Страница 37 из 120
Так же быстро отстраняется от меня, и опять даёт команду модулю смоделировать мне мишень, никак не комментируя свой безумный поступок. Своими огромными лапищами, из одной которой течёт кровь, хватает меня за плечи и бесцеремонно разворачивает обратно к мишени.
— А теперь работаем, Лисса, — властно командует он. — Ты должна научиться попадать ровно туда, где я показывал, ни на миллиметр в сторону. Удар должен быть сильным, точным и эффективным. Эффективным значит, что у тебя будет один-единственный шанс.
Касл делает короткую паузу, смакуя слова.
— Представь, что там стою я, — и опять усмехается.
Что, что он вообще несёт⁈ Я никогда, никогда не хотела на самом деле его убить. Зла — да. Но не убить же.
— Может, тогда и предложишь себя в качестве мишени? — я злюсь настолько, что уже не контролирую свой язык и тоже говорю глупости.
— Это неплохая идея, — спокойно отвечает мой ненормальный муж. И в стремительном, нечеловеческом движении он исчезает из виду, появляясь у дальнего конца зала, заменяя собой мишень.
Он совсем рехнулся.
— Бросай, — приказывает он мне.
— Ты с ума сошёл⁈ — я ещё смотрю на его запястье, с которого течёт кровь, и пытаюсь определить степень его безумства.
— Немного. Сказывается отсутствие секса, — он улыбается, — Кидай, Лисса, и целься хорошо в этот раз.
— Касл. Мне рано стать вдовой.
Он улыбается мне широко и совершенно искренне. Наше сегодняшнее
свидание
давно вышло за все рамки приличия и адекватности. Мы оба немного ненормальные.
— Ты переоцениваешь свои возможности, Лисса, и очень недооцениваешь мои. Бросай давай. Иначе брошу я, и попаду в твою ногу, например. Воспринимай эти уроки
очень
серьёзно.
— Ты считаешь, что ты недостаточно сделал мне больно?
— Недостаточно, чтобы разбудить твой инстинкт самозащиты и, что важнее, самовыживания.
Я медлю, даже не помышляя метнуть нож в его сторону, тем более такой опасный, как он описывал. Но в ту же секунду я пересматриваю своё решение, потому что Касл выхватывает из-за спины точно такой же нож, и его голос становится ледяным:
— У вас на Земле, как правило, дают три секунды. У нас, — делает короткую паузу и продолжает, — нет никакого времени на ожидание. Мы действуем сразу. Я дам тебе твои три земные секунды, девочка Лисса, а на четвёртой — метну в тебя свой кинжал. Воспринимай мои слова серьёзно, ты же знаешь, что я их на ветер не бросаю.
Ненормальный! Ненормальный! Он же не всерьез это⁈ Правда?
Я не смогу бросить в него кинжал. А если я, блин, назло ему, мне и всей вселенной в целом, попаду?
— Касл, стой… прошу тебя! — пытаюсь я его образумить, но голос дрожит.
— Раз. — Его голос холоден и резок.
— Касл!
— Два.
— Касл! Я не могу! — мой голос истеричный.
— Три.
— Да подожди ты!
Напряжённые три секунды истекли, и мы замерли друг напротив друга. Я не кинула в него нож, и он тоже не сдержал своих угроз. А как красиво блефовал, а?
Но не успеваю расширить свою триумфальную улыбку, которая уже растягивается на губах, как я улавливаю едва заметное движение… за которым следует мой собственный, громкий крик. Даже не крик. Это было рёв.
Я не верю ни глазам, ни жгучему ощущению. Он кинул в меня кинжал!
Как и обещал, он метнул, целясь в ногу, но клинок лишь полоснул по мышце бедра, улетев дальше.
Сука. Пожалел меня.
Теперь я на самом деле хочу его убить, потому что этот долбанный клинок действительно
болит
гораздо сильнее, чем остальные клинки ребят, с которыми меня до этого резали. Боль такая адская, что нога подламывается, не выдерживая веса, и я опускаюсь на одно колено. И это притом, что это просто царапина. Крови нет, только порез на штанине и яркая линия на коже.
— Я тебя убью… — шепчу ему тихо, но он услышал и растягивает свои губы в гадкую улыбку, медленно приближаясь ко мне.
— Я буду ждать, мелкая, — он останавливается возле меня, высокий, надменный, бессердечный, возле меня, сидящей на одном колене. — Я оставлю тебе мои личные кинжалы, тренируйся ими, и в следующий раз больше не сомневайся в своих действиях, ведь три секунды не всегда бывают, — и уходит.
— Шесть, — тихо бросаю ему в спину. Я отчаянно хочу кричать и скандалить, но все силы уходят на то, чтобы не разрыдаться от боли и не реветь ещё раз так громко.
Боль адская!
Этот маленький порез на ноге болит так жутко, что зубы сводит от желания заскулить. Как же тогда его порез на запястье?
— Ещё три секунды я давал тебе, чтобы ты передумала, — его голос достигает меня эхом. — Но ты ими не воспользовалась. В следующий раз ты их не получишь.
— В следующий раз я кину на «раз», — угрожаю ему, и это уже не пустые слова.
При следующей тренировке я обязательно брошу, потому что я хочу ему отомстить, а кроме того, эти проклятые ножи мне понравились.
— Я надеюсь, так и сделаешь, Лисса Грин Кайлар из клана Ориген.
Обзывая меня, то есть напоминая мне о моей принадлежности, он уверенно выходит из зала.
Сволочь. Как же болит. Боже.
Что это за сплав, блин, такой⁈ Его поэтому запретили? Потому что с ним негуманно убивать?