Страница 50 из 78
А темноволосый горбоносый парень, типичнейший южанин, с каучуковым смуглым лицом, зажёг розу прямо в воздухе, крутой! Я видел, как красное мерцание тянулось за его пальцами.
Первая мысль: помогу! Я тут же воткнул скальпель в ладонь — и ему протянул кровь в пригоршне. Он понял мгновенно — взял мою кровь кончиками пальцев — роза полыхнула так, что полутёмный отсек осветился ярко, затанцевали резкие тени. Резонанс высшей марки: я ему дал крови — и включился в обряд — и увидел..
— Цель на тридцать градусов справа по курсу, — сказал некромант. — Расстояние — шестьдесят, шестьдесят два. Глубина — сорок.
— Приготовиться к повороту, — негромко приказал фарфоровый, седой, с профилем как у древней статуи. — Поворот налево, двадцать градусов, самым малым. Уходим с погружением, дифферент — пять градусов на нос.
— Есть, поворот налево, двадцать градусов самым малым, — тихо отозвался рыжий, мой знакомый, и щёлкнул тихонько чем-то.
— Есть, с погружением, дифферент пять градусов на нос, — сказали из динамика над приборной панелью откуда-то из другого места, из машинного отделения, наверное.
И я почувствовал, как чуть изменился гул машин — и как подводное судно немного накренилось: потянуло сделать шаг.
Я моряков в центральном пункте видел, всё слышал — но Дар жёг меня. Им я видел ещё и тёмную воду, в которой шевелилось живое какой-то неправильной жизнью, громадное, слабо светящееся гнилым зеленоватым мерцанием. И щупальца у него шевелились, колыхались, как целая куча невероятно длинных и толстых змей — и вдруг раскрылся злобный и настороженный глаз, огромный, зеленовато-кровавый.
— Во имя Путеводной Звезды и Благих Вод, — сказал некромант, и я понял, что это молитва, прибережская молитва. — Храни детей Твоих от твари из пучины.
Оно, чудовищная морская тварь, шевельнулось — и я понял, что ведь впрямь нас высматривает. Чует, что мы где-то здесь, но нас прикрывают молитва и щит.
Надолго ли?
Я мотнул головой, взглянул на некроманта — и встретился с его взглядом.
— Не спеши, — тихо сказал он. — Поглядим.
— Считаете необходимой атаку? — спросил седой командир.
Нас с ним спросил, такое чувство.
— Может, проскочим, — сказал некромант. — Очень крупный.
— Расстояние до цели?
— Семьдесят пять. Не преследует.
— Дифферент ноль, — сказал командир. — Уходим самым малым.
Вот странно, да? Как мы парили в глубине, не видя пути, по лучу Дара.. а эта тварь точно нас выслеживала, я её чувствовал и Даром, и всем телом. Её злобу, ужасную злобу именно на нас — и голод.
Она была такая здоровенная.. Мне показалось, что она может скомкать «Мираж» своими щупальцами, как спичечную коробку — и очень прям хочет, изо всех сил хочет это сделать. Но не понимает, не видит, куда тянуться.
Не слишком смышлёная.
— Дай крови ещё, — приказал некромант. — Отлично.
Я резанул ладонь поверх закрывшегося пореза.
— Во имя Путеводной Звезды над Водами, — почти пропел некромант, рисуя в воздухе сложный и странный символ. Не розу, а словно алхимический знак, округлый и лучистый разом. — Пролей свет Твой в глубины.
И этот знак, морской дракончик такой, нарисованный светом, засиял не красным, а золотистым, тёплым и добрым, как закатное солнце на волнах — а во мне Дар отозвался струнным нежным звуком.. точно, как молитва.
Я почувствовал, как твари стало неуютно, она дёрнулась — и вдруг окуталась чёрным туманом, будто целую бочку туши в воде разбили! Но я ощущал, как она там копошится в клубящейся черноте, как подбирается, съёживается в комок шевелящихся щупалец.. и вдруг ка-ак шарахнется!
Прямо выстрелило ею прочь! Будто к ней торпеда была приделана!
Я чувствовал её ещё с полминуты — и всё. Смыло её. Одна только глубокая чёрная вода, и снизу, и сверху, и со всех боков.
Некромант выдохнул.
— Оторвались, Рауль? — спросил седой командир.
— Лучше, — Рауль чуть улыбнулся, сколько каучуковое лицо позволяло. — Мы его шуганули, прекрасные мессиры! Чесанул прочь, как каракатица, даже плюнул чернилами, задрыга жизни.
— Хорошо, — сказал командир успокоенно. — Драться с живыми на борту.. не дело. Айк, прибавь ход на пятнадцать.
— Есть, прибавить на пятнадцать, — отозвался рыжий Айк. — Красиво, командир!
— Валиен тебе помог, так? — спросил командир.
— Как мог, — кивнул Рауль. — Кровь, решимость и сильный светлый Дар — большое дело. Отлично вышло. Я думал, влипли.
А я очень радовался, правда. Только меня мутило и покачивало, а я боялся держаться за что-нибудь: вдруг это важное? Тут же везде приборы..
— Валиен, вы очень хороши в бою, — сказал командир. — Не по возрасту. Молодец.
— Командир, — сказал Рауль, — позвольте, я его в каюту провожу? Он очень устал и отдал много.
— Конечно, — тут же сказал командир. — Валиен, мы все вам благодарны, но да, отдыхать необходимо.
Я хотел что-то сказать, но не знал, что. А Рауль взял меня чуть не в охапку и до каюты буквально дотащил — ноги меня еле слушались.
Я ведь думал о чём-то важном.. что-то мне надо было Раулю сказать.. и я никак не мог вспомнить, что: у меня в башке клубились чернила морской твари..
Надо было бы подняться на верхнюю койку, но сил не было совсем. Я сел на ту, на которой спал Лэрик, у него в ногах, прислонился плечом к стене — и провалился в сон, как в тяжёлую тёмную воду..