Страница 107 из 164
«Хорошо еще, что я, как лекарь-магик, могу эти порезы почти моментально излечивать… Это же не полноценная рана, а так – мелочь поверхностная! Если бы не это – ходить бы мне с мордой, облепленной обрывками газет. Красотень! Нет, в будущем, при всем безобразии капитализма, есть и свои хорошие стороны, если честно. По мелочам – да, но ведь из этих мелочей и состоит во многом наша жизнь!».
Васильев, утершись полотенцем, критически осмотрел прическу:
«Еще неделя, пусть – десять дней и стричься надо. Не буду обрастать, подобно здешним бабуинам, вот так и сохраню короткую армейскую стрижку. Если бы что-то поинтереснее изобразить… «Площадку», «милитари» или еще что из будущего? Только вот кто возьмется это сделать? Опять же… У мамаши надо спрашивать, где здесь приличные ателье «водятся»!».
Сам Плехов в этом не очень-то разбирался: каждый раз при смене места жительства ему приходилось подбирать ателье методом «тыка». Ошибешься раз, другой, третий… А потом и найдешь свое, где поймут твое невнятное бормотание, подкручивание пальцами и разведение руками. Скорее даже – не поймут, а хороший мастер, якобы прислушиваясь к «беканью» и «меканью», осмотрит твою «морду лица», тип волос, сопоставит выводы с ранее полученным опытом и предложит… А то и не предложит, а кивнет – типа «понял», и подстрижет тебя как надо. Такие ателье, а, более того, – мастера в нем, запоминаешь и уже ходишь к нему, как к родному.
Васильеву-младшему до поры до времени было и вовсе – наплевать. Стрижка волос для подростков сродни акту насилия над личностью. Идут они в парикмахерскую, когда родители, наконец, заставят или, что чаще, в школе поставят уже условие: не допустим к урокам, если…
Васильев-старший ходил годами к проверенным мастерам, которые и вопросы не задавали: как? Мастера эти, к сожалению, порой менялись – жизнь есть жизнь: переезды, увольнения и прочее.
Васильев-военнослужащий поначалу пользовался услугами штатных парикмахеров батальона из числа срочников, а позднее – когда «заматерел» в сроке службы – стригся у своих товарищей, благо, что в любом армейском коллективе со временем всегда находятся такие умельцы. И далеко не всегда эти умельцы именно штатные парикмахеры. Да он и сам мог что-то «изобразить» из армейской «моды», натаскавшись на своих непритязательных товарищах.
«Площадка», «Милитари» — все это от лукавого! Есть три стрижки: «бокс», «полубокс» и «канадка», все остальное – производное из этих базовых. Хотя нет: есть еще «модельная» или – «под расческу». Ее мастер выполняет, исходя из собственного чувства стиля, нормы и достаточности. А все эти красочные плакаты на стенах салона – суть реклама и не более того!».
Плехов старался не попадать к мастерам из модных – всех этих «стилистов» и «визажистов», с напомаженными, залитыми лаком прическами и ухоженными бородами. Не то, что за свою задницу опасался, но было как-то… Не то брезгливо, не то дискомфортно. Нет, они вполне могли оказаться хорошими профессионалами, более того – сами мастера-женщины зачастую признавали, что эти «мужчинки» подходят к профессиональной деятельности очень ответственно, но… Нет, все же лучше к симпатичной, стройной – желательно, но женщине. С ней и поболтать приятно, даже без попыток завязать отношения вне салона.
«М-да… После сегодняшнего скандала с «маман», спрашивать у нее… Придется идти наобум!».
- Сережа! Иди обедать, — позвала упомянутая ровным тоном.
Обедали тем, что не съели вчера гости. Оставалось, надо признать, немного и отец принялся ворчать:
- Артур этот… А более того – Борька! Смели, что картошку, что «горшочки». Я тебе предлагал, Серега, уронить тот поднос…
- А я-то – чё? Это мама запретила! – буркнул, уставясь в тарелку, сын.
Женщина, поглядывая то на мужа, то на сына, укоризненно покачала головой, а потом вспомнила:
- Сережка… А ты на ужин что-нибудь приготовишь?
- Да, сына… Знаешь, сегодня хотелось бы что-нибудь горячего и жиденького! – подхватил отец.
Сереге сложным заниматься было лениво, и он спросил:
- Мам… А сухой горох в доме есть? Можно гороховый супчик «замутить».
Как будто с разочарованием, батя переспросил:
- Гороховый суп?
- Х-м-м… Бать… Я тебе обещаю – будет вкусно, — улыбнулся парень, — Мама, а тот копченый гусь или утка… Я так и не разобрал. Он остался?
- Надо посмотреть, — задумалась женщина, — А горох посмотри в кладовке. Там прямо, на полках в корзинках, крупы и прочее.
- Ну вот… Значит, гороховый суп!
После чая с немного подсохшими эклерами – их вчера приносили Ковалевы – отец бодро поднялся, но был «сбит на взлете» матерью:
- Куда? Опять в гараж? Нечего там делать. Сейчас нам помогать будешь!
В этот момент Серега был с нею полностью согласен: оставалось опасение, что уборка салона автомобиля могла оказаться некачественной, а потому парень хотел выбрать время и осмотреться уже по светлому времени.
Физиономия отца выражала полную готовность оказать любую помощь, однако прорывались сквозь это досада и разочарование.
- Я вчера поговорила с Риткой. В общем, она согласилась помочь нам подобрать тебе одежду. Ты завтра чем собрался заняться? – спросила хозяйка у Сергея.
- Завтра… Завтра я хотел съездить в РОВД, забрать свой паспорт. Думаю, до обеда с этим делом управлюсь, — пожал плечами сын.
- Отлично! Значит, после обеда, к трем часам проедешь к ней на склад, — заключила мать.
- На склад? На какой склад? Мам… Я же не знаю, где работает Рита. Про склад слышал, а что это за склад, где он находится – понятия не имею!
Мать, хмыкнув опять на «Риту», объяснила сыну…
В общем-то, что-то подобное Сергей и предполагал: в каждом «боль-мень» населенном пункте Союза имеются разнообразнейшие склады, где размещаются самые различные товары — это стройматериалы, мебель и товары народного потребления, продукты и медоборудование с медикаментами… То есть, перечислять можно бесконечно. Склады эти – разной ведомственной принадлежности: от колхозных и до складов «госрезерва». Все про эти склады знают, пусть не всегда знают – что именно там лежит. Но в любом крупном городе – а в областных центрах – уж точно! В таких городах наверняка имеются склады, на которые хода простым смертным как бы и нет. И далеко не всегда это склады секретных или военных производств. Вот одним таким складом, куда пройти можно только по великому блату – а уж проехать и вовсе только избранным, заведовала та самая красотка Рита…