Упал намоченный

Васильев, вполне насытившийся к этому моменту, потягивал коньяк и и интересом погладывал на Жилкину. С определенным интересом. Девушка видела этот взгляд, закусывала губку, чтобы спрятать довольную улыбку, опускала очи долу.

- Ну все, Сережка… Сам виноват: обкормил меня сверх всякой меры. Вон у меня пузико как раздулось, — похлопала ладошкой по животу Жилкина, хитро прищурилась, наклонив голову набок, и показала язык, — Так что я сейчас ни к какому разврату неспособна.

- Ну вот… Как всегда, с вами, девочками: ты ее мороженым кормишь, газировкой поишь, а как доходит до дела: я не такая, я жду трамвая. И в лучшем случае дает себя немного пожулькать в подъезде, а на прощание – «чмоки-чмоки» в щечку.

- Что-то я не припомню такого, — удивилась девушка, — Мороженое с газировкой – помню. Это же… Шестой или седьмой класс, Сережка? Ты нас с Живцовой в «Лакомке» угощал.

- Седьмой. В самом начале учебного года, — насупившись, ответил Сергей.

- Ага… Седьмой, точно. Тогда еще сентябрь был теплый-теплый, прямо настоящее бабье лето, — улыбаясь, вспоминала Ольга, потом нахмурилась, что-то припоминая, — Стоп! Ты же с Танькой тогда в подъезде обжимался. Точно! Мне нужно было куда-то убегать, а вы гулять пошли. А потом мне Живцова рассказывала: вы тискались в ее подъезде.

— Это к делу не относится, — помотал головой Серега, — Про ваше вечное «кидалово» — это я в целом. Обо всех девушках, так сказать.

- Ха! – Ольга плеснула в рот последние капли коньяка из бокала и требовательно протянула «посуду» парню: дескать, чего ждем, чего не ухаживаем за дамой.

Васильев щедро наполнил емкость ароматной жидкостью.

- Так что Таньке и предъявляй претензии, дружочек, — буквально пропела коварная, ехидно при этом улыбаясь.

- М-да… Где та Танька, и какие могут быть претензии к замужней женщине? – притворно вздохнул он.

- Ну вот – опять! – всплеснула руками Ольга, — Стоит только Таньку вспомнить, и Васильев тут же поплыл.

— Это ты про нее вспомнила! – уставил палец на девушку Сергей, — Так что – не надо мне «ля-ля».

Жилкина на последнюю фразу не обратила внимание, а требовательно пощелкала пальцами, указывая Сергею на пачку «БТ» и пепельницу на подоконнике. Закурила, вкусно выпустив дым к потолку, отхлебнула коньяк и снова прищурившись, уставилась на парня:

- А про Таньку… Ты не прав.

- Чего это? – удивился Серега.

- Не прав – про то, что какие могут быть претензии к замужней женщине. Если бы я тебе первая не встретилась… Может быть, она сейчас сидела бы здесь в полуголом виде. Только…

Ольга засмеялась:

- Только твоя сорочка вряд ли бы на ее налезла.

- Неужто потолстела Танюха?! – в притворном ужасе прижал ладони к щекам парень.

Девушка почесала кончик носика:

- Да нет… Скорее, похудела немного. Просто титьки у нее остались все такими же необъятными, куда уж тут с этой сорочкой. Да и на задницу ей она бы не налезла. Х-м-м… А ты от этого был бы только рад, признайся, Васильев.

- Так. Все! Идем в зал, буду тебя танцевать! – потребовал он, чтобы их разговор не зашел дальше необходимого.

- Танцевать? – притворно удивилась девушка, — А разврат? Ты меня будешь учить разврату?

- Обязательно! – кивнул Сергей, — Без этого вообще никуда!

Когда они перешли в зал, Ольга хозяйственно осмотрелась:

- Серега! Диван – разобрать. Поверх покрывала – простыню, а то и две.

Она подмигнула парню объясняя:

- Покрывало стирать будет куда сложнее простыни. Ну и пару подушек не забудь. Одеяло… Одеяло пока не обязательно. А впрочем… Давай я сама все сделаю, показывай мне – где у тебя что.

Виляя полуголой попой, ловко уклоняясь от попыток Васильева ухватить ее за столь привлекательную часть тела, Жилкина прихватила белье, подушки и вдруг вспомнила:

- А гондоны-то у тебя есть?

- Есть! – заверил подружку Сергей, — Х-м-м… Штук пятнадцать в наличие.

«Это – если не считать те, что в загашнике у родителей!».

- Пятнадцать штук?! – ужаснулась Ольга, — Ты с ума сошел? Или решил меня убить путем заебывания вусмерть?

— Это я так… На всякий случай.

- Ну да, ну да… Надо было Таньку с собой брать. А то рискую я, сильно рискую! – рассмеялась Жилкина.

А Васильев насторожился:

«А про Таньку – она это к чему? Правда бы взяла с собой подружку? Х-м-м… М-да… А что? Было бы интересно, я думаю. Как бы у нее узнать – это реально, или она меня просто «троллит»? Так, чтобы не обиделась. Ладно, может быть, в процессе удастся?».

Девушка споро застелила разобранный диван и уселась на него, оперевшись спиной о стену:

- Ну? И чего ты встал? – распахнула она глаза.

- Так я это… Думал, что мы и впрямь немного потанцуем, — пробормотал Серега.

- Вася, ну чего ты? Мы с тобой что – пионеры какие-нибудь? Мы же взрослые люди, — глаза девушки смеялись, а губы дрожали, пытаясь сдержать улыбку, — Но музычку какую-нибудь все же поставь.

Васильев поставил заранее приготовленный диск с «французами». Первой была Далида с Аленом. Жилкина расхохоталась:

- Как это сейчас к месту: «Пароли, пароли, пароли…». Ты точно будешь это самое… Сколько раз она это повторяет?

- Вообще-то, с французского это: «Слова, слова, слова». Она поет о том, что он больше болтает, чем… Врет, в общем.

- Да? Слушай, и во Франции все то же самое, что и у нас, — с усмешкой вздохнула девушка, — Все вы одинаковы.

- Оль… Что-то у нас как-то… Не туда! – поморщился Сергей.

Подружка вновь фыркнула:

- Не туда, Сережа, ты мне уже сделал, я чуть не захлебнулась. Или ты намерен… Совсем-совсем не туда? Нет-нет-нет! Я точно откажусь: у тебя большеват для такого дела. Это тебе надо к все той же Живцовой…

- А Танька предпочитает анал? – восхитился парень.

Жилкина облизнула губы, прищурилась:

- Не то, чтобы предпочитает, но и не отказывает, если мужчина ей нравится. Но тебе-то точно не откажет.

- «О, сколько нам открытий чудных…», — почесал затылок Сергей.

- Ладно, Васильев… Так чему ты будешь меня учить? – девушка подсела к стене поближе, согнула ноги в коленях, положив не них локти, — Сначала, как водится, теоретическая часть: рассказ и объяснения. Ну же, я жду начала лекции.

А Серега впился взглядом в покрытый шерсткой треугольник меж ее ног: темно-каштановые волоски были свернуты в аккуратный «каракуль».

- Сережка! Ты что – язык проглотил? – засмеялась подружка.

- Язык? Язык – вот он! – и Серега продемонстрировал эту часть тела, — Знаешь, что это?

- Что? – впилась взглядом в его лицо Ольга.