Страница 102 из 164
Чем хорошо в Сибири в июне – ночи светлые. Не Питер, конечно, с его белыми ночами, но и здесь в полночь при хорошем зрении газету читать можно. Этот район города Васильев почти не знал, может, и бывал пару раз, но уверенности не чувствовал. Хорошо, что Вера короткими командами направляла его.
«Эгей! А здесь и впрямь неплохо: то ли парк какой-то, то ли сквер. А может это и вовсе уже окраина города?».
Невысокий березняк, заросли кустов. И, что характерно, подъезд к этому месту был неплохой: не асфальтовая дорога, но защебенено и укатано полотно было неплохо. Они съехали на какую-то полянку и остановились. Женщина смотрела прямо, молчала.
«Смущается. Оно и верно: бац, в первый же день знакомства, да с каким-то парнем, почти пацаном. А потом – нападение это дурацкое. Это тебе, кобелине, не впервой морды бить, да дамочек укатывать, а здесь человек интеллигентный, ранимый, к таким приключениям непривычный!».
- Вер… — тихонько позвал он.
- М-м-м?
- Вера… Мне бы руки помыть после всего, что произошло. У любого хорошего автовладельца в багажнике всегда вода есть на этот случай: колесо поменять, или еще какой ремонт несложный. Руки испачкаешь, помыть нужно. Батя у меня автовладелец хороший, водитель опытный. Пойдем, я в багажнике пороюсь, а ты мне на руки сольешь.
- Угу… Пойдем.
В машине работало все. Абсолютно все и штатно: на это Сергей и рассчитывал, батя-то – аккуратист и возможности у него есть. То есть, работала и лампочка подсветки багажника. При ее пусть и скудном, но освещении, парень нашел десятилитровую канистру. Открыл, понюхал, даже плеснул себе в ладошку: ну точно – вода. Здесь же обнаружилась и сумочка с вафельным, вроде бы чистым полотенцем и мылом в жестяной мыльнице. А кроме того…
- Нет, ты посмотри! Ну батя и жук! – довольно засмеялся Серега.
В сумке обнаружилась непочатая бутылка коньяка. Вера усмехнулась:
- Сережка, я столько не выпью. Ну, может, и выпью, но уж точно буду пьяной в стельку. А тебе это надо?
- Нет, конечно. Совершенно не надо! Но ведь никто нас не заставляет пить всю бутылку, не так ли? А то, я думаю, во фляжке осталось совсем немного…
Вера на секунду задумалась и кивнула:
- Там вообще уже почти ничего не осталось.
- Ну вот…
Потом женщина слила ему на руки. Сергей все аккуратно вернул на свои места. Кроме коньяка, само собой!
Шагнул к женщине и приобнял ее за талию:
- Говоришь, ты уже такая, как мне надо? – коварным тоном спросил парень.
- Ага… Правда, я не очень хорошо представляю, что именно тебе надо, — засмеялась женщина.
- Ох… Мне надо всего и побольше. Но прежде всего мне нужно, чтобы тебе было хорошо, чтобы тебе понравилось.
— Вот как? – было видно, что Вера удивлена.
- А что в том такого? – Серега принялся целовать ей шею, продолжая нашептывать, — Я исхожу из того, что если женщине все нравится, то она и дает мужчине намного больше, чем делала бы это… Не получая удовольствия.
Вера чуть запрокинула голову, также шепотом отвечая:
- Ты очень странный, Сережка… Такой молодой… Ах… Да, поцелуй меня еще… Да, вот так, за ушком. Такой молодой, а уже так искушен, как вести себя с женщинами?
- И такое бывает…
«Нет, ну какая же у нее классная задница! Просто изумительная задница: и форма правильная, округлая и в меру пышная… И упругая – одновременно!».
- Бывает? Вот уж не подумала бы… Чаще всего мужчины озабочены своим удовольствием. Ах… Сережа… М-м-м…
В дело пошли покусывания мочки ушка, облизывание завитка, поцелуи чуть ниже ушка.
- Так что ты хотела сказать? – Серега куртуазно продолжал беседу с дамой.
- М-м-м… Что хотела сказать? А что я хотела сказать? Ах да… Я хотела сказать, что весь вечер… Периодически у меня появлялась мысль, что ты куда старше, чем на самом деле…
- Да? А вдруг это так и есть?
- Как это? – засмеялась женщина, — Тебе ведь… Двадцать один, так же? Мы отмечали твое возвращение из армии. Как же тебе может быть больше… М-м-м… Хотя по всем этим умениям… Я бы сказала, что очень опытный… Сережка! Ты мне так юбку растянешь…
- М-да? А как быть? Поднимем ее?
- Нет… Так она тоже растянется, попа у меня все же больше, чем объем ног в коленях.
- Давай снимем ее совсем! – не мудрствуя лукаво, предложил парень.
— Вот ты быстрый какой… — засмеялась Вера, потом задумалась…
- А-а-а… Пропадать, так с музыкой! – махнула она рукой.
- Я с тобой абсолютно согласен: сгорел сарай, гори и хата! – кивнул он.
— Вот что… — уставила пальчик ему в грудь женщина, — Я сейчас сяду в машину и… Разденусь! А ты пока покури на улице. И – чур! Не подглядывать.
Сергею было что возразить, но женская логика – она такая… То есть, она собирается с ним трахаться, голой, конечно же… Но вот смотреть, как она раздевается – низ-з-з-я! Но тут же одернул себя: зачем спорить с женщиной, если она собирается ему дать то, что он и добивался от нее? Что за глупое желание поспорить в такой момент?
«Х-м-м… А ведь она здесь, на этой полянке уже бывала. И, похоже, не раз: уверенно показывала дорогу. Так что, зануда Эдик – олень! С ветвистыми рогами. Нет, я даже не думаю насмехаться над ним – дело-то житейское. В такой ситуации может оказаться любой из мужчин. Херово это, оказаться в такой ситуации, но – что поделаешь, всю историю человечества женщины изменяли мужчинам. Нет, мужчины женщинам изменяли тоже, но… Здесь в чем нюанс? Мужчина может хотеть изменить, но не всегда у него это получается, к примеру: женщины его отвергают. Может, у него ноги воняют, или изо рта несет? Бывает? Ну, а почему нет? То есть, кроме желания мужчины, здесь должно иметься и согласие женщины. Получается, именно женщина решает. А вот мужчина… Он решает, если его хочет женщина? Ну-у-у… Если женщина не совсем крокодил, если мужчина не больной, не заднеприводной… М-да… Ни хрена он не решает! Захочет она, и он все равно – ага! Мы здесь всегда в заведомо проигрышной позиции: ты хочешь, она – нет… Ни хрена ты не получишь! Она хочет… Значит, и ты захочешь! Как бычка на веревочке поведут в койку.
О чем это я? Да про Эдика… Нет, у меня бы и мысли не возникло смеяться над ним, будь он нормальным мужиком. Но Эдик – зануда, каких мало. Ладно, не буду смеяться и над занудой. Смеяться не буду, но рогами обеспечу!».
Сергей вынырнул из размышлений и немного удивился: а чего это его не зовут, не подают команду к началу случки – вроде времени уже прошло достаточно, и сигарета уже давно истлела в руке…
«Уж полночь близится, а Германа все нет!».