Страница 74 из 78
Так что мы просто спать пошли. И у меня на душе было странным образом очень тепло.. хотя очень странно думать о принцессе Ильсоре как о друге и всё такое.
Но она за последнее время будто в следующий класс перешла. Изменилась сильно.
На нижней койке спал Лэрик, я тоже поднялся на верхнюю — и слышал, как Ильсора дышит. Слышал, как она заснула, быстро. Потом заснул сам — и опять не надолго.
Я даже начал видеть какой-то путаный сон.. и вдруг во сне эта самая чистая струна: дзынь! Я проснулся сразу, обрадовался. Подумал: это Ричард пришёл через зеркало в радиорубке!
Спрыгнул вниз, как можно тише, выскользнул из каюты — в тот самый закуток, где стоял с Ильсорой, думал — Ричард, Ричард! — ужасно хотел видеть Ричарда.. А чуть не налетел на..
Господи Вседержитель, какой он был огромный!
И на меня глянул сверху вниз — ой, какой я жалкий малёк-то.. Если б он не ухмыльнулся, в общем, добродушно — я бы там же на месте и помер от ужаса, если честно.
А так у меня хватило духу сглотнуть и поклониться — и даже как-то пролепетать:
— Здравствуйте, адмирал Олгрен.. очень.. это.. польщён и рад вас видеть.
А сам думаю: слава Богу, я его уже видел на вечеринке у Клиссы и знаю, что он друг Ричарда. Потому что вид у него ужасно пиратский.
А он мне волосы взъерошил — я едва на ногах удержался. Сила у него была.. всё равно что волны в шторм: накрывает с головой, хоть барахтайся, хоть захлебнись. Но я удержался, а ему понравилось, что я удержался. И он снова ухмыльнулся, пожалуй, одобрительно. Как юнге.
И выдал басом:
— Я тоже рад тебя видеть, Валиен. Что ж, толк из тебя выйдет, пожалуй. Я тебе весточку и подарок принёс от Ричарда.. Сам-то он не смог прийти и огорчался, что не смог.
Мне сразу стало холодно.
— Случилось что-то? — спросил я. Еле выговорил.
— Случилось, не без того, — сказал Олгрен. — Война. Со стороны Заболотья какая-то погань лезет, мразота.. и на границах Девятиозерья редкостно нехорошо. Не только в мире живых, но и в Сумерках нехорошо, засада такая.. В общем, занят Ричард. И клан его занят, близкие друзья. И он попросил меня. Вот, говорит, сходи. Эти, мол, ребята у нас самая последняя надежда, что с адом мы как-нить метафизически совладаем.. малой кровью.. — и вздохнул. — Верит, что можно малой кровью. Молодой ещё и светленький.
— А вы не верите, мессир? — спросил я.
Олгрен на дверь в каюту, на фанерочку эту, так взглянул, будто она стеклянная. И августейшие — стеклянные, и я — стеклянный. Посмотрел — и задумался.
— Древние силы, хм-м.. Ох, шкет, как я это не люблю.. Беленьких в аду.. смотреть тяжело и неприятно.. Всё понимаю: белые нужны Господу — вот он их и очищает до кристальной чистоты, пока с юдоли не отпустит. Шлифует, как бриллианты, или закаляет, как сталь лучшего качества.. через сплошную боль, адова пучина.. Ладно. Не спорю, не ропщу, не в средствах, всё принимаю. Держи.
И протянул мне Око на чёрном шнурке. Не то чтобы древнее или особенно прекрасное — по-моему, наоборот, довольно новое, фабричной работы. Но чистое и тёплое, прямо чувствуется. Не просто побрякушка.
— Отдашь вместо своего, — сказал Олгрен. — Это не наше. Вам, ни тебе, ни твоему Гектору, наше не подойдёт. Это перелесское, церкви Сердца и Розы. У Ричарда среди наставников полно задушевных приятелей, он отыскал какого-то чуть не благого старца, попросил благословить Око. Так что оно хорошее. Чистенькое.
— Спасибо, — сказал я. Немного выдохнул, перестал психовать и ноги уже не ватные.
— На здоровьице, — сказал Олгрен. — Рауль Ричарду сегодня вечером сказал, что вам Око нужно, так Ричард все дела на пару часов отложил ради него. Видишь, считает, что этот Гектор — ничего себе, неплохой парень.. ну вот и пусть его защищает Господь, если так. А от меня — удачи вам всем. «Мираж» к утру выйдет в Солнечные Воды, а там уже и до Русалочьего Форта недалеко. Скоро в безопасности будете, если судьба разрешит.
И надел свою невероятную шляпу.
— Бывай, — сказал. Вроде на прощанье. — Святая Земля не воюет пока. Король жив, Ричард его видел. Держись. Дела не слишком хороши, но бывало и хуже.
Ещё разок ухмыльнулся, вошёл в рубку — а меня оставил как-то это всё переживать.
С Оком в кулаке.