Страница 10 из 120
Пора возвращаться. Куда именно — хороший вопрос, потому что я не запоминала путь. Ни повороты, ни сектора, ни даже обозначения на стенах. Просто шла, а теперь я потерялась внутри космической махины, по масштабам ближе к летающему городу, чем к транспорту. Корабль явно построен для кого-то с врождённой навигацией, встроенной картой и, желательно, встроенным спокойствием. Всё то, что у меня отсутствует.
— Чёрт, — выдыхаю я. — Как теперь обратно?
Комичность ситуации побеждает панику, и я саркастично обращаюсь в воздух:
— Привет, Siri. Как мне, мать твою, вернуться назад?
— Привет, Лисса. Сопроводить тебя до комнаты Авроры или в любое другое помещение? — На удивление, голос не заставляет себя ждать. Мужской, спокойный, с лёгким механическим акцентом, но без неприятного синтеза.
Я моргаю. Ага. Вот так, да? Не впечатлена. У нас на Земле тоже, между прочем, есть искусственный интеллект. Но всё же — приятно удивлена. Потому что я не собираюсь блуждать в одиночку по бесконечным коридорам, как в симуляции «Космическая психиатрия» или квест какой-то.
— Как тебя зовут? У тебя есть имя? Или тут не принято давать названия разумному железу?
— Очень даже принято, — отвечает голос с лёгкой обидой, будто я только что назвала его кухонным тостером. — У нас считается проявлением неуважения оставить корабль без имени. По крайней мере, я бы точно обиделся.
Я моргаю. Так. Стоп. Обиделся бы? Реально?
Та-а-а-к. У нас тут, похоже, не просто навигационная система, а ИИ с чувством собственного достоинства и умением обижаться. Я в лёгком шоке. Интересно, а насколько он вообще развит? Это ещё эмоциональная симуляция или уже начало машинной экзистенциальной драмы?
— Меня зовут Таргент. Тактический корабль дальнего проникновения класса Тар-Сектор. Оснащён усиленной маскировочной системой, четырьмя уровнями внешней оболочки из псевдо-поглощающего сплава, и…
— Остынь, Шерлок. Мне пока достаточно имени, — отрезаю, смеясь. — Скажи лучше, как попасть на вашу эту… палубу?
— Элементарно, Ватсон, — спокойно отвечает мне этот стэндап-бот. — Через навигацию сопровождения. Запустить?
Юмор? Ничего себе.
Я потираю руки, предвкушая. Если этот болтливый корабль умеет шутить, то и информацию он должен выдавать с огоньком.
— Валяй. Давай свою «навигацию».
С тихим «пик» пол под ногами вспыхивает тонкой, едва заметной полоской. Прямая, чёткая, ведущая вперёд. Всё, что от меня требуется — просто идти по ней. Добро пожаловать в уютный кошмар. Омега стайл. Комфортная тюрьма с персональным экскурсоводом.
Неторопливо иду обратно по схеме, которую нарисовал мне корабль, оглядываясь по сторонам. Всё интеллектуально и чужеродно.
— Таргент… — начинаю я.
— Хм? — отзывается он.
«Хм»? Он серьёзно? Этот летающий мегамозг только что фыркнул как человек⁈
— Оцени, на сколько процентов ты адаптирован к моей… скромной персоне?
— Я ни перед кем не обязан адаптироваться, — отвечает этот звездолёт с характером, — но ты мне нравишься. Адаптирован на девяносто процентов.
— Почему не на сто⁈ — возмущаюсь я. В голосе настоящая драма.
— Потому что я не запрограммирован на совместные истерики. Оставшиеся десять процентов твоего поведения имеют высокую вероятность принятия эмоционально неоптимизированных решений.
Я останавливаюсь. Вот сейчас серьёзно? Он только что назвал меня эмоционально неоптимизированной?
— Ты знаешь, кто ты, Таргент?
— Я твой друг, Лисса. Хочешь?
Вот теперь я не знаю, то ли смеяться, то ли плакать. Обидчивый корабль с развитым чувством юмором предлагает мне дружбу.
И я…
Киваю. Потому что, почему бы и нет?
— Хочу.
— Продано! — весело отвечает он.
И я начинаю хохотать. Искренне, громко и свободно. Ну хоть кто-то, пусть даже из титана и искусственного интеллекта, оказался на моей стороне. Кто-то, кто не требует от меня быть сильной, быстрой или безупречной. Кто-то, кто просто идёт рядом и не указывает, куда именно.
* * *
Пока Таргент вёл меня по коридорам к верхней палубе, он успел не только пошутить со мной раз сто, но и заодно вывалил на меня половину энциклопедии.
Я узнала о корабле больше, чем некоторые знают о собственном доме. Например, что его обшивка сделана из псевдо-поглощающего материала последнего поколения, который искажает сигналы. Любая попытка сканирования отражается обратно в виде хаоса, и получается эффект «вы ничего не видите, но очень сильно нервничаете».
Затем Таргент выдал краткий гид по планете. Высокая гравитационная плотность, увеличенный цикл суток, местная флора, которая может попытаться пообщаться с тобой мысленно, но это не галлюцинация, а биополевая активность.
Следом пошли досье на экипаж. Теперь я знаю, кто у нас на борту «нюхач», кто телепортирует сотни людей за раз, а кто может случайно поднять всю мебель в комнате силой мысли, если не выспался. Я до сих пор помню сцену, как Дарк восстанавливается от ран за секунды. Он «перезагружается», как багнутый файлик.
И он рассказал о потоках.
Моём потоке.
О том, как он начал формироваться, как мои клетки адаптируются, и о саграме — том самом энергетическом знаке, который теперь я,
с гордостью,
должна носить. Несмываемое клеймо.
О щитах, которые можно выстроить силой воли: зеркальные, базовые, блокирующие и кучу всяких. Рассказал, что на меня сейчас не наложено никаких, и что, первое, чему стоит учиться — это построить наконец свои собственные, хотя бы базовые. Сделать щит своей новой невидимой конечностью, от которой не хочется избавляться и перестать фонить истерикой.
Импульсы, синхронизация, связь по нити — всё это больше не звучит как чужая магия. Это уже не «их», это понемногу «моё».
Иногда Таргент вбрасывал научные термины, настолько длинные, что казалось, будто он случайно съел глоссарий. Я пару раз попыталась перебить, но он игнорировал с изяществом галактического лектора. Ему нравилось быть услышанным. А я жадно впитывала терабайты чужой информации. Из общего потока сложных терминов я усваивала едва ли треть, но этого хватало, чтобы картина мира начала складываться.
Но главное, Таргент делал так, чтобы я больше не чувствовала себя бесполезным пассажиром. Я начала понимать, куда попала, кто я, и даже, кем могу стать. А я, по словам Таргента, Дейенерис — мать драконов.
И стану, не знаю пока кем я стану, но буду крутой.