.

Что за хореография?

Разговор продолжился, как ни в чём не бывало, но я его почти не слышала. Теперь я сидела дальше всех от дочерей лорда Таггерта. Оказавшись здесь, они были на виду гораздо сильнее и время от времени поднимали головы, глядя в сторону высоких башен, словно выискивая кого-то.

— Как же меня достало это место, — произнесла Анна.

Я лишь устало кивнула, понимая, что засыпаю. Сказывалась почти бессонная ночь и расслабленное состояние после купальни. А проснулась я уже от резкой боли в плече, которая почти сразу утихла.

Бой начался. Рой получал удары, которые чувствовала, кажется, только я одна.

Анна рядом даже не морщилась, Эллен вообще ни на что не обращала внимания, пожирая своего мужа взглядом, а я… Я не знала, как описать эти ощущения. Короткие, тупые спазмы, стягивающие места, куда приходились удары, и быстро исчезающие. Это не было полноценной болью, скорее странным отголоском, судорожным ритмом. Некое сопряжение плоти, связь с Роем — такая глубокая, какой я не чувствовала прежде. Но длилась она не больше пары секунд.

На арене воздух загустел от пыли и тяжёлого дыхания. Рой и Гвайрр, скинувшие рубахи, двигались по кругу, время от времени атакуя друг друга тренировочными палками, формой напоминающими копья. Зрители боялись переговариваться, лишь громко охали, когда удары достигали цели.

По рельефным пластам их мышц, перекатывающимся под кожей, обильно струился пот. Крупные капли срывались с чётко очерченных ключиц, прокладывали влажные дорожки через глубокий жёлоб посреди груди и исчезали за низким поясом свободных штанов, потемневших от влаги на пояснице.

Гвайрр атаковал, имитируя копейный выпад. Его тренировочная палка со свистом рассекла воздух, вонзившись Рою под дых, но он даже не поморщился. А вот я открыла рот от неожиданной боли, бесшумно выдыхая, получая шокированный взгляд от Анны. С рычанием Феррел перехватил древко противника, и я увидела, как вздулись вены на его предплечьях.

Отбросив палки, они сцепились врукопашную. Тела столкнулись с глухим, влажным звуком. Рой прижал Гвайрра к земле, и я почувствовала изматывающую тяжесть в собственных плечах, ломоту, исходящую от его перенапряжённых сухожилий.

Все присутствующие наблюдали за дракой с хищным восторгом, а я закрыла глаза, слыша только звуки и ощущая чужую боль. Она никогда не была долгой, не накапливалась, но ощущения казались настолько всеобъемлющими, поглощающими, что я готова была начать молиться. Будто я находилась сразу в двух местах.

К счастью, всё быстро закончилось — бой не продлился и пятнадцати минут. Рой стоял победителем над сыном лорда Элда, тяжело дыша. На его плотной коже отчётливо проступали царапины и синяки, которые, впрочем, быстро исчезали.