Страница 47 из 122
Молча хватает за плечи и, словно я не человек, а лёгкий предмет мебели, толкает внутрь, заставляя пятиться. Едва удерживаю равновесие, пока спиной не упираюсь в дверь, которую только что закрыла. Она распахивается, и вот я уже стою в том самом зале.
Где тени⁈
Всё исчезло. Остались только разбитые стены и искорёженный металл тренажёров, будто никакого боя не было.
Тишина стала почти осязаемой. Ни теней, ни вспышек. Только колоссальное пространство и мужчины. Десятки мужчин, как ожившие легенды, высеченные из камня и мифов, стояли в центре этого зала.
Кожей чувствовала их тяжёлые, оценивающие взгляды. Одни выглядели озадаченными, другие откровенно раздражёнными. Полуголые, в ссадинах, со сбитыми кулаками — они казались пугающе безупречными. На шеях пульсировали мягким светом странные узоры. Оттуда линии тянулись к ключицам, оплетали торсы, выглядя так естественно, будто их вшила туда сама природа.
— Шпиона поймал, — раздался за спиной бас папы Карло.
В тоне слышался упрёк, адресованный явно не мне.
Среди этих «сверхлюдей» я узнала Атрекса с фингалом на пол-лица и Касла. У него была рассечена губа, а взгляд — таким взглядом выносят смертные приговоры.
Касл делает шаг вперёд и направляется ко мне. Но это не совсем он. Лицо то же, походка та же, но с него будто слой за слоем содрали привычную кожу, обнажив истинную суть.
Он стал массивнее. Плечи раздались вширь, движения стали хищными, а мощь тела кажется почти вызывающей. Взгляд невольно цепляется за живот, где восемь идеально очерченных кубиков ритмично смещаются с каждым вдохом.
Высокий, с телосложением, которое даже с первого взгляда казалось чрезмерно мускулистым, он выглядел как воплощение сдержанной угрозы.
Но пугает меня не его тело. Пугает аура. Кажется, он несёт за собой целую бурю. Вокруг него сгущается тяжёлая, почти осязаемая энергия. Каждое его движение оставляет в пространстве шлейф напряжения, словно он раздвигает реальность собственным весом. Даже молчание вокруг него звучит громче любого крика.
Вязь на шее горит ярче, чем у остальных. Светящиеся линии уходят на ключицу и грудь, сплетаясь в живой, гипнотический узор, который то пульсирует, то затухает.
До меня доходит, что все мои «кажется» — про его тело, про странные звуки и треск рвущейся ткани — были реальны. Он не менялся. Просто перестал прятаться.
Кто они такие?
Но ещё страшнее вопрос, возникший следом:
Они же не убьют меня за то, что я их увидела, правда?
— Мелкая, — начинает он тихо, но пугающе отчётливо.
Впервые с момента нашего знакомства мне становится по-настоящему страшно. Это не просто испуг, а физическое сжатие, будто невидимый кулак выдавил из лёгких весь воздух. Касл подходит вплотную, нависая надо мной, как грозовая туча, без дождя, но с явной перспективой удара молнии.
Задирая голову, смотрю на него снизу вверх и молчу. В голове звенящая пустота, ни одной достойной мысли, ни капли прежнего задора. Слова, способные меня защитить застряли где-то в горле.
Спереди он, позади ещё одна живая скала, и я зажата между ними, как сыр в тостере. Я себе не завидую. Если выживу, убью миссис Лорен.
— Ты решила, что достаточно храбра, чтобы являться везде без приглашения? — хмурится он.
Тон негромкий, но в нём, как и всегда, чувствуется сталь.
Пожалуйста, не хмурься. Ты страшный, Касл.
В зале по-прежнему гробовая тишина. Даже дышать все перестали. И я повторяю за ними, потому что сейчас молчание — не просто золото, а шлем и охранная магия одновременно.
— Кошка язык проглотила? — его вопрос звучит мягко, но колюче. Прямо как шерстяной свитер в июле.
Кошка ничего не глотала, но с пословицей «молчи больше — проживёшь дольше» я сейчас тотально согласна. Мудрец тот, кто это придумал! Памятник ему.
— Молчишь…
Потому что ничего умного не приходит в голову. К этому меня жизнь не готовила.
Касл протягивает руку к моему лицу. Не резко, спокойно, но даже это движение заставляет оцепенеть. Инстинктивно моя голова вжимается в плечи, уверена, что сейчас он меня убьёт. Но он лишь аккуратно заправляет мне за ухо локон, выбившийся из хвоста.
Только в этот момент приходит осознание, что мои ногти впились в ладони с такой силой, что руки начало жечь. Резкая боль отрезвляет, и меня прорывает:
— Я шла домой… то есть ехала! — слова посыпались из меня градом. — В пробке стояла, и тут звонит миссис Тэйлор. Срочно, говорит, отправь вторую часть перевода для миссис Лорен. А эта Лорен — ужасная, нудная и древняя, как египетская мумия, учительница по истории. Она свято верит, что её манускрипт спасёт мир. И тут я вспоминаю. Мой рабочий ноутбук остался здесь. Потому что кое-кто запретил мне брать его домой, мол, вся работа «на объекте».
Перевожу дух, но остановиться уже невозможно:
— Возвращаюсь, кабинет заперт, тебя нигде нет. Дом пустой, как обещания политиков перед выборами. Нашла дверь, потом лестницу, ещё дверь. А дальше взрывы, искры, ну, вы сами видели. Если бы вы повесили табличку «Вход смертным воспрещён», я бы и близко не подошла. Я не виновата, это всё миссис Лорен…
Какой бред, Лисса. Замолчи!
— Да уж, она явно пытается утопить в словах, — чей-то голос из толпы парней прерывает мой безумный монолог.
Он подходит к нашей троице медленно, словно хозяин территории, который решил взглянуть, кто тут забрёл на его охотничьи угодья.
— Я Дарк, — говорит незнакомец.
Его голос спокоен, но взгляд цепкий и уверенный. Он протягивает мне руку, а после короткой паузы бросает мимолетный взгляд на Касла и добавляет:
— Друг Касла.
«Друг Касла»? Серьёзно? У вас тут что, клуб по интересам? Кiller-team?
Пару секунд я смотрю на его ладонь, большую, сильную, но лишённую явной агрессии. Этот жест словно говорит:
«Успокойся, никто тебя не съест. Пока»
. Морщусь, но тяну руку в ответ.
— Лисса. Переводчица… Касла, — отвечаю я. Возможно, чуть тише, чем следовало. Надеюсь, это не прозвучало так, будто я только что призналась в добровольном рабстве.
Дарк усмехается, и в следующую секунду его губы растягиваются в откровенно обольстительную улыбку. Таких улыбок в мире вообще-то должно быть меньше, исключительно из соображений общественной безопасности.
— Приятно познакомиться,
переводчица Касла
, — произносит он почти лениво, с явной ноткой иронии.
Затем он разворачивается и направляется к выходу, по пути по-дружески хлопнув Касла по плечу.