Страница 46 из 120
Протягиваю ему чашку его любимого кофе, при этом умудряясь чуть привстать на цыпочки и быстро поцеловать его в щёку.
— С капелькой яда. Всё, как ты любишь, — мрачно шучу я.
Как же я устала с ним ссориться. Честно. Больше нет сил.
Я согласна даже на секс у стены, чёрт побери. И так жаль, что после сегодняшнего дня его, скорее всего, больше не будет… никакого секса. Даже у стены.
А после того, как я узнала, что он спас мне жизнь, подставив свою, я вообще чувствую себя последней стервой. Но это снова подаёт голос тот ангелочек, который, несмотря ни на что, ещё не погиб и временами поёт глупые песенки. А вот моё тёмное «Я» постоянно шепчет мне:
«Врежь им! Мсти им!»
Сказать, что я его простила? Нет, не простила, но за спасение жизни пора, по крайней мере, перестать ему хамить, а может, даже немного поухаживать. Всё-таки он отец моего ребёнка, и я его невольная жена. Лисса Грин Кайлар из клана Ориген. Ненавижу это имя.
Все ошарашенно уставились на нас.
— Говорю же, психолог нужен, — тихо, почти неслышно бормочет Лекс, тут же попадая под испепеляющий взгляд Касла.
Касл сначала пристально смотрит на меня, затем переводит взгляд на Лекса, потом на Кайрона с Атрексом. Наконец, его внимания снова удостаиваюсь я — на этот раз уже с немым вопросом, полным тревоги:
Что, чёрт возьми, происходит?
Он чувствует меня прекрасно, ничуть не хуже моего наставника или же Атрекса, и понимает, что всё идёт не так.
Ничего не ответив, я отвернулась и неспешно, пошла прочь от Касла, начав говорить:
— Я знаю одну замечательную историю про Красавицу и Чудовище, и с вашего позволения я вам её расскажу. Только в моей сказке Чудовище будет невероятно красивым, — произношу я игриво, даже умудряясь подмигнуть Атрексу.
И не дожидаясь их формального согласия, я начинаю своё выступление:
— В далёком царстве, в тридевятом государстве, а точнее в далёкой галактике, находилась одна маленькая голубая планета по имени Земля…
Я слышу скептическое фырканье Феликса и его комментарий:
«Ваша ещё не голубая, ты других не видела»
, но не обращаю внимания на его реплику и продолжаю:
— И вращалась эта планета, и вращалась… пока на ней не начала образовываться жизнь: бактерии, трава, динозавры, которые позже благополучно вымерли. А потом появились люди — благодаря, собственно, динозаврам, которые сдохли, поскольку никого больше не осталось, чтобы людей сожрать. И вот на той планете жила-была одна прекрасная маленькая девочка. У неё были голубые глаза и золотые косы. Только вот росла девочка без своей мамы, так как та умерла спустя всего пару месяцев после её рождения. После смерти матери у неё остались только отец и няня, которая много позже заменила ей мать. Девочка выросла, и казалось, что она была счастлива, пока, вскоре после её девятнадцатилетия не умер её отец, оставив их совсем одних.
Делаю короткий вдох и продолжаю:
— Постепенно её жизнь начала возвращаться в привычное русло. Она поступила в университет, устроилась на работу, гуляла с друзьями и даже посещала вечеринки. И она стала по-настоящему счастлива, пока в её жизни не появились небесные злые люди, которые стали творить с землянами неправильные вещи.
Пока я рассказывала, я неторопливо обходила стол, за которым завтракали ребята, слегка касаясь плеча каждого.
— И вот, напало на неё несчастье — влюбиться в самого главного злодея, — я внимательно смотрю на Касла.
Тот не скрывает возмущения и сжимает челюсть и кулаки так, что белеют костяшки.
— Она любила его искренне, наивно. И ей даже в голову не приходило, что он может следовать какому-то злому плану и когда-нибудь причинить ей вред.
— Лисса, — глухо рычит Касл.
— Не перебивай меня, — строго обрываю его, а затем, смягчив тон, добавляю: —
пожалуйста
… — я произношу это с особым смыслом, у нас это слово тоже имело свою историю. — Сказка интересная. Дослушай, тебе понравится, — киваю я, убеждая его в своей правоте.
Пару секунд мы играем в гляделки, и в конце концов он нехотя кивает.
«Спасибо, Ваше Высочество»,
— я даже изображаю ему шутливый книксен, на что он недовольно фыркает.
Мне просто необходимо высказать вам всё, милый. Денёк выдался таким дерьмовым. Мне нужно выпустить пар.
Продолжаю:
— И она, конечно, не могла предположить, что он осмелится похитить её прямо из родного дома, оставив без любимой семьи, без работы, без беременной матери и без той самой, незаменимой подруги на свете, — я выдерживаю многозначительную паузу, обводя всех парней медленным взглядом. — Её любимая подруга, кстати, была кем-то вроде феи-крёстной. И она, как настоящая фея, всегда помогала, полезные советы давала, и обо многом предупреждала. Один раз она говорила, что небесные люди — существа крайне опасные, что их следует опасаться, ни в коем случае им не доверять и, самое фатальное, не вздумать влюбиться в…
чудовище
.
Снова замираю. Внутри кольнуло острой тоской по ней, но я тут же запретила себе погружаться в эти воспоминания.
— Прямым текстом она, разумеется, не выражалась, но посылала очень завуалированные намёки. Что-то вроде:
«Лисса, ты связалась не с теми ребятами. Если кто-то из них тебя обидит, то просто скажи. Ты же мне как брат, а значит — кто брата тронет — завалю!»,
— улыбаюсь я слегка, театрально рассказывая слова моей феи, и тут же продолжаю:
— И, что важно, эта хорошая подруга даже успела дать нашей красавице свой адрес, где та обитала, на случай экстренной помощи. Но, как вы уже догадались, воспользоваться этим адресом нашей героине так и не удалось. Прилетело чудовище, её похитили и унесли на летательном аппарате, без её малейшего согласия, в неизведанные дали далёкого космоса.
— Вот я сейчас не врубился, про кого она, — с недоумением выдаёт Алек, оглядываясь в поисках поддержки.
Остальные парни лишь пожали плечами, демонстрируя такую же полную неосведомлённость. Все, кроме двоих. Они продолжают хранить молчание.
— И вот эта красавица-девушка вынуждена лететь на чужом корабле, к чужой планете, где она вечно будет чувствовать себя одинокой и совершенно ненужной.
— Детка, ты не будешь чувствовать себя одинокой, ведь у тебя есть мы. Все мы, — вмешивается Сава, широко раскидывая руки, чтобы обнять жестом всю команду.
Парни, в свою очередь, охотно кивают в знак согласия.
И эти слова говорит Сава, который за все те месяцы, что мы летим на этом корабле, не сказал мне ничего, кроме дежурных
«Привет, Лисса.»